Репетиция растянулась на несколько часов, и к концу дня мы все были измучены. Только Фред Джонс, непрестанно делавший кадр за кадром, оставался бодрым и весёлым. Когда Кизана объявила, что все могут расходиться по домам, я первым попрощался и буквально вылетел из клубной комнаты, подхватив на ходу сумку.
Я устал, просто смертельно устал, но мой путь лежал не домой. Во всяком случае, пока.
Аято ждал меня в кабинете совета: он сидел за столом и делал уроки. При виде меня он дружелюбно улыбнулся и отложил учебник, который читал.
— Куша пока ещё в своём клубе, — промолвил он, поднимаясь с места. — Он категорически заявил, что не уйдёт из школы без тебя. Бабушка ещё не закончила работу: слушание по твоему делу затянулось, и всё явно оборачивается не в пользу твоего отца. Сейчас я жду её звонка; как насчёт поделать уроки вместе?
— С удовольствием, — я подошёл к шкафу для верхней одежды и распахнул его створки. — Но сначала мне нужно в свой кабинет.
— Вот как, — Аято склонил голову набок и улыбнулся. — Что ж, удачи.
Надев куртку, я кивнул ему и, выйдя из помещения совета, направился к лестнице. У меня имелся с собой мини-зонтик, который я держал в сумке, но, к счастью, дикий ливень уже стих, оставив вместо себя противную изморось.
Выйдя на крышу, я на мгновение остановился, чтобы вдохнуть посвежевший после дождя воздух. Было прохладно, и бархатные сумерки постепенно овладевали небом, сглаживая все линии и превращая облака в мягкое покрывало, прятавшее солнце от глаз людей.
Луна только всходила. Её серебряные лучи едва виднелись над горизонтом, давая рассеянный и холодный свет, и острый кончик месяца готовился проколоть саван из серого тумана, чтобы пробить себе дорогу на небо.
Здесь царили тишина и покой: в такой поздний час никого здесь и не могло быть.
Кроме одного несчастного, который готов прыгнуть в пропасть, полную раскалённой лавы.
Я подошёл к щитовой и, порывшись в сумке, достал ключи. Дождик почти не беспокоил, только время от времени маленькие капельки жалили шею холодными иголочками, однако мне удалось быстро справиться с замком, и я скользнул внутрь. Включив на ощупь свет, я двинулся к двери своего кабинета, понимая, что как только перешагну порог, назад дороги не будет.
Я коснулся картой двери, и магнитный замок, гостеприимно пискнув, впустил меня внутрь. Открыв створку, я помедлил несколько секунд, я затем, зажмурившись, шагнул через порог.
========== Глава 3. Планы и их последствия. ==========
Инфо-чан.
Наконец-то.
Хотя… Ждать пришлось не так уж долго. Очень мило со стороны Масао, что он не стал медлить.
Захлопнув за собой дверь кабинета, я сел перед компьютером, поставил сумку на пол и потянулся: эта репетиция выжала из меня все соки. Очень сильно хотелось очутиться в уютном чистеньком домике прелестной социопатичной бабушки Айши, но сначала стоило позаботиться кое о чём.
Я придвинулся к компьютеру и начал быстро барабанить по клавишам.
Старина Масао сейчас спал, так что сцену полностью занимал я — Инфо-чан. Мне нравилось это прозвище — короткое, ёмкое, сильное. Сентиментальному слабачку Масао, с его трусостью и вечной боязнью задеть кого-либо, оно совершенно не подходило. А вот мне — вполне.
Во-первых, нужно подстраховаться на тот случай, если Сато Кензабуро надумает выселить сына. Необходимо позаботиться о Масао, ведь он — это в какой-то степени и я тоже.
Переведя часть средств на территорию Японии и заставив их «зависнуть», чтобы потом было легче до них добраться, я взломал полицейскую компьютерную систему — нужно было посмотреть, чем располагали наши доблестные служители закона. Как оказалось, на меня у них не имелось ровным счётом ничего: судя по переписке, тамошнему технику не дался мой ноутбук. Что ж, неудивительно: я хорошо закодировал все данные. Через мою защиту вряд ли кто-то проберётся, а даже если такое каким-то образом случится, то на эту последовательность действий я прописал вирус, который моментально уничтожал всю операционную систему компьютера. К счастью, до этого не дошло.
