- Марк, так скоро? А как же банкет? Оставайся, работа не убежит. – Расстроился друг и вмиг поменялся в лице.
- Не могу, в другой раз, - пожимая руку, наклонился к его уху и проговорил тише, - советую не торопиться со свадьбой Егор, присмотритесь к друг другу получше. – Откланявшись разворачиваюсь, чтобы покинуть мероприятие. Егор остался, недоумевая стоять, обдумывая мои слова, и вслед крикнул:
- Ты надолго в Москве?
- Не могу сказать, но пока я здесь.
- Увидимся, я позвоню позже!
Не поворачиваясь, киваю ему и минуя большое скопление людей, чтобы не встретить знакомых лиц и брата, спешу к выходу. На сегодня все. Какого черта я сюда приходил?
***
- Знаешь, а к хорошему привыкаешь быстро, - прожевав остаток яичницы, меняю тему разговора, с интересом разглядывая ее.
Мне нравится, как она выглядит – спокойная, мягкая, тихая, домашняя такая. Как будто раньше и не рычала вовсе, а всегда была покладистой кошкой. Хочу каждое утро такой шикарный завтрак и глупые беседы, в которых я открываю что-то новое и интересное о ней.
- Спасибо, - кивает головой, и я вижу, как ей неловко, - мне совсем не сложно было приготовить завтрак.
- Я не только завтрак имею ввиду, но и прошлую ночь, - поджав губы, мне едва удается сдержать ухмылку, потому что сначала ее щеки, а потом шея и даже кончики ушей вспыхивают румянцем. И мне это охренеть, как нравится!
Застенчиво улыбнувшись, она делает глоток сока из стакана и облизывает губы. Как завороженный слежу за ее языком, а в паху отдается мучительной болью. Что она со мной делает? Она может вить из меня веревки, ставить любые условия – я на все согласен. Боже, я пропал. Перед глазами мелькают картины обнаженного, соблазнительного тела на моей постели, а в ушах эхом отдаются ее стоны. Моему возмущению нет предела и самообладание вот-вот пойдет к черту, когда этот проклятый халат, который ей слишком велик, в очередной раз сползает с ее левого плеча, тем самым, оголяя его. Я в шаге от того, чтобы вытащить ее из этой бесполезной вещи и разложить прямо на этом столе. За завтраком мне удалилось утолить голод, но как удовлетворить отчаянную, нестерпимую жажду ее тела? Сейчас мне хочется, наплевав на все, отдаться желаниям и чувствам, что испытываю к ней. Животное во мне ревет и ликует, что я у нее был первый, а теперь она принадлежит только мне.
Робко она прикрывает голое плечо, избегая моего голодного взгляда, и мне хочется расплакаться от разочарования, как маленькому мальчишке, у которого отняли игрушку. Я хочу видеть ее тело, прикасаться к нему, изучать. Одной ночи чертовски мало. Да что там ночи и жизни не хватит вдоволь насладиться ей. Она и не подозревает, какую власть надо мной держит в своем маленьком кулачке. Я настолько одержим ею, что стоит ей только сильнее сжать кулак и я сделаю все, что она потребует. Все, что угодно не раздумывая.
- Ты очень милая, когда краснеешь, - она заливается краской еще сильнее, чуть подавшись вперед над столом, обхватываю ее щеки и удерживаю взгляд, - того, что было ночью мне мало. Когда вернемся, каждую ночь будешь просыпаться и засыпать в моей постели. Я собираюсь наверстать упущенное – изучить каждую часть твоего тела. Попробовать каждый его сантиметр. Так что не нужно стесняться, - ее глаза горят в предвкушении, и я опускаю свои губы на ее.
Твою мать!
Все портит зазвонивший будильник. С силой зажмуриваю глаза, силясь удержать этот сон. Но все тщетно. Утренние лучи солнца бьют по векам, окончательно вырывая меня из остатков сна. Разочарованно захрипев, поворачиваюсь, утыкаясь лицом в подушку. Обычно я рад пробуждению, но сегодня хочу выкинуть этот будильник к чертовой матери. С того момента, как Валерия прогнала меня, прошло уже три месяца. За все это время, сегодня был единственный сон, который я хотел досмотреть до конца, отчаянно желая, чтобы он никогда не заканчивался. Впервые мне снилось наше совместное утро в Москве, перед ее отлетом. Как бы я не старался не думать о ней, все напрасно. Она является ко мне во снах, напоминая о себе, когда мой мозг не занят работой, он отвлекается на все, что связано с Валерией: незнакомая девушка с таким же цветом волос, красное платье, голос похожий на ее и даже запах ее тела мимолетно, но касается моих рецепторов. Все это похоже на какое-то безумие, но я ничего не могу с собой поделать! Работа, алкоголь, кошмары, и так по кругу. До сегодняшнего дня, если я не напивался до отключки, мои сны были наполнены - ее угрозами покончить с собой; мрачными картинами, того как она воспроизводит эти угрозы в жизнь; мольбами оставить ее в покое или самое страшное – ее смертью. Жить с этим, мой личный ад, как она и заклинала. К этому и привык уже. Но сегодня мне снилось то, о чем я уже долгое время не вспоминал. Единственное утро, которое должно было дать начало нашим отношениям. Отношениям, которые желал всем сердцем, но которым так и не суждено было начаться.