И теперь мы окончательно обосновались по разные стороны баррикад.
Я с трудом сдерживал слёзы, не желая показывать слабость перед Айши-сан. Мне хотелось броситься на пол и разрыдаться, кричать и стенать долго, пока не охрипну, но я не мог, потому продолжал нервными движениями собирать вещи.
Вытаскивая из шкафа кое-что из одежды, я случайно бросил взгляд в зеркало, висевшее на стене, и едва сдержал крик ужаса: моё лицо выглядело не так, как обычно. По отражению разбегались чёрные трещины.
Отшатнувшись и несколько раз моргнув, я подошёл к зеркалу вплотную и провёл пальцами по абсолютно целой прохладной поверхности.
Теперь моё лицо выглядело точно так же, как и всегда. Видимо, те трещины просто привиделись мне: сказывались стресс и нервное перенапряжение.
Тогда я ещё не подозревал, насколько был далёк от истины.
Комментарий к Глава 75. Испытание.
Дорогие читатели!
Этой главой мы с вами завершаем первую часть “Без лица”.
Мы прошли вместе долгий и временами суровый путь, и впереди нам предстоит его решающая половина.
Искренне благодарю всех, кто был со мной до сих пор, а также объявляю, что перерыва не будет — следующая глава выйдет в соответствии с расписанием, 26 сентября.
========== Часть II. Зеркало треснуло. Глава 1. Передышка. ==========
Айши Куми отвезла меня не к Аято, как я ожидал, а к себе домой, и понял я это только тогда, когда она остановила машину и с улыбкой предложила мне выйти.
Она жила в деревне Итоки недалеко от городков-близнецов Шисута и Бураза в милом домике традиционной постройки с небольшим садиком, который я не смог хорошо рассмотреть из-за того, что ко времени нашего приезда полностью стемнело, и лишь несколько уличных фонарей освещало нам путь. Подождав, пока я не вытащу из багажника автомобиля сумку с вещами, Айши Куми по-деловому подхватила меня под локоть и повела в сторону дома.
Внутри оказалось точно так, как и ожидалось от жилища в традиционном стиле: много дерева и перегородок из рисовой бумаги, свежо и приятно. А ещё, что особенно впечатляло, — идеальная чистота: дощатый пол блестел, перегородки сияли, и даже самый привередливый глаз не обнаружил бы на их перекладинах ни пылинки.
Айши-сан подождала, пока я не сниму верхнюю одежду и не повешу её на крючок, дала мне домашние шлёпанцы, чтобы я мог сменить обувь, а потом провела меня в комнату, которая служила в их семьи чем-то вроде гостиной. Перед огромным телевизионным экраном на подушке сидел какой-то человек, который, услышав нас, повернул голову к двери.
— Хидео, это друг нашего Аято, Сато Масао, — спокойно проговорила Айши Куми, проводя рукой по гладко причёсанным волосам. — Он проведёт у нас пару дней.
Я низко поклонился, стараясь не проявлять излишнего любопытства. Раньше мне случалось видеть знаменитого художника Айши Хидео лишь мельком, и в обычной обстановке я бы постарался рассмотреть его получше. Но сейчас из-за перенесённого нервного потрясения я чувствовал дикую, всепоглощающую усталость, и мне хотелось просто отключиться на сутки, а потом проснуться в иной реальности.
— Тебе нужно поесть, Масао, — Айши Куми решительно взяла меня под локоть. — Пойдём, я покажу тебе, где твоя комната. Там есть ванная, так что ты сможешь принять душ, пока я соображу, что сделать тебе на ужин.
Айши Хидео снова отвернулся к экрану телевизора, а его супруга повела меня по коридорам вглубь дома, и вскорости мы оказались в небольшом, но уютном помещении, в котором были лишь кондиционер, электронный обогреватель и старомодный комод с множеством мелких ящичков.
— Ванная там, — Айши Куми указала ладонью на невысокую дверцу. — Располагайся, как тебе удобно. Я приду через полчаса, чтобы позвать тебя ужинать. Если что-то понадобится, пожалуйста, не стесняйся и зови меня.
Она ласково провела рукой мне по волосам и бесшумно вышла из комнаты.
