- Романова! Ты чего там застряла? Тебя ведь жду, ты последняя осталась! – кричит голос медсестры, которая в паре метров от меня, выглядывает из кабинета УЗИ.
- Бегу! – выйдя из транса, осознаю, что ноги больше не дрожат, а сердце успокоилось и восстановило ритм. Открываю себя от стены и шагаю к медсестре.
Когда Марк резко схватил за руку, я была настолько ошеломлена и напугана, что едва не рухнула замертво. Только когда почувствовала его горячую ладонь на своем запястье – осознала насколько сильно, каждая клетка моего тела пронизана паническим ужасом, что испытываю, когда он так близко. Когда прикасается ко мне. Когда смотрит на меня, а я, сражаясь с трусостью, боюсь посмотреть в ответ и увидеть в его взгляде хоть намек на недовольство, которое может перерасти в неконтролируемый гнев с его стороны. В порыве ярости, Марк способен уничтожить все и каждого. И лучше ему не попадаться под руку. Это сумасшествие, и я неадекватна? Вполне. Только вот выучила урок. Умом понимаю, что он не набросится на меня в больнице, но вот сердце. Оно помнит. И всегда будет.
- Уже знаешь пол ребенка? – спрашивает медсестра, улыбаясь и сосредоточено глядя в монитор.
- Нет.
- Хочешь узнать? – оборачивается ко мне и, вздернув бровь, ждет ответа.
- Нет. Мне не важно кто. Главное, чтобы здоров был.
- Понимаю, значит сюрприз. Что ж, с ребенком все в порядке. Сейчас распечатаю протокол и занеси его, пожалуйста, своему врачу.
- Хорошо, спасибо, - натянуто улыбаюсь и обтираю живот салфеткой.
Несу бумагу врачу, и ознакомившись с ней, он заверяет, что после обеда оформит все бумаги, отдаст выписной лист и отпустит домой. Эта новость должна радовать, но напротив внушает неопределенность и страх. Я опасаюсь возвращаться домой, потому как, в любой момент могут наведаться отморозки в поисках брата. И последний их приход заставил меня прятаться у Даньки. А потом и вовсе мы оказались в больнице, а брат пропал без вести.
Пару минут мешкаюсь, возле двери своей палаты, не решаясь войти. Тревожит продолжение тяжелого разговора и пугает неизвестность, к чему он приведет. Насколько сильно будет давить и ставить меня в рамки его контроль? А он последует, уверенна. Буду ли я поставлена перед фактом – выполнять все его условия беспрекословно, или же, он будет считаться и с моим мнением тоже? Я попросила помощи в поиске брата, и он согласился. А также пообещал заняться лечением Даньки. Вот только, что Марк попросит взамен? Теперь он знает о ребенке и может угрожать, что заберет его. А страшнее этого ничего не может быть. От этих вопросов я была на взводе, нервы на пределе. От них зависела моя судьба, которая больше мне не принадлежала.
Войдя в палату, обнаружила, что Марка на диване нет. Выдохнув от облегчения, все же огляделась по сторонам и заглянула в уборную. Его и правда нигде не было. Вернется ли? И если да, то на какое время дал мне передышку?
Я прибралась в палате, переоделась и привела себя в порядок, получила выписку, а Марка все не было. Должна ли я ему позвонить? Телефон его, вчера вечером, попросила у заведующей моего отделения. Продолжая путаться в неизвестности, и на телефон приходит смс. От Марка:
«Я скоро подойду и продолжим. Почти уладил все вопросы.»
Какие еще вопросы? А затем еще одно:
«Ты любишь горячий шоколад? Кофе в этой больнице ни к черту. И в твоем положении - его нельзя. Предполагаю. А вот горячий шоколад, надеюсь, удался.»
Перечитав несколько раз, пялюсь на экран в недоумении. Что с ним такое? Может он ошибся и это не мне? Хотя, кому еще он в этой больнице может принести горячий шоколад. Который я люблю. А вот кофе ненавижу.
- Малыш, твой папашка сбивает с толку и заставляет меня нервничать еще больше, - поглаживая живот бормочу себе под нос. Ничего не отвечаю, потому как ума не приложу, что ответить. Кажется, мы обменивались с ним милыми смс в прошлой жизни. Да, и сейчас это - странно. Понимаю, что он делает вид, будто бы раскаивается и ведет себя любезно. Только зря старается, того что хорошего между нами было, больше никогда не будет.