- Вижу, как тебе сложно с одной рукой. Моя бы воля - нанял домработницу и няню для ребенка тебе в помощь. Но ты ведь откажешь? Так? – Нахмурившись, ловит мой взгляд.
- Да, не хочу, чтобы незнакомые люби были в доме. И тем более прикасались к Сереже. Я справляюсь.
- Справляется она, - поджав губы, расстроено качает головой, - так и знал, что не захочешь. Поэтому и предлагаю облегчить твои заботы и сделать операцию в ближайшее время. Когда скажешь, хоть завтра. Но тянуть больше не имеет смысла. Я двумя то руками еле засунул его в подгузник, представляю, как это сложно одной.
- Хорошо, я не против. Одна рука хорош, а две лучше. – Опустив голову, невесело усмехаюсь.
- Вот это другое дело. – посмеивается мужчина, - Мне договориться с хирургом на ближайшее время, чтобы прилетел сюда? Или есть вариант полететь в Москву. Заодно и матери моей расскажем о Сереже. Она до сих пор не знает, что стала бабушкой.
- Что?! – вскрикиваю от этой новости и оглянувшись в сторону спальни, прислушиваюсь к плачу сына. Тишина. – Ты до сих пор не сказал Софье Николаевне, что стал отцом? Это в высшей степени бесчеловечно, Марк!
- Знаю, но моя мать…, - понуро начинает возражать.
- Замечательная женщина и она должна знать! – я так зла на него. У меня нет родителей и я была бы счастлива рассказать им об этой прекрасной новости. Да что с ним такое? На банкете я видела его вместе с Софьей Николаевной, и мне казалось, у них хорошие отношения. В любом случае, даже если и ошиблась на этот счет, он поступил неправильно. До сих пор ничего не сказав, своей матери.
- Я понял. В ближайшее время обрадую. Но будь готова к тому, что как только сообщу ей, уже через четыре часа она прилетит и будет стоять на пороге этой квартиры. Предупреждаю сразу, ее будет слишком много. Я и молчал, только потому, что не хотел тревожить и смущать тебя ее вмешательством в твою жизнь.
- Я справлюсь, не переживай. Мы не знакомы с ней достаточно хорошо, но за те минуты, что нам удалось познакомиться, она мне понравилась. И к тому же, это единственная бабушка, что у нас осталась. Мы с сыном будем рады ее видеть.
- Точно? – Радостно киваю головой. - Ну смотри, ты сама на это подписалась, потом не жалуйся, - вздернув бровь он покачал головой, будто не верил в это решение.
- Точно, точно, - хихикаю и рада, что обстановка стала менее напряженной. Тело немного расслабляется, скованность в плечах исчезает. Откидываюсь на спинку дивана, и готовая задать ему вопросы, касаемо его матери и операции, поворачиваюсь.
И прежде, чем успела что-либо спросить, внезапно его губы прижались к моим. Я не была готова к такому повороту и в его крепких руках мое тело буквально задеревенело. Одной рукой он зарылся в моих волосах, а второй бережно притянул к себе за плечи. Противоречивые чувства томились внутри: одна моя часть желала бежать от него, другая же, наоборот, отчаянно стремилась к близости с этим мужчиной. Его прикосновения пронзали тело электрическим током, и как бы ни хотела сопротивляться - не могла. Мое беспокойное сердце гнало кровь по венам с бешеной силой, гул стоял в ушах, и я поняла, что пропала. Безжалостные губы Марка ласково, но настойчиво двигались, пробовали на вкус, и мне пришлось сдаться – впустить его, поцеловав в ответ.
Я пожалею об этом и очень сильно.
Но это потом.
А сейчас голова кружится, а тело поглощено невероятными ощущениями, вызванные тем, как его язык в яростном танце кружит, переплетаясь с моим. Каждая клетка тела воспламенилась и ошеломленный вздох покинул мои легкие, в ответ на который, Марк издал горловой стон и прижал меня за поясницу еще теснее, не оставляя между нами пространства. Желая прикоснуться к нему, аккуратно кладу ладонь на его грудь. И этот жест он воспринимает совсем не так…
Без предупреждения он набросился и вмиг, также быстро, будто ошпаренный отстранился от меня. Распахиваю глаза и в глубине его темных глаз вижу неприкрытое чувство вины. Наше сбитое, затрудненное дыхание, будто пробежали марафон, было резким и настолько изматывающим, что едва удавалось дышать.
- Прости, не знаю, что на меня нашло. – Стиснув зубы, он отодвинулся, и пробежав рукой по волосам, обхватил ею себя сзади за шею. – Этого больше не повторится. Я обещаю. Прости.
Потерянная, но больше ошеломленная тем, что произошло, подскакиваю с дивана и молча убегаю. В голове пустота, сердце гулко бьется о грудную клетку, и я совершенно не готова к такой реальности, в которой ни ему, ни тем более себе я не могу найти адекватного обоснования нашего поведения. А еще я зла, на реакцию глупого тела на этого мужчину!