Мы же, дойдя пешком до автобусной остановки, доехали до городков-близнецов. Разумеется, нам с Аято предстояло провожать девочек, кроме Аои, которая наотрез отказалась, заявив, что с ней точно ничего не случится.
Аято взял с собой Широми, мне же (к счастью) досталась Куроко. Мы шли по направлению к её дому (она жила напротив мэрии) и вели приятную беседу. Каменага мне нравилась: она была умна, интеллигентна и тактична. Пусть красотой её природа не наградила, всё же лично мне она казалась куда привлекательнее девчонок с выдающимися внешними данными вроде Кокона или той же Ториясу.
У самого её дома мы остановились, и она с благодарностью поклонилась со словами:
— Я очень признательна, что ты проводил меня.
— Не стоит, — я махнул рукой. — Мне не сложно.
Куроко улыбнулась и поправила шапку, чуть съехавшую набок.
— Очень здорово, что ты попытался помочь Мегами, Масао, — произнесла она. — Но не советую её жалеть — она ненавидит это.
— Буду иметь в виду, — я покривился. — Нехорошо получилось…
— Ты не виноват, — помотала головой Каменага. — С ней такое бывает, да ещё и появление Ивасаки повлияло. Не волнуйся: она придёт в норму.
— Очень на это надеюсь, — я помахал рукой. — Что ж, тогда до завтра!
— До завтра, — Куроко кивнула и, не оборачиваясь, направилась к дому.
Я же побрёл в сторону парка Кавашима, глядя на небо и наслаждаясь прекрасными звёздами. Было тихо и мирно, как случалось только ноябрьскими вечерами, и даже холодный ветер не беспокоил меня. Всё ушло в небытие: и тяжёлая атмосфера дома Сайко, и странные взгляды Сайшо, и мрачная Мегами — всё осталось в прошлом. Я отрешился от всего и просто шёл вперёд, наслаждаясь красотой осеннего неба.
Но внезапно шум шагов сзади заставил меня притормозить. Я остановился. Шаги за спиной тоже замерли.
Внезапно моя шея покрылась мурашками. Я зажмурился и, резко выдохнув, медленно обернулся…
========== Глава 22. Рито. ==========
Открыв глаза, я прищурился и ахнул от удивления: под фонарём стоял Даку Ацу. Он смотрел на меня и улыбался, и почему-то от этого мне стало жутко.
— Масао-семпай, ты уже вернулся? — спросил он, медленно подходя ближе. — Я был тут неподалёку, вспомнил, что ты сегодня идёшь на день рождения, и решил встретить тебя: в такую темень на улице одному как-то некомфортно.
Я сглотнул слюну и крепко сжал ремешок визитки. Вся эта ситуация напоминала какой-то дешёвый фильм ужасов, и моя роль мне абсолютно не нравилась.
— Но к-как ты узнал, что я еду к С-сайко? — заикаясь, спросил я.
Вместо ответа он поднёс свой смартфон к глазам, некоторое время поводил пальцами по дисплею, а затем протянул экраном ко мне. Я увидел открытую страницу бустаграма — популярной социальной сети, куда выкладывали фотографии. По изображениям я догадался о хозяйке этой страницы — Ториясу Акане смотрела практически с каждого изображения.
— Я в курсе, что эта девочка учится в Академи и состоит в совете, — вымолвил Ацу, отводя телефон только для того, чтобы вывести на экран последнее загруженное фото, а потом снова повернуть гаджет ко мне. — Я узнал об этом от неё — не напрямую, но непосредственно.
Я подался вперёд, напрягая зрение. Действительно — подпись к последней фотографии, загруженной Акане, гласила: «Все остальные гости только что уехали, я же решила остаться. Комната для гостей в замке Сайко, готовься принимать меня!».
— Она упомянула, что все остальные уехали, — пояснил Ацу, пряча смартфон в свою сумку. — На основе этой информации я рассчитал примерное время твоего приезда сюда. На автобусной остановке вас было несколько, и ты пошёл провожать одну из девочек, так что я просто отправился за вами и дождался, пока вы не расстанетесь.
Я поёжился. Ноябрьский вечер стал вдруг на несколько градусов холоднее, а звёзды уже не завораживали: напротив, они сияли холодным трупным серебряным светом, как капельки ртути.
— Что-то не так? — Даку наклонил голову набок, став похожим на марионетку. — Я… Я тебя чем-то обидел, Масао-семпай?
