Я опустил голову и закусил губу. Довод Аято звучал похоже на мой собственный, который я привёл вчера в разговоре с Ивасаки, но всё же что-то не давало мне покоя. Внутренний голос твердил мне, что здесь что-то есть.
Конечно, я мог использовать свои компьютерные навыки и покопаться в прошлом, но вероятность успеха при этом была небольшой: во-первых, Ягиру Акихико умер до эры всемирного оцифрования, во-вторых, я не был уверен, что именно мне нужно искать: подтверждение смены фамилии, сканированное свидетельство о рождении матери?
Кроме того, информации о Ягиру Акихико было ничтожно мало, словно кто-то намеренно пытался стереть её.
Я вздохнул и потёр лоб двумя пальцами. Соблазн сдаться и просто забыть об этом был велик, но почему-то вопреки обыкновению мне вовсе не хотелось этого делать.
Внезапно дверь кабинета совета резко распахнулась, пропуская Мегами. Царственно войдя на свою вотчину в белоснежном пальто и изящном берете цвета сливочного масла, она кивнула нам и подошла к шкафу с верхней одеждой.
И тут меня словно поразило молнией: сейчас или никогда.
Мегами прошла к столу, держа школьную сумку на согнутой руке, и, как только она села в своё кресло, я встал и произнёс:
— Мегами, ты не могла бы устроить мне аудиенцию с твоим дедушкой?
В кабинете совета воцарилась мёртвая тишина. Я почувствовал, как чужие взгляды были прикованы ко мне; они кололи кожу сотней миниатюрных иголочек, заставляя кровь приливать к щекам, а жар — затапливать лицо. Но я стоял, постаравшись выпрямить спину, и смотрел на Сайко твёрдо и, как мне казалось, уверенно.
— С моим дедушкой? — растерянно повторила Мегами. — Но… Зачем… Я имею в виду, дедушка мало кого принимает… Я не понимаю, к чему…
— Ягиру Акихико, — тихо вымолвил я. — Может оказаться, что он отец моей матери; я не знаю этого точно. Мне бы хотелось выяснить доподлинно, а единственный человек, который может внести ясность в сей вопрос, — это Сайко Сайшо. Поэтому прошу тебя, Мегами.
И я низко поклонился.
Мне не было видно выражения лица Сайко, потому что я смотрел вниз, но молчание длилось недолго. Вскоре она тихо ответила: «Хорошо», и я распрямился.
Мегами была не из тех, кто откладывал исполнение обещаний на потом: она сразу же достала из сумки телефон и, набрав номер, начала в ожидании барабанить по столу длинными пальцами правой руки.
Аято бросил на неё взгляд, потом перевёл его на меня, ободряюще улыбнулся и склонился над своим ноутбуком. Куша придвинулся поближе и потрепал меня по руке. Я с благодарностью кивнул ему и сел на свой стул, ожидая исхода разговора Мегами.
Она же, дождавшись ответа, сразу перешла к делу:
— Дедушка, один из моих одноклассников хотел бы увидеться с тобой… Нет, не интервью: это насчёт Ягиру Акихико; он считает, что… Прости?.. Ах, имя… Его зовут Сато Масао; он бывал у нас дома несколько раз. Состоит в школьном совете, а также… Что? Уже сегодня?! Ты уверен?.. Хорошо, я передам ему.
Мегами завершила разговор и отложила телефон в сторону. Удивлённо посмотрев на меня, она произнесла:
— Масао, дедушка готов встретиться с тобой сегодня после уроков. Он попросил приехать пораньше; ты отправишься вместе со мной на нашей машине.
— Понял, — я встал и поклонился ещё раз. — Спасибо, Мегами.
— Всегда пожалуйста, — Сайко посмотрела на меня; её лицо было серьёзным, без тени улыбки.
Было видно, что ей хотелось расспросить меня, но воспитание мешало это сделать, и оно победило: Мегами тряхнула головой и склонилась над клавиатурой своего компьютера.
Я последовал её примеру и занялся работой: во второй половине дня придётся уйти пораньше, так что лучше сделать всё загодя.
— Думаю, всё к лучшему, — оптимистично заметил Куша, с милой непосредственностью положив голову мне на плечо. — Хочешь, поеду с тобой? Поддержка вряд ли станет лишней.
— Лучше не стоит, — вмешался Аято, не отрывая взгляда от своего монитора. — Тебя не приглашали. Кроме того, это дело сугубо личное: Масао должен справиться с ним сам.
Я склонил голову, признавая его правоту. С Кушей мне было бы намного легче, но эту битву я должен пройти сам — от начала и до конца.
