Она встала и быстро зашагала к прихожей. Несколько секунд — и до меня донеслись звуки сначала открываемой, а потом — захлопнувшейся входной двери.
Я смущённо осмотрелся и посмотрел на забытый ею контейнер с рисом.
Конечно, всё ясно: Ивасаки воспитывал вдовствующий отец, и она некоторым образом проецировала мою ситуацию на себя. Наши жизненные пути, пусть совершенно разные, в этой точке пересекались: у нас обоих не было матерей. Именно поэтому Юми с таким энтузиазмом взялась за всё это, именно поэтому так близко к сердцу восприняла моё нежелание так активно включаться в совместное расследование.
Только она не учла некоторых моментов.
Во-первых, с ней остался отец, который вырастил её, а не отдал в приют. Во-вторых, мой характер разительно отличался от её.
В любом случае, лучше отнести ей контейнер. Наверное, просто оставлю у её двери, позвоню в звонок и уйду, чтобы случайно не пересечься: сейчас нам лучше не общаться.
Взяв контейнер и медленно поднявшись на ноги, я направился к прихожей. Ноги затекли от долгого сидения на полу в одной позе, и я позволил себе немного покряхтеть, ибо никто меня не видел и не слышал. Потоптавшись на одном месте, я открыл входную дверь и застыл: напротив меня стояла Ивасаки; её глаза были полны слёз, а нос покраснел, но она, как ни странно, улыбалась.
— Я хотела бы попросить прощения, — промолвила она, склонив голову набок. — Ворвалась к тебе в дом, начала шарить в твоих вещах, а потом ещё и полезла не в своё дело… Естественно, тебе захотелось побыстрее от меня избавиться. Прости за это, а ещё за ту сцену, что я устроила.
— Всё в порядке, — я прислонился плечом к дверному косяку, держа контейнер в обеих руках. — Тебя можно понять. Извини, что я отреагировал так вяло: я просто очень устал. Конечно, мне тоже хочется узнать всё о матери, просто… Мне было сложно сориентироваться.
Ивасаки кивнула и внезапно протянула руку. Я выпрямился и спешно вручил ей контейнер, на что она звонко расхохоталась со словами:
— Это я, конечно, возьму, но мне бы хотелось предложить тебе дружбу и полное содействие.
Она зажала контейнер под мышкой и снова протянула ладонь. Я склонил голову и принял рукопожатие.
— Отлично, — Юми потрясла мою руку и отпустила. — Не буду больше на тебя давить; скажу только кое-что важное.
— Хорошо, — я отошёл в сторону. — Может, зайдёшь? Тут довольно холодно.
— Ну уж нет, — Ивасаки помотала головой. — Если я снова приду к тебе, то опять расчувствуюсь и начну припирать тебя к стенке, а ты на это плохо реагируешь. Лучше поговорим здесь: я постараюсь побыстрее.
— Как скажешь, — я вновь опёрся о косяк. — Слушаю.
— Отлично, — Ивасаки прижала контейнер к животу. — В средней школе я так сильно хотела подружиться с Мегами, что постаралась изучить семью Сайко вдоль и поперёк. Я также пыталась найти информацию о Ягиру Акихико, но про него нет абсолютно ничего, как будто этого человека не существовало. Я вызвалась готовить проект о «Корпорации Сайко», и это дало мне повод расспросить всех, кто связан с компанией. Так вот, о Сайко Сайшо я нашла уйму фактов, о Ягиру Акихико — ни одного, кроме сухих биографических материалов. Я даже пыталась брать интервью у людей, которые лично знали обоих — и Сайко, и Ягиру. И все они как один говорили, что плохо знали Ягиру, что он был одиночкой по натуре и мало с кем общался. На том этапе я сдалась: в конце концов, для моего проекта было достаточно материала. Так что я включила в свой доклад абзац из автобиографии Сайко Сайшо и на этом успокоилась. Но в твоём случае действовать нужно по-другому: если ты и в самом деле внук Ягиру Акихико, необходимо выяснить это у единственного человека, которого он считал близким другом.
Я удивлённо вытаращил глаза и пробормотал:
— Ты же не хочешь сказать, что…
— Именно, — Ивасаки решительно тряхнула головой; её глаза, уже не полные слёз, теперь сверкали. — Нужно расспросить Сайко Сайшо.