Его левый глаз не был виден за непрозрачным стеклом линзы очков, но правый смотрел печально. Мне стало жаль его, несмотря на жутковатые повадки, и я промолвил, стараясь использовать как можно более мягкие формулировки:
— Тебе не стоит следить за моим окном, а также преследовать меня. Если хочешь встретиться, нужно договариваться заранее, поэтому звони: я вряд ли откажу.
Даку посерьёзнел и опустил голову.
— Я так и знал, — он стиснул в пальцах ремешок наплечной сумки. — Такое уже случалось…
Внезапно он рухнул на колени и обнял себя руками.
— Я слишком зацикливаюсь на людях, которые проявили ко мне доброту, — прошептал он. — Мне начинает казаться, что они мои лучшие друзья, и в итоге я всегда отталкиваю их от себя…
Ацу ссутулил плечи и согнулся, как будто просил о милости.
Я закусил губу.
Бедняга… Он просто хотел подружиться, почувствовать человеческое тепло, как пытался не раз до этого.
Такие люди встречаются: сходясь с кем-то, они подпадают под влияние иллюзии того, что их отношения с другими куда ближе, чем они думали. Кажется, этому имелось какое-то научное название… Впрочем, неважно.
Я подошёл ближе и, присев на одно колено рядом с Ацу, потрепал его по плечу. Он несмело поднял голову; свет фонаря играл на стёклах его очков, придавая ему неуместно комичный вид. Отрешённо подумав, что наверняка выгляжу так же, я тепло промолвил:
— Не печалься, Ацу. Моё предложение о дружбе всё ещё в силе, только давай уважать границы друг друга, хорошо?
Он вскинул голову, как испуганный жеребёнок, и, подавшись вперёд, выпалил:
— Я обещаю!.. Больше никогда… Так не поступлю.
Я улыбнулся и протянул ему руку. Он схватил её и с жаром потряс, неотрывно глядя мне в глаза. Этот мелкий и в общем-то малозначительный, но тёплый жест смог сделать его таким счастливым…
— Спасибо, Масао! — его пальцы сжали мою ладонь. — Я тогда… Наверное, пойду, да? Мы ведь… Ещё пообщаемся?
— Несомненно, — я улыбнулся, мягко высвободив руку из его захвата. — Я позвоню тебе.
Ацу низко поклонился и, пятясь, отошёл прочь. В последний раз посмотрев на меня, он круто развернулся и побежал в сторону автобусной остановки. Я же, нервно передёрнувшись, поспешил домой: ноябрьский вечер явно не располагал к прогулкам.
Мне было жаль Ацу, и я твёрдо решил, что буду продолжать дружить с ним, правда, не забывая о собственных границах, которые требовалось чётко очертить. А ещё ему следовало избавиться от ряда странных привычек вроде преследования других людей. Кроме этой, у меня к нему претензий не имелось, так что почему бы и нет? Если он исправится, всё будет хорошо.
Придя домой, я с наслаждением выпил чаю и сел за уроки. Пусть час стоял достаточно поздний, всё же мне не хотелось терять статус одного из лучших учеников.
Закончив с мини-сочинением по английскому и в душе посетовав на то, что не являюсь Фредом Джонсом, для которого этот язык был родным и не представлял проблемы, я с чистым сердцем направился в ванную.
Передо мной всё ещё маячили две проблемы в виде Руто Оки и Асу Рито, однако я полагал, что справлюсь с ними запросто: одной снова пригрожу навредить брату, а отца второй напугаю полицией. В теории это звучало несложно, но на практике наверняка окажется трудноосуществимо, так что лучше перепоручить это Инфо: он с лёгкостью справится с подобным заданием.
А пока лучше выбросить это из головы, иначе нормально заснуть мне не удастся.
***
Вторник, девятнадцатое ноября, поприветствовал наши городки резким ветром и изморозью. Зима уже явственно дышала в затылок осени, понукая её и буквально выгоняя прочь, вынуждая ноябрь уступить место подбирающемуся декабрю.
Но осень не торопилась уходить, давая последний бой, гоняя бурые сухие листья прохладным вихрем и изредка поливая дождём влажный асфальт.
Я спешил в школу, молясь, чтобы тяжёлые серые облака не разразились влагой, пока я на улице. Мне повезло: я успел прийти в Академи как раз до дождя. Куша прибежал следом за мной; мы встретились у шкафчиков с обувью. Мой лучший друг пребывал в превосходном настроении: очередное изобретение получило свой патент, и он был готов продать его «Корпорации Сайко» за весьма кругленькую сумму.