Как только Асу унаследовал отель, с ним сразу же связались. Судя по тону сообщений, К был не расположен к шуткам. Они практически сразу же нашли общий язык после того, как К посулил Ацуро солидную прибыль.
Организовать подпольное казино в подвале отеля, утилизировав пустующее помещение, оказалось легко. Персонал для работы там подбирал сам К — так, чтобы отель всегда оказывался в выигрыше. Прибыль Асу и К делили пополам, и это оказалось сверхвыгодным предприятием для них обоих.
Надо сказать, что азартные игры не полностью запрещены в нашей стране, но Правительством приняты все меры для того, чтобы минимизировать их. Человеку или фирме, вознамерившимся открыть игорное заведение, нужно было пройти через густые тернии административных проволочек, заплатить баснословный налог и лишь после этого приступить к деятельности. При этом каждые три месяца эти заведения проверялись особой комиссией с исконно японской тщательностью, а ещё взимался периодический налог за подобную предпринимательскую деятельность.
Иными словами, куда выгоднее было открыть подпольное казино и стричь купоны, чем идти официальным путём. Но немногие решались на такое, только глупцы, которых заботит лишь сытая жизнь.
— Что ж, думаю, тут всё просто, — я откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди. — Мы можем начать шантажировать Асу Ацуро, заставив его вместе с семьёй переехать подальше отсюда. Ну, или хотя бы отослав жену и дочь, например, на Хоккайдо. Как ты на это смотришь?
Аято прочистил горло и негромко произнёс:
— А что насчёт К?
— Что ты имеешь в виду? — я повернулся к нему. — А… Ты хочешь сказать, что К — бандит, и он может решить просто устранить нас со своего пути?
— Именно, — кивнул Аято, неотрывно глядя на экран одного из мониторов. — Вряд ли К одиночка; скорее всего, он работает на организацию, а с такими людьми связываться опасно. Если он каким-то образом узнает про то, что мы вмешиваемся в его дела, нам несдобровать.
— Поэтому я и предлагаю связаться только с Ацуро и настоять, чтобы этот вопрос остался между нами, — я хрустнул пальцами. — Может сработать… Как ты думаешь?
Аято покачал головой.
— Лучше узнай побольше об этом К, — вымолвил он, подавшись вперёд. — Может, нам удастся как-нибудь его использовать.
— Использовать якудза? — я сморщил нос, но всё же наклонился к клавиатуре. — Не самая хорошая из твоих идей.
— Дело не только в нём, — Аято неожиданно положил руку мне на плечо. — Когда я натравливал Кенчо на тётушку и советовал воспользоваться услугами брата Акане, тогда уже слышал про этого К.
Я застыл и снова медленно обернулся с вопросом:
— Не потрудишься объяснить?
— Охотно, — Аято холодно улыбнулся. — Боюсь, Масао бы меня не понял, но ты — другое дело.
— Разумеется, — я развёл руками. — Внимательно слушаю.
— Что ж, — Аято прислонился плечом к стеллажу с коробками, в которых я держал товары, расходные материалы и электронику. — Я, конечно, не Инфо-чан, но тоже умею добывать сведения. Акане несколько раз упоминала брата в разговоре, но очень уклончиво отвечала, когда я задал вопрос о его профессии. Это может означать одно из двух: или она стесняется по причине того, что работа брата либо непрестижная, либо низкооплачиваемая, либо он занимается чем-то незаконным. Он приезжал к нам на прошлый фестиваль: на дорогом авто и одетый недёшево, значит, верен второй вариант. Я проследил за ним тогда и не пропустил момент, когда он, оглядевшись, юркнул за здание школы — явно для того, чтобы никто его не отвлёк. Для чего ему нужно было уединение? Конечно же, не для праведных целей. Я направился за ним, и мне удалось подслушать фрагмент разговора. Брат Акане сказал: «Мы его прищучим, ведь сам К дал добро. Если этот шнырь не хочет платить добровольно, ему же хуже».
— Ничего себе! — я присвистнул. — Не ожидал, что даже в нашем захолустье может образоваться преступная группировка.
Аято потёр подбородок длинными пальцами и покачал головой.
