— Что ж, очень хорошо, — выдавил я, поднимаясь по последнему пролёту лестницы до выхода на крышу. — В щитовой хранятся некоторые предметы техники, так что лучше быть поосторожнее.
Даку что-то ответил, но я уже не слушал; в голову вдруг пришла мысль о том, что при входе в кабинет мне придётся некоторым образом перевоплотиться, и избежать этого я вряд ли бы смог. Оставалось только надеяться, что Инфо не обнаружит себя перед Ацу.
Открыв дверь щитовой, я вошёл внутрь, и Даку тенью скользнул за мной. Нащупав в кармане куртки ключ-карту от магнитного замка, я обернулся и чуть дрожащим голосом проговорил:
— Давай поступим так, Ацу: я вынесу тебе всё к двери щитовой, а ты…
— Но ты же сказал, что там техника, — Даку странновато улыбнулся. — Тебе придётся размонтировать её, и на это уйдёт время. Предлагаю поступить проще: подавай мне вещи через дверной проём, а я отнесу их на площадку для того, чтобы Айши-сан и Кага-сан их забрали.
Я поднял брови, заметив:
— Но это будет несправедливо по отношению к тебе: так на тебя ложится большая часть работы.
— Всё в порядке, — Ацу склонил голову набок, сверля меня глазами. — Я счастлив помочь.
Пожав плечами, я приложил карту к замку, и дверь едва слышно пискнула, возвестив о разблокировке. Подумав о том, что на досуге было бы неплохо снять отсюда магнитный замок, я вошёл в свой кабинет.
Инфо-чан.
Оказавшись в своей стихии, я расправил плечи и, обернувшись, улыбнулся Даку. Этот трепетный юноша тут же просиял, как медный грош, и продемонстрировал мне зубы в ответ.
— Пожалуй, начнём с этого, — я нарочито неловко вытащил компьютерное кресло через проём, при этом чуть не зашибив своего помощника.
Он воспринял это как самое прекрасное событие в своей жизни, не иначе: его глаза заблестели. Поймав кресло и каким-то чудом не убившись, Ацу заверил меня, что всё понял, и, толкая перед собой громоздкий и довольно тяжёлый предмет мебели, поспешил к двери, ведущей на крышу.
Я поднял очи горе и про себя проклял чёртова Аято. Этот план был похож на все предыдущие, которые он придумал: просто, чётко, гениально, исполнено словно по нотам.
Чего он хотел? Ясное дело: ещё один рычаг давления на старину Масао явно был нелишним, особенно учитывая мягкий и податливый характер последнего. Разумеется, он ни за что бы не причинил дикую боль этому одержимому психу Даку и не отослал бы его прочь (а стоило бы). Так Ацу мог запросто догадаться о маленьком секрете Масао. И, скорее всего, так и произойдёт: несмотря на нездоровую привязанность к людям, которые проявили к нему хоть чуточку доброты, Даку не был идиотом. Он мог сложить два и два и понять, что в электрощитовой настолько высокотехнологичное оборудование ни к чему. Зачем там, к примеру, несколько мониторов? К чему принтер-копир? Какие функции выполняет сервер, к тому же такой мощный?
Конечно, пока Ацу одержим мной, он не станет задавать лишних вопросов, но наверняка займётся расследованием. А детективом он был неплохим, судя по тому, как он нашёл Масао после празднования дня рождения Кенчо.
Но уже поздно: отступать некуда. Этот прелестный молодой человек вот-вот придёт сюда за очередной порцией груза, и мне лучше её заготовить, иначе он может начать задавать вопросы прямо сейчас.
А в будущем — со стопроцентной вероятностью — станет ещё одним стрессовым фактором для Масао.
Всё-таки Аято — прелесть.
Я аккуратно свинчивал мониторы, одновременно продумывая свой следующий шаг. Пока Ацу ничего не сказал: он был слишком увлечен перетаскиванием не самых лёгких вещей от электрощитовой к площадке лестницы, — но когда-нибудь мы закончим, и вот тогда…
С другой стороны, он ведь привязан ко мне, так? Мне нужно всего лишь держать его на коротком поводке и время от времени эмоционально подкармливать.
Вернее, не мне, а старине Масао: он с этим справится куда лучше моего. На мои же плечи ложится установка особой связи — особой для Даку, разумеется. Если сейчас я грамотно подберу слова и смогу привлечь его к себе ещё больше, то дело сделано: он ни за что не сделает ничего такого, что бы причинило мне боль или неприятности.