========== Глава 36. Тигр не бывает беззубым. ==========
Пятница, двадцать девятое ноября, встретила меня резким ветром, по-зимнему грозно завывавшем во всех щелях. Я надел перчатки, но всё равно руки немедленно замёрзли. На тротуаре явно виднелись следы изморози, а редкие прохожие шагали быстро и опустив головы, словно сжавшись и стараясь как можно скорее уйти с этого холода в тёплое помещение.
Я не стал исключением: путь до школы занял у меня рекордное время. Буквально влетев в здание, я остановился у шкафчиков с обувью и некоторое время топтался на месте, чтобы адаптироваться к перепаду температур.
Переобувшись, я направился к лестнице: хотелось как можно скорее избавиться от верхней одежды и связаться с друзьями.
Настроение моё было под стать погоде: я провёл ужасную ночь, ворочаясь с боку на бок, и, как следствие, встал совершенно разбитым. Мне не давали покоя слова Ивасаки о том, что стоило переговорить с Сайко Сайшо.
С одной стороны, она была права. Патриарх Сайко хорошо знал Ягиру Акихико при жизни и мог ответить на многие вопросы, особенно на те, о которых не узнаешь через компьютер, каким бы талантливым хакером ни был.
С другой стороны… Как это осуществить? И о чём я буду его спрашивать?
Я мучился уже несколько часов и не знал решения этой проблемы.
Точнее, не так.
Знал, но не хотел за это браться.
Тяжело поднявшись по лестнице на второй этаж, я добрался до кабинета совета и прошёл прямо к шкафу.
Теперь светлело намного позже, поэтому электрический свет по всей школе включался автоматически с самого раннего утра. Уютные потолочные лампы освещали ставший уже таким родным интерьер этого места.
Я пришёл первым. Что ж, как и почти всегда.
Повесив в шкаф куртку, я аккуратно сложил на полку шапку, шарф и перчатки, несколько раз провёл рукой по волосам и сразу же подошёл к буфету: нужно было как можно скорее заварить чай, чтобы привести мысли в порядок.
Мои действия уже были доведены до автоматизма: взять лимон из вазочки, захватить чайники, сходить в класс домоводства, нарезать лимон и вымыть чайники, набрать в электрический воду, вернуться назад, насыпать в заварочный листьев, поставить электрический, потом залить чай кипятком… Всё время, проводя эти нехитрые действия, я размышлял о словах Ивасаки.
Признаюсь, соблазн пойти по линии наименьшего сопротивления и попросту проигнорировать предложение Юми был велик, но почему-то всё моё существо сопротивлялось этому. Мне, что было весьма необычно, хотелось рискнуть, встретиться с Сайко Сайшо и выяснить, являлся ли Ягиру Акихико мне роднёй.
Вскоре пришёл Аято, за ним — запыхавшийся Куша, для которого скоростной подъём по лестнице оказался довольно суровым испытанием.
— Ох, брат, — пропыхтел он в ответ на моё приветствие, — Я сейчас умру. Пожалуйста, поговори со мной, чтобы я понял, что я жив.
Я рассмеялся, наблюдая за тем, как мой лучший друг буквально упал на стул и откинулся на спинку, тяжело дыша. Аято же подошёл к шкафу, спокойно снимая верхнюю одежду; его дыхание не сбилось вообще.
— Директор отдал мне вещи матери, — начал я, потирая шею. — И там я нашёл кое-что интересное.
— И что же? — Аято с раскрасневшимися от холода щеками аккуратно и бесшумно отодвинул стул и сел на него, не отрывая внимательного взгляда от моего лица. — Если это не секрет, конечно.
— Не секрет, — я улыбнулся. — Начну с самого начала. Моя мать лишилась родителей в детстве, и её воспитал дедушка со стороны матери. Видимо, для удобства оформления опекунства он сменил ей фамилию на свою — Такатори. Но в коробке я нашёл её сочинение, которое она написала в младшей школе, и оно было подписано «Ягиру Рейна».
— Ягиру?! — Куша подскочил на месте, словно подброшенный пружиной. — Это же сам великий изобретатель, стоящий за всеми техническими чудесами Сайко! Я учился по его чертежам, и скажу тебе, брат: он просто гений! Он смог опередить своё время лет на двадцать…
— Подожди, — Аято поднял руку. — Это не может оказаться простым совпадением? В конце концов, Ягиру не такая уж редкая фамилия.