— Сомневаюсь, что они орудуют у нас, — медленно проговорил он. — Наша комиссар полиции бы не дала им спуску. Да и отель «Люкс-Плаза» — место игорной деятельности и по совместительству ниточка к К — тоже довольно далеко отсюда.
— Ты хочешь сказать, — я наклонился вперед и перся локтями о ноги, — что брат Акане из тех трудяг, что живут здесь, а работают в больших городах, например, в Сегава?
— Думаю, да, — Аято кивнул и провёл рукой по волосам — простой жест, который вышел у него по-психопатически безупречно. — Во всяком случае, там больше возможностей. Кроме того, я получил доказательства своей теории.
Я усмехнулся и, выпрямившись, произнёс:
— Уж не тогда ли, когда замыслил убрать Юкину?
Айши передёрнул плечами.
— Новости об Элоизе — лошади Мегами, заявленной на скачки, — оказались мне на руку, — продолжил он. — Я знал, что её тётя — опытная наездница, обожавшая лошадей. Вряд ли она упустила бы шанс поучаствовать в гонках, если бы такой выпал. Поэтому я сначала попросил тебя поработать с сайтом метеорологического центра, чтобы погода на Кюсю воспрепятствовала перелёту Мегами. Тем самым я вынудил её отказаться от скачек. Мысль с проволокой пришла мне в голову, когда я приехал в Токио, чтобы посмотреть стадион, на котором планировалось это грандиозное событие. Тогда там было многолюдно, пришло множество людей, которые хотели временно наняться на работы, связанные со скачками, так что на меня никто не обращал внимания. Там в моём сознании и возник этот план. Дальнее препятствие располагалось очень удачно: его не было видно ни от ложи прессы, ни с мест зрителей. Кроме того, оно не отличалось новизной, и я понадеялся, что бороздок от проволоки, если они останутся, никто не заметит.
Вернувшись, я сразу стал обрабатывать Кенчо. Ты же знаешь, Инфо, что самый лучший способ заронить кому-то в голову идею — это заставить его думать, что идея изначально была его собственной. Этот младший Сайко со своим искалеченным детством всеми фибрами души ненавидел сестру и тётю и хотел как-то отомстить им за годы пренебрежения. Акане, его очаровательная невеста, больше всего на свете любит деньги и интриги. Очень удачно, что эти двое сошлись, но, в принципе, неудивительно.
Не знаю, с чего Кенчо решил, что такое падение не приведёт к смерти… Скорее всего, он счёл, что опытная наездница сможет сгруппироваться.
Но я всё просчитал. Юкина отличалась немалым азартом: она обожала побеждать. Естественно, с самого старта она постаралась вырваться вперёд и обставить всех. При таком раскладе то, что случилось с ней, неизбежно.
Акане и Кенчо заглотили наживку. Она сама предложила своего брата как исполнителя, и мне в голову пришёл ещё один отвлекающий манёвр — своего рода подстраховка.
— Документы Сато Кензабуро, — кивнул я, складывая ладони домиком. — Старина Масао чуть не лишился чувств, когда прочёл в списке временных работников имя своего папаши. Дата рождения тоже совпала, и его так шокировал сей факт, что он не учёл одной мелочи: Кензабуро признан умершим, он давно нигде не работал. С чего ему беспокоиться о подработке сейчас, спустя столько лет, когда ходячий кошелёк по имени Юкина всегда с ним? Он ведь так тщательно залёг на дно; к чему ему высовываться? Ведь те, кто нанимал работников, могли проверить их гражданские номера.
— Верно подмечено, — Аято хмыкнул. — Я счёл, что это будет забавно, и подговорил Кенчо выкрасть документы Сато. Это удалось с лёгкостью: отец Масао уже давно не пользовался этими бумагами, и они все лежали в ящике вместе с его скудными пожитками. Брату Акане оставалось только надеть поношенную мешковатую одежду, отрастить щетину и нанести на лицо несколько морщин с помощью грима, который с радостью одолжит ему сестрица, — и всё. Фото на документах обычно размытые, нечёткие, кроме того, в суматохе никто не станет скрупулёзно сличать изображение и оригинал.
Да, этот человек мог вызвать восхищение. Он учёл почти каждую деталь, даже смог предугадать то расследование, которое предприняли мы с Фредом.