Кенчо сидел на некотором расстоянии от матери, смело глядя на Фреда. Он был одет с обычным щёгольством — в брюки, рубашку и жилет; даже галстук не забыл. Ботинки, начищенные до блеска, отражали свет люстры и сияли нестерпимо нагло, а нахальное выражение лица свидетельствовало о том, что он ничуть не сожалел о содеянном.
Сайко Сайшо восседал в своём кресле, которое поставили у камина: отсюда ему была видна вся комната. Патриарх семейства сурово взирал на всех; его глаза поблёскивали как лёд в свете ночных фонарей, и решительность, сквозившая в этом взгляде, заставляла враз забыть о том, что этому человеку уже очень много лет. Он был здесь главным, он являлся императором, и это было очевидно сейчас, когда его аура силы подавляла всех вокруг в той или иной степени. И пусть традиционное одеяние на нём смотрелось не так внушительно и шикарно, как современные дорогие вещи его потомков, именно он являлся средоточием семьи Сайко, её главой и её сутью.
Мегами скинула с плеч пальто и осталась в белом платье, которое придавало ей сходство со Снежной Королевой. Она обняла себя руками и присела на стул как можно ближе к нам — и как можно дальше от семьи.
В гостиной присутствовал ещё один человек, и его я сразу не заметил, так как он пристроился в нише между окнами.
Высокий и худой мужчина, одетый в старый костюм, совершенно не подходил ни этой блистательному и ухоженному семейству, ни этой помпезной комнате, но, тем не менее, он здесь был, и я даже не особо удивился, увидев его.
Сато Кензабуро, мой отец.
Его роскошная шевелюра явно нуждалась в шампуне и расчёске, а впалые щёки и измождённый взгляд вызывали вопросы о том, хорошо ли он спит и ест, но глаза его горели, и в эту самую минуту я увидел в нём того Сато, которым когда-то восхищался весь городок; того полного страсти и любви к своей профессии человека, неутомимого репортёра и постоянного искателя правды.
Он кивнул мне и подался вперёд, с нетерпением облизав губы.
— Ну так что? — Мегами стиснула пальцы и обеспокоенно посмотрела на Фреда. — Что вам удалось выяснить?
— Практически всё, — Джонс вальяжно закинул одну ногу на другую и скрестил руки. — Леди и джентльмены, мы с Масао провели детальное расследование и заметили то, что пропустили те, что наклеил на это происшествие ярлык с надписью «Несчастный случай». Более того, господа полицейские…
— Довольно паясничать, — сурово прервал Фреда Сайко Сайшо. — Говорите по существу.
— Извольте, сэр, — Джонс улыбнулся, но глаза его оставались льдисто-холодными, как январское утро. — Мы сходили на ипподром и осмотрели место происшествия. Масао обнаружил на столбах барьера, о который споткнулась Элоиза, желобки от проволоки, что позволило нам предположить следующее: опасную ситуацию создали намеренно. Элоиза не запиналась о барьер; она налетела на натянутую проволоку, порвала её и упала. Остатки проволоки можно легко удалить с помощью кусачек, остальным лошадям она урона не нанесёт, ведь Элоиза взяла это на себя.
В гостиной воцарилось напряжённое молчание. Мегами ахнула и прижала ладонь к лицу, Сато нахмурился и закусил губу; во всей его позе сквозил охотничий азарт. Сайко Камие удивлённо приподняла брови, Кенчо потупился, а Сайшо внезапно напрягся. Только Сайко Юкио никак не отреагировал на слова Джонса, не поменяв ни позу, ни выражение лица.
— Вы хотите сказать, — медленно начал Сайко Сайшо, — что некто натянул проволоку на столбах дальнего препятствия?
— Именно, — кивнул Фред. — Выше самого барьера, чтобы застать и лошадь, и седока врасплох.
— Просто уму непостижимо! — Камие покачала головой. — И Юкина не заметила этой проволоки?