Из Саппоро полиции пришёл довольно корректный ответ о том, что их электронная система не подвергалась никаким атакам. Что же касается Сузуки, то верно, есть такой гражданин, но он абсолютно не похож на фото Сато Кензабуро, снятое тут же, в участке. Кроме того, цифры его идентификационного номера и номер паспорта не совпадали с теми, которые были написаны моей рукой на бумаге — той самой, которую папенька предъявил полиции в качестве доказательства против меня.
Торжествующе улыбнувшись, я откинулся на спинку компьютерного кресла и сцепил пальцы на затылке. Сато практически обезврежен: вряд ли комиссар Будо, которая, насколько Масао понял, являлась близкой подругой Айши Куми, была готова его спасать. Для семьи Айши он представлял собой непримиримого врага, а этот клан, как я мог судить, прощал с трудом.
Вздохнув, я встал с кресла и кинул прощальный взгляд на стол.
Пора уходить, возвращаться назад, вновь уступать слабоватому, но в общем-то неплохому Сато Масао. Свою часть работы я выполнил.
Подобрав сумку с пола, я отпер магнитным ключом тяжёлую дверь и вышел из кабинетика.
Масао.
Дождь усилился.
Я слышал, как он весело барабанил по крыше щитовой, и это успокаивало, но резкий звук закрывшейся двери позади меня прервал идиллию.
Да. Точно. Я вышел.
Инфо занял моё место на время, а теперь исчез. Видимо, он мог, образно выражаясь, заступать на вахту только здесь, на специальной территории, отведённой исключительно под Инфо-чан.
Я усмехнулся: не ожидал, что всё будет именно так. Мне было страшновато, но вместе с тем я ощущал и душевный подъём: видимо, Инфо выполнил свою часть сделки и каким-то образом провёл психологическую разгрузку. Взамен он занял моё место и что-то сделал там, в кабинете. Но что именно — я никогда не узнаю. И, может быть, оно к лучшему.
Выйдя из щитовой, я поплотнее закутался в куртку и бегом добрался до выхода с крыши: мне нужно было пообщаться с друзьями.
Куша, как и ожидалось, оказался в кабинете своего клуба: он паял микросхему, но при виде меня отвлёкся, снял защитные очки и широко улыбнулся.
— Ты как, брат? — спросил он, отложив паяльник и поднимаясь со стула. — Аято написал мне, что у тебя были дела на крыше.
— Это так, — я кивнул, спрятав руки в карманы куртки. — Уладил пару проблем… Ничего особенного.
— Вот как, — Куша склонил голову набок. — А Инфо-чан не хочет уйти в отпуск на некоторое время? Тебе нужно отдохнуть от всего этого.
— Не волнуйся, — я подошёл ближе и положил ему руку на плечо. — У меня всё под контролем.
— Ну, раз так… — Куша неопределённо пожал плечами. — Но знай: ты можешь обсудить со мной абсолютно всё. Я не стану тебя осуждать, что бы ни случилось.
Беспокойство в его глазах было неподдельным и искренним, и меня затопила тёплая волна благодарности. Я снял куртку и кивнул, проговорив:
— Мне действительно хотелось бы поделиться кое-чем. Дело в том, что…
Дверь научного клуба снова открылась, и на пороге возник Аято. Он выглядел прекрасно: школьная форма смотрелась на нём как дизайнерские вещи, а чуть отросшие волосы придавали его тонким чертам оттенок свежести, неповторимой юности.
Да, он был красив как бог.
— Дорогие друзья, — Аято улыбнулся, переводя взгляд с меня на Кушу. — Бабушка сказала, что закончит через четверть часа. Пока у нас есть время, чтобы обсудить то, что ты хотел, Масао.
Я глубоко вздохнул. Конечно, Аято я доверял куда меньше, чем Куше, но он тоже являлся моим другом. Кроме того, именно его семья помогла мне, когда у меня в жизни случился кризис, так что почему бы не поведать и ему о моём небольшом приключении.
И, собравшись с духом, я начал говорить.
Я начал с того самого момента, как Сато Кензабуро пришёл ко мне с просьбой о помощи, а закончил тем, что произошло только что на крыше, постаравшись не упустить ни одной детали из тех, которые были мне известны. Друзья внимательно слушали меня, не прерывая, и я, воодушевлённый их поддержкой, поделился с ними всем. Разумеется, с поправкой на то, как я сам это понимал.