— Что я должна буду делать? — спросила Фанни.
— Искать таких, как мы. Я тебя научу; поначалу мы будем работать вместе. Я принес тебе новый паспорт, — он положил на стол перед ней новенькую ксиву, запечатанную в пластик.
Фанни взяла её и бегло просмотрела. Её фотография. Но…новое имя и фамилия. И новый возраст. Ей теперь было восемнадцать.
— Качественная фальшивка, — похвалила она.
— Это — не фальшивка. Подлинник. В одном паспортном столе работают наши люди. Так что — живи спокойно. Официально ты будешь числиться в одном учреждении, занимающемся анкетированием. Проведением соцопросов.
— Там — тоже ваши люди?
— Наши, Фанни. Наши. Но, чаще всего, мы маскируемся под сетевой маркетинг. Так еще удобней.
— Почему?
— Эти конторы, чаще всего, совсем не проверяются, и их много, как грибов после дождя. Занимаются надувательством, но органам не интересны.
— А… Как мы будем искать наших?
— Во-первых, их много среди лиц, приходящих к нам, как в сетевой маркетинг. Часто сюда идут отчаявшиеся найти работу, неприкаянные люди. Не встроенные в систему, выбитые из колеи. Но, и другими способами. Через интернет и в творческих кругах. У меня глаз наметанный, так я иногда просто в толпе узнаю. По глазам. Сложнее всего, конечно, опознать совсем молодых, тех, кто еще сам об этом не знает. И — не с полной уверенностью, в этом случае. Поскольку, трансформация может быть только вероятной, а не полностью предсказуемой. И она…еще не случилась.
— Я не знаю, получится ли у меня.
— На сегодня мне просто нужно, чтобы ты меня сопровождала, Фанни… Думаю, случай будет сложный. Мы идем наугад, как это и бывает чаще всего. И человек, которого нам надо выследить, а, быть может, и поговорить с которым, мне не знаком, я не видал его ни разу.
— А… Как вы на него вышли, что о нем известно?
— В наши руки случайно попал дневник другого человека, но который общался со Схимником (так я условно назвал того, кого нам предстоит найти, его так называл в своем дневнике этот его друг). Сам его друг был поэтом, и он оставил в своем дневнике несколько записей: отрывков из своего разговора со Схимником.
— Был поэтом?
— Да. Был. Он трагически погиб… И писал стихи. А работал он на мусороуборочной машине. Которая забирает контейнеры с мусором и отвозит за город, на свалку. Похоже, к нему в руки попала рукопись Схимника, спасенная им из мусора; как-то ему удалось найти эту тетрадь, а потом — и владельца тетради. Кажется, в этой же тетради или записной книжке были записаны и какие-то телефоны… По ним он, предположительно, на него и вышел. То, что он прочитал эти записи (уж не знаю, что в них было), ускорило его трансмутацию. Он начал… изменяться телом. Так он написал в дневнике.
— Молодеть?
— Грубо говоря, да. Процесс значительно сложней, на самом деле. Меняется также энергетика человека. Но, в этот момент его и убили, инсценировав несчастный случай. Убийство было совершено в квартире, а труп был вынесен на улицу и положен так, будто бы он умер во время работы, на него будто бы случайно свалился мусорный контейнер… Это была не его смена. Да и не мог контейнер свалиться на него: он был бы внутри кабины. Выходить и подталкивать вручную контейнер было бы глупо. Несомненно, случай был инсценирован.
— Откуда… Вам вся эта история стала известна?
— От помощника следователя. Он — из наших. Он снял ксерокопию с дневника поэта. Увы… В этот раз мы не успели. Хотя, наши уже выходили на него в интернете, по его стихам. И собирались ему помочь, поддержать этого человека. Еще бы пару дней…Но…они нас опередили.
— Неорганические сущности?
— Да. Но действуют они руками людей. Кстати, начали они тоже с травли его соседями. И…Кто-то ж открыл убийцам дверь.
Фанни передернулась.
— Он… Тоже жил в коммуналке?
— Да. Снимал жилье. Ну, что ж… Что случилось — не исправить. Но надо попытаться поговорить со Схимником. Похоже, он — человек интересный.
— Что о нем известно?
— Адрес работы. Он работает дворником. Этот адрес известен из попавшей ко мне тетради Схимника, которую спас из мусора погибший поэт. Похоже, у Схимника сейчас период грусти, и даже депрессии. Это может…исключить трансформацию…
— Такое возможно с нами?
— Да, Фанни… Из-за повышенной эмоциональной чувствительности мы можем не только стремительно молодеть, но и стремительно стареть в грусти. Умирать от горя. Такое бывает… Тогда, конечно… Трансформация отменяется до следующего воплощения.
— Это… горько.
— Мы все проходим через это. Через горе, одиночество, поиск чего-то иного… Помнишь?