— Не могла заметить, если она была достаточно тонкая, — махнул рукой Джонс. — Проволока, я имею в виду. Жокеи носят защитные очки, на которые то и дело налипает пыль и грязь, летящая из-под копыт, и потому Юкина не могла разглядеть, что над барьером что-то натянуто, особенно если это «что-то» практически невидимо.
— А что потом? — Сайшо судорожно сжал скрюченными пальцами подлокотник своего кресла. — Элоиза порвала проволоку и упала… Что дальше?
Фред развёл руками.
— А дальше злоумышленнику требовалось просто подождать, пока остальные лошади не проскачут мимо, — вымолвил он, потирая лоб ладонью. — Затем с помощью кусачек снять проволоку с барьеров — сделать это довольно легко. Все манипуляции заняли от силы несколько секунд. Кроме того, препятствие дальнее, и пока до него доберутся, всё уже будет сделано. Со стороны трибун плохо видно, что там происходило, так что дело было практически беспроигрышным: никто бы не заметил, как простой служащий, следивший за барьером, снял проволоку со столбов.
— Но препятствие, насколько я помню, довольно широкое, — заметила Сайко Камие, изящно подперев щеку ладонью. — Проволоки явно потребовалось немало. Куда он спрятал её потом?
— Её легко скатать в небольшой комок и просто опустить в карман, — ответил Фред, глядя прямо на неё. — Никто не начинает расследование сразу же и не паникует, поэтому виновнику легче лёгкого покинуть ипподром с проволокой и как можно быстрее убраться подальше. В это время на скачки нанимают десятки людей без особой квалификации, и проверить каждого у них всё равно не получится. А если на него выйдут, то что с того? Несчастные случаи на скачках — это, увы, не редкость, и вряд ли это происшествие посчитают исключением. Так оно и произошло: полиция квалифицировала происшествие с Юкиной как несчастный случай — плачевно, но отнюдь не невероятно.
Сайшо нахмурился. Его морщинистое лицо дышало в этот момент такой силой, что мне стало страшно: казалось, он мог, как греческий титан, встать с этого кресла и одним ударом разнести белый замок Сайко.
— Я понял вас, — вымолвил он, гордо подняв подбородок. — Значит, искать нужно среди временно нанятых работников ипподрома. Что ж, я готов перевернуть каждый камень, заглянуть в каждую крысиную нору, но я обязательно найду этого негодяя.
— Крысы не живут в норах, — неожиданно для всех, в том числе, и самого себя, брякнул я.
Все тотчас же воззрились на меня, и я почувствовал, как жар залил щёки. Ну зачем я сказал эту глупость?
— Всё в порядке, Масао, — молчание нарушила Сайко Камие. — Мы все понимаем, насколько велик груз того стресса, который ты переживаешь. Если бы не теперешняя обстановка, твой комментарий был бы весьма остроумным, но в данном ключе я не могу ему засмеяться. Мой свёкор имел в виду, что мы проверим всех этих работников и обязательно найдём того, который и покусился на мою золовку.
Фред внезапно оглушительно хлопнул в ладоши, заставив меня вздрогнуть. Внимание всех присутствовавших было немедля обращено к нему.
— Это необязательно, — Джонс с презрением посмотрел на Кенчо. — Дело в том, что нам уже известно имя виновного.
— Ну так скажите же его! — Сайшо ударил кулаком по подлокотнику кресла. — Хватит изводить нас ожиданием!
— О’кей, — Фред встал и зацепился большими пальцами рук за шлёвки брюк. — Я сам не знаю имени этого человека, но один из присутствующих здесь обладает такой информацией, и, думаю, он не откажется ей поделиться. А также он должен рассказать о том, как нанял этого человека для того, чтобы покалечить тётушку. Не так ли, Кенчо?
Все тут же медленно перевели взор на младшего Сайко. Все, кроме Юкио, который с самого начала разговора так и не переменил позы и напоминал больше статую, чем живого человека.
— Кенчо?! — голос Мегами зазвенел от гнева. — Что это значит?