— А много ли народу о них знали?
— Довольно много. Пол — института.
— А где хранились приборы после запрещения таких опытов? Или их уничтожили?
— Не уничтожили. Просто списали. И хранили на складе, где и другие списанные приборы. Думаю, что, если хорошенько покопаться, там многое что можно найти.
— Да… Очень бы хотелось узнать, на месте ли сейчас этот разрядник. И всё остальное.
— Теперь — и мне тоже. Попробую завтра проникнуть на территорию этого бывшего института. Туда, конечно, никого не пускают. Ведь института уже нет…
— Не стоит, Милица. Это вызовет подозрения. Это очень опасно.
— Ну и что? Вы с Библиотекарем всё намекаете мне на то, что я — не такая, как все. Что я — бессмертна, — улыбнулась княгиня. — Такая, как ты, Неназываемый.
— Мы не бессмертны. Просто, долго живем и не стареем. Но, увы, нас так же, как и других, можно убить, пытать, и совершать над нами прочие злодеяния. Мы — люди. Не более. Мы — не боги. И никогда ими не будем.
— Ну вот… А я так надеялась! — и Милица, потушив сигарету и оставив её в пепельнице, откинулась на спинку дивана и потянулась. — В детстве, когда меня спросили, кем я хочу быть, когда вырасту, я ответила: «Богиней!»
— Значит, мы все еще не выросли, — серьезно ответил Неназываемый. — Не ходи туда, Княгиня. Даже я не смогу тебя вытащить на этот раз… К тому же, знай: ниточка от тебя потянется к нам. Мы связаны воедино, хотя ты пока ещё не хочешь уйти и жить среди нас.
— Рано или поздно… Я, должно быть, поверю, что… Не такая, как большинство. Пока я считаю, что лишь чуточку задержалась на этой земле, но вскоре… Снова будут морщины и одышка. Уже навсегда. Я ведь… Самая обыкновенная. Я не могла ничем заслужить этот дар. Быть избранной, что ли. Иметь некую миссию.
— Не нам решать. Значит, заслужила. Может быть, именно тем, что никогда не бронзовела и наделена юмором, Милица. В общем, ты одна из нас. Людей, на которых странным образом пал выбор. И знай, что ты не одна.
— Спасибо, Неназываемый.
— Спасибо тебе. Ты нам очень помогла.
— Неназываемый…
— Что, Милица?
— Я знаю, как тебе бывает тяжело. Держись! Ты — лидер. Хозяин будущего мира. Но… Ни тебе, ни мне… Ни всем нашим… Некуда здесь идти. Мы задыхаемся здесь. И я не знаю, есть ли выход. Тебе… Это знакомо?
— Да, Милица. Для нас — везде заперто. И этим воздухом страшно дышать. Мы чувствуем себя как люди с ободранной кожей…И это не пройдет никогда, не рассосется. Именно потому… Нам так нужны плечи друзей, стоящих рядом.
— Значит, это навсегда?
— Что?
— Эта боль… Эта чужая боль.
— Да.
— Ну… Ладно. Пора прощаться. А то вы спили весь мой чай. А я скурила все свои цветы…, - Княгиня приподнялась и натянуто улыбнулась.
— До свидания, Милица.
— Я провожу вас.
В машине Схимник спросил:
— Что-то тут не сходится пока, да?
— Ты это о чем? — решил уточнить Неназываемый.
— Николай не был в летаргическом сне…
— Мы не знаем, где он был, — Неназываемый вздохнул. — И, если сделать некоторое допущение, то всё сойдется… И Николай, и его сосед… сидели на параллельных линиях проводов, и были в сети интернет. Ну, а те, кто устроили этот жуткий эксперимент, вычислили, что Николай в сети, и запустили ему вирус. Мне, например, известно, что недавно бандой хакеров и воров был разработан вирус, который можно послать письмом. Хозяин открывает почту, а там — гипнокартинка, вводящая в ступор. Излучение, действующее на мозг. В результате, хозяин известной ворам квартиры пребывает, допустим, час в прострации, а его квартиру тем временем обворовывают. Думаю, что примерно в таком состоянии и пребывал Николай. Он получил какой-то компьютерный хитрый вирус. Ну, и к нему вошли и подключили черный ящик и разрядник. Пока он в отключке… Только, гипновоздействие получил и сосед Николая, также находившийся в сети. И вышло всё странно. Не знаю, жив ли этот Владик. Если да, то он — внутри ящика. Как более слабо связанный с телом организм… В его же теле — Николай.
— А в теле Николая — чей-то интел?
— Наверняка. И, скорее всего, такого кадра, интел которого не выживет в сети за недостатком интеллекта… Гнусной мерзости.
— А тело… Было выбрано случайно? Почему — Николай? Что-то хотят натворить…
— Я тоже так думаю, Схимник. Задумали заодно с экспериментом что-то еще.
— А потому… Я хотел бы с ним встретиться.
— С кем?
— С реальным Николаем. Тем, что сейчас в теле инвалида. Узнать, в чем дело.