На Масао эту задачу перекладывать не имело смысла: эмпатичный и чувствительный, он совершенно не умел манипулировать людьми, хотя прекрасно понимал их эмоции на интуитивном уровне. Тут требовался кто-то намного более рассудочный, рациональный и спокойный. То есть Инфо-чан.
Я передал Даку последний монитор и, помассировав начавшую ныть спину, принялся разгружать стеллаж. Ацу уже успел приноровиться к нашему темпу; он с улыбкой подошёл ко мне и очаровательно осведомился:
— Ты в порядке?
— Всё прекрасно, — я передёрнул плечами и вздохнул. — Просто, знаешь ли, накатывают разные мысли…
Улыбка немедленно сошла с лица Ацу; он верно принял эмоциональный сигнал и, осторожно поставив монитор на пол, подался вперёд.
— Какие мысли? — спросил он, испытующе глядя мне в глаза.
У него была привычка уставиться пристально, не отводить взгляда и при этом не моргать. Старину Масао это нервировало и, положа руку на сердце, меня — тоже.
Но не время поддаваться ужасу, который внушал этот хрупкий мальчишка: я на два года старше, у меня намного шире плечи, и в схватке я точно одержу верх, если что. Только этого «если что» не будет: Даку скорее разрубит себя на куски, чем причинит мне вред.
Значит, можно рисковать.
Давай, Инфо-чан; ты же не трус, в отличие от старины Масао. Используй уроки актёрского мастерства, любезно преподанные Кизана, поиграй своим потрясающим голосом; ты сможешь!
— Всё дело в… — я снял очки и провёл ладонью по лицу. — В моём происхождении.
— О… — Даку протянул руку и несмело коснулся моего плеча. — Но Сато Кензабуро ведь… Я слышал, что он жив, однако тебе не о чем беспокоиться: ты явно не унаследовал его гены. Ты такой хороший, такой добрый…
Мне стоило огромных усилий не задохнуться от удивления, когда этот доморощенный Шерлок умудрился узнать про экс-папашу? Насколько мне было известно, Сато-старший особо не афишировал факт своего нахождения среди живых.
Видимо, в моих глазах промелькнуло замешательство, так как Ацу счёл нужным пояснить:
— Моя мама работает в полиции. Я часто захожу к ней, с самого детства, поэтому остальные офицеры ко мне привыкли: они спокойно обсуждают текущие вопросы прямо при мне. Там, в участке, я и услышал про твоего отца… Мне очень жаль, Масао.
Я едва удержался от восхищённого присвистывания. Неизвестно, был ли Аято в курсе родословной этого паренька, но его полезность нам оказывалась налицо. Я не тешил себя иллюзиями: Айши не остановится ни перед чем, чтобы расчистить путь к своему Таро, так что правонарушений, совершенных им, вполне возможно, станет больше. Он с удовольствием втянет в свои коварные дела нас с Кушей, а для того, чтобы эффективно подчистить следы, а также знать всё о то, что творилось на противоположной стороне баррикад, нам надобилась рука в полиции.
Надо же, как удачно всё совпало.
Если, конечно, это совпадение.
— Дело не совсем в этом, — опомнившись, продолжил я. — Понимаешь, Сато Кензабуро… Он не мой отец.
========== Глава 41. Цена. ==========
Обычно со школьной крыши открывался потрясающий вид: здание Академи стояло на возвышенности, и в особо погожий денёк можно было увидеть даже парк Кавашима — самый красивый объект городка Бураза. Весной, летом и ранней осенью он утопал в зелени и являл собой картину торжества жизни, столь отрадную, что старина Масао каждый раз благодарил судьбу за хорошее расположение Канко.
Однако сейчас, в начале декабря, когда солнце светило сонно, неуверенно и вяло, с крыши можно было наблюдать весьма унылое зрелище: весь городок облачился в одну серовато-белую гамму. Я знал об этом от Масао, который имел обыкновение обращать внимание на вид, когда приходил к электрощитовой. А его воспоминания — это мои воспоминания.
И сейчас мне почему-то пришло это в голову: тоскливый и пресный декабрьский пейзаж, который вскоре будет расцвечен рождественскими гирляндами и огоньками, и вскоре люди вокруг будут только и говорить, что о наступающем празднике.