И это решение помогло мне не сойти с ума от страха, хотя весь день я существенно нервничал. Это было неудивительно: фигура Сайко Сайшо считалась легендарной в нашей стране, почти богоподобной, и многие не могли даже подумать о том, чтобы прийти к нему на аудиенцию. Никто ведь не назначает встречу Будде или Иисусу Христу, верно? Это было примерно то же самое.
Во время уроков я старался отвлечься от того, что мне предстояло, и это с грехом пополам удавалось, но на переменах не получалось расслабиться: я постоянно прокручивал в уме сцену будущей встречи с самим патриархом клана Сайко. К счастью, Аято, Куша, Фред Джонс и вновь присоединившийся к нам Ямада Таро смогли отвлечь меня во время обеда, но потом я снова напрягся, и к концу уроков руки у меня слегка подрагивали.
Но сдаваться я не собирался.
После звонка, ознаменовавшего окончание занятий, Мегами подошла ко мне и коротко произнесла:
— Пойдём собираться.
В ответ я лишь кивнул, быстро покидал все вещи в сумку и отправился за ней вдоль по коридору в кабинет совета.
Мы остановились у шкафа с верхней одеждой, и Мегами, забрав своё пальто, отошла в сторону. Я быстро надел куртку, замотал шею шарфом и натянул шапку, стараясь действовать как можно скорее, чтобы, не приведи бог, не заставить наследницу Сайко ждать.
Мегами надела берет перед зеркалом и, вздохнув, взяла сумку.
— Нам нужно уйти пораньше, — вымолвила она, обращаясь к Куроко, вошедшей в кабинет за нами и на данный момент уже приступившей к работе. — Оставляю тебя вместо себя.
— Хорошо, — Каменага коротко кивнула и улыбнулась. — Я не подведу.
Остальные участники совета, кроме Рюгоку Аои, которая ещё не пришла, а также Тораёши Широми, которая снова прогуливала, посмотрели в нашу сторону. Аято, который был в курсе происходившего, тепло улыбнулся и кивнул мне. Остальные просто попрощались; к счастью, исконная японская привычка не лезть в чужие дела не позволила им начать нас расспрашивать.
Сайко вышла из кабинета первой; я побрёл за ней. Мегами быстро шла по коридору, не оборачиваясь и не говоря ни слова; ей наверняка хотелось выяснить все подробности моего предстоящего разговора, но она молчала: воспитание и гордость намертво запечатали ей губы.
Мы остановились лишь у шкафчиков с обувью, чтобы сменить удобные туфли, похожие на тапки, на уличные ботинки для меня и изящные белые сапожки на плоской подошве — для Сайко.
Затем мы вышли на улицу.
Уже смеркалось; синевато-фиолетовые сумерки подчёркивали мрачность поздней осени, а фонари, дававшие рассеянный свет, придавали окружающей обстановке мистицизма.
Автомобиль ждал Мегами у подножия холма, на котором стояла школа. Водитель, одетый в элегантную форму, при виде нас вышел из автомобиля и раскрыл перед нами дверь, с любезной улыбкой спросив:
— Как прошёл день, Сайко-сан, Сато-сан?
Это заставило меня остолбенеть: Сайко настолько вышколили свой персонал?.
Мегами села на заднее сиденье, не удостоив шофёра ответом.
Я пробормотал: «Всё хорошо, спасибо», и водитель, улыбнувшись, прикрыл дверь. Он обошёл авто, чтобы впустить меня с другой стороны, и, к счастью, я догадался об этом, так что не поставил себя в неловкое положение.
Устроившись на заднем сиденье, я повернулся к Мегами, но она, успев пристегнуться, вытащила из сумки небольшой томик Камю и начала читать, всем своим видом показывая, что не настроена на светские беседы. Правильно истолковав её сигнал, я повернулся к окну и постарался не думать о том, что мне предстояло.
Дорога до замка Сайко заняла немного — от силы двадцать минут. Вскоре роскошный автомобиль заехал через ворота на территорию поместья и плавно затормозил перед ступенями.
Я не дождался, пока водитель выпустит меня: сам открыл дверь и вышел.
Сад семьи Сайко поражал воображение при свете дня. Сейчас же, в темноте, он был расцвечен фонарями, которые благодаря ярким стёклам создавали необычную и привлекательную картину. Красные, жёлтые, зелёные, фиолетовые огоньки, разбросанные вокруг, казалось, приглашали прогуляться по угодьям, принадлежащим этому очень богатому семейству.