Я глубоко вздохнул и, поставив сумку на пол, лёг рядом. Слёзы душили меня, и я просто не мог больше им сопротивляться. Стараясь не издавать никаких звуков, я впился зубами в собственную руку и рыдал так, как ещё никогда в жизни. Слёзы лились рекой, горячими ручейками стекая по щекам, из носа текло, а лёгкие словно сопротивлялись и не давали мне вдохнуть полной грудью.
Не знаю, сколько времени я так пролежал, но в итоге всё же успокоился. Мысль о том, что Айши-сан скоро придёт сюда, заставила меня поторопиться: я не хотел, чтобы меня застали в таком виде, ведь я и так причинил этим милым людям столько хлопот.
Порывшись в сумке, я достал туалетные принадлежности и устремился в ванную, которая, к счастью, оказалась современной и оснащённой душевой кабинкой.
Я стоял под душем довольно долго: мне хотелось смыть с себя не только грязь, но и весь этот день целиком, чтобы о нём не осталось ни малейшего воспоминания. Но увы, это было невозможно, и мне пришлось принять реальность такой, какая она была.
После душа я почувствовал себя намного лучше и, насухо вытершись, облачился в спортивный костюм. Мне было не очень удобно расхаживать в таком виде перед хозяевами, но с собой ничего другого, кроме школьной формы, у меня не было.
Расчёсывая волосы, я стоял перед зеркалом в ванной и размышлял о том, как моя жизнь изменится после сегодняшнего дня.
И вдруг моё отражение изменилось.
Я изумлённо ахнул и выронил расчёску из рук.
На меня смотрел… Да, это был я, бесспорно: те же черты лица, те же глаза, нос, рот, волосы, но всё же кое-что отличалось.
И я довольно быстро понял, что именно.
Человек в зеркале нахально смотрел на меня и криво ухмылялся. В его глазах сверкала непоколебимая уверенность в себе вкупе с ощущением собственной безнаказанности — такого я никогда не наблюдал у себя.
Я прикоснулся к своей щеке. Человек в отражении и не думал повторять мой жест; он лишь вопросительно приподнял брови и усмехнулся.
С трудом проглотив ставшую вязкой слюну, я наклонился ближе… И тут раздался стук в дверь.
Я вздрогнул от неожиданности и резко повернул голову.
— Масао, ты готов? — послышался приятный голос Айши Куми. — Тебе нужно поесть.
— Д-да, — с трудом выдавил я. — Одну минуту.
Снова повернувшись к зеркалу, я прищурился.
Но тот нахал, кем бы он ни был, уже успел ретироваться: на меня смотрело моё собственное лицо с выражением столь знакомых страха и тоски.
Тряхнув головой, я поднял расчёску с пола, положил её на бортик раковины и поспешил к двери. Айши Куми, ласково уведомив о том, что ужин готов, повела меня за собой. Она накрыла в небольшой столовой, всю мебель которой составлял стол и стулья. Её мужа, как ни странно, с нами не было; она объяснила это кратким небрежным: «Хидео уже поел» и, указав мне на стул, начала расторопно придвигать ко мне блюда. Только поглядев на эти яства, я понял, насколько проголодался, и с трудом сдержался, чтобы не накинуться на них.
Айши Куми, видимо, была из тех, кто предпочитал поглощать пищу в тишине, и я этому искренне обрадовался: так я смог воздать должное её кушаньям в полной мере. Она то и дело подкладывала мне всё новые и новые порции, пока я, наконец, не почувствовал, что сыт.
Хозяйка дома принесла чай и вазочку со сластями и только тогда начала разговор с осторожного «Надеюсь, тебе всё понравилось, Масао?».
— Да, благодарю вас, — я почтительно склонил голову. — Всё хорошо.
— А вот мне так не кажется, — она придвинулась ближе ко мне и наклонилась вперёд, заглядывая мне прямо в глаза. — Масао, испытывать боль в таких ситуациях — это нормально, поверь мне. Я давно занимаюсь делами несовершеннолетних и успела повидать всякого, но твой отец — это просто исключительный кадр. Но пусть это не тревожит тебя: наверняка ты сможешь найти людей, которые искренне и от всего сердца полюбят тебя. Вернее, уже нашёл.
Я робко поднял взор.
— Именно, — Айши Куми кивнула. — Сейчас ты проходишь очень важный период в своей жизни, Масао, и тебе просто необходим кто-то сильный и выносливый, чтобы помочь.