– Не, бать, это он у охранников одеждой разжился. А так вообще голый был. – Ганс гоготнул. – Ты проходи. С едой у нас негусто, но перекусить чего-нибудь найдем. Спать будешь вот здесь.
Ганс указал на самодельный топчан, застеленный тряпьем.
– Годится, – кивнул Ник и подошел к отцу Ганса, протянул руку. – Ник.
– Ганс-старший, – ответил калека. – И как ты на заводе голым оказался?
– Не знаю, – пожал плечами Ник. – Очнулся, лежу на земле, голый.
– Чего только не бывает, – покачал головой Ганс-старший.
Тем временем Ганс-младший выложил на колченогий стол пару брикетов сублиматов, половинку прессованного хлеба, пакет с сушеными яблоками. Они поели и стали укладываться спать, но перед этим Ганс отдал своему отцу один из трофейных игольников, а тот лишь покачал головой.
Ночь прошла спокойно, лишь где-то неподалеку завывала собака, но под утро ее кто-то или пугнул, или пнул, и она заткнулась. Ник проснулся еще затемно, ему хватило трех часов для того, чтобы выспаться, да и уставшим он себя не чувствовал. Он тихо встал и вышел наружу, где присел на сложенные небольшим штабелем обрезки досок, видимо приготовленных для печки, которую приметил еще вечером.
«Они живут здесь вообще без всего! У них нет ничего для нормальной жизни! Даже электричества нет! Старый аккумулятор для освещения, да и тот, по всей видимости, издыхает. Неужели такое возможно? Ведь город где-то рядом! Как же так?»
Ник сидел и думал, что все это ему снится, он не мог понять происходящего. Он, голый, просыпается на каком-то заводе, который заброшен, по всей видимости, годы назад. Дети, которые занимаются мародерством, ради того, чтобы выжить. Люди, живущие в пластиковых коробках, отапливая их, чем придется. Это не укладывалось в голове. Как? Как такое может быть?
Первые лучи солнца уже начали освещать горизонт, медленно разгоняя ночную тьму. Светлее становилось едва ли не с каждой минутой. Леворно медленно просыпался, кое-где слышались голоса. В какой-то момент к ним примешался посторонний звук, и Ник его легко вычленил – тарахтение движка мобиля.
В этот момент дверь домика распахнулась, и вышел Ганс, потянулся, потер глаза, протопал за угол, к бочке с водой, стал шумно умываться, фыркая и плескаясь. А Ник встал и завертел головой, пытаясь определить точно, откуда звук. Но вскоре появился и его источник – старый внедорожник с открытым верхом, в котором сидели пятеро «камуфляжей». А следом за ним ехал еще один.
«Десять», – Ник в момент определил количество «камуфляжей», и у него тут же в голове сложилась картинка. Охранники с завода приехали мстить за своего убитого товарища и поруганную честь. А также наказать тех, кто посмел бросить им вызов.
Ник отступил назад, за угол домика, рукой придержал Ганса, который тоже уже услышал посторонние звуки и решил посмотреть.
– Назад! – Ник вытащил игольник. – Они не для разговоров приехали.
– Как они нас выследили? – удивился Ганс.
– Так же, как и выследили вас на заводе. Наверняка там имеются камеры видеонаблюдений, вот и просмотрели записи. И отреагировали.
– Черт! Что теперь делать?!
«Камуфляжи» тем временем уже спрыгивали с мобилей, у каждого в руках был дробовик, на бедре игольник. Ник подался вперед, выхватывая конфискованный игольник.
Сейчас в его голове сложилась четкая схема действий. И никаких сомнений по поводу намерений «камуфляжей» у него не было. Они приехали убивать, мстить. Приехали убивать беспомощных людей, пусть и мародерствующих, но не ради обогащения, а ради выживания.
Он открыл огонь первым. Двое «камуфляжей» тут же упали, конвульсивно подрыгивая ногами. Ник ускорился, он почему-то знал, что «камуфляжи» не успеют за ним. В голове вдруг всплыли какие-то посторонние мысли, которые, впрочем, не мешали действовать.
«Я – биот. Я быстрее обычного человека в несколько раз. Я более живуч. Я как молния в грозовую погоду, я как ураган, сметающий все на своем пути. Я здесь и везде».
Молниеносный рывок произошел неожиданно для «камуфляжей». Ник буквально вырвал из рук одного из охранников дробовик, по ходу движения задев его голову локтем. Далее последовало несколько выстрелов на ходу, и вот он уже позади одного из мобилей. Охранник, спрыгнувший с задка, уже поднял ствол своего дробовика, но Ник ткнул его стволом в лицо, а потом пнул ногой в живот. Своим броском он выиграл несколько секунд, но в этот момент на него обрушился град активной дроби. «Камуфляжи» без жалости палили по мобилю, пытаясь хоть как-то достать неведомого врага, посмевшего напасть первым.
«Пятеро», – пронеслось в голове Ника. Он сместился, заняв позицию сбоку внедорожника, у заднего колеса.