Кстати, голос моей любимой певицы Коринн немного походит на голос Мида-сенсей. Интересно, как бы они звучали в дуэте?..
***
Вторник ознаменовался снегом, сильным ветром и отвратительно бодрым голосом радиоведущего, сопровождавшим мой завтрак. Я с удовольствием доел вчерашний рис и выпил чашку кофе, чтобы взбодриться, но, видимо, растворимый напиток не обладал теми волшебными бодрящими свойствами, которые приписывались его собратьям из перемолотых зёрен: я так и остался сонным.
Но позже, направляясь в школу, я оживился благодаря погоде. Ветер безжалостно хлестал по щекам и практически сбивал с ног, так что сонливость быстро ушла в небытие.
Школьный день прошёл довольно ровно и спокойно: казалось, никому не было дела до Ямада Таро и его здоровья. Разговоры учеников шли по поводу учёбы, приближавшегося конца школьного года, планов на будущее, новых аниме-сериалов и игр, и в этом многообразии не было места для бедняги Таро.
Я спросил у Аято, можно ли навестить Ямада в больнице, при этом не ожидая положительного ответа. Но, как оказалось, Айши абсолютно не возражал, поэтому после уроков и дел в совете я направился домой, захватил с собой яблоки и пошёл в больницу Шисута.
Путь от Канко до госпиталя пешком составил бы около часа, поэтому я воспользовался автобусом. Предварительно я написал Ямада в мессенджере о том, что направляюсь к нему, и он почти сразу же прислал любезный ответ о том, что ждёт с нетерпением, присовокупив в конце сообщения номер своей палаты.
Я не особо жаловал больницы: мне пришлось лежать в госпитале лишь раз в жизни, когда я проходил операцию. Тогда я только-только попал в приют, поэтому всё в мире воспринималось мной негативно. Запах карболки стал ассоциироваться с чувством щемящего одиночества, и мне требовалось немалое усилие воли, чтобы отвлечься от этого.
Отметившись у дежурной за стойкой администрации как визитер, я поднялся по лестнице на третий этаж и без особого труда отыскал палату, в которой пребывал Ямада.
С ним соседствовало трое человек, и кровать каждого была деликатно отгорожена раздвижной ширмой. Я обнаружил Ямада довольно быстро: с ним рядом на стуле сидела какая-то женщина, скорее всего, мать, а у прикроватной тумбочки возился Аято.
Я низко поклонился и с улыбкой приподнял пакет с яблоками. Таро улыбнулся в ответ, а его мать мягко заметила, что яблоки — это один из немногих продуктов, которые рекомендовал врач. Практичный Аято, подойдя ближе, деловито взял у меня пакет, спрятал его в тумбочке, взяв оттуда одно яблоко.
— Я вымою его, — бросил он, быстро направившись к раковине, располагавшейся в углу палаты.
Склонив голову, я подошёл ближе и представился матери Таро. Она улыбнулась мне и бросила стандартную любезную фразу о том, как ей приятно, что школьный совет заботится о её сыне.
Я спросил у Таро о самочувствии и получил весьма оптимистичный ответ.
— Видимо, я съел что-то не то, — вымолвил Ямада, пожимая плечами. — Скорее всего, не помыл руки и облизал грязные пальцы, на которые попало токсичное вещество. У нас в тот день как раз была лабораторная работа по химии, так что доктор убеждён, что проблема возникла именно из-за этого. В целом, у меня всё в порядке, и держат меня здесь только для того, чтобы пройти курс лечения более тщательно. Уже в четверг меня выпишут, а со следующей недели я выйду в школу.
— Приятно это слышать, — я улыбнулся и потрепал Таро по плечу. — Самочувствие не беспокоит?
— Вовсе нет, — Ямада показал мне большой палец. — По ощущениям организм пришёл в норму уже в день отравления, и сейчас я чувствую себя прекрасно, но Аято посоветовал мне поостеречься. Я решил послушаться: у него ведь родственники врачи.
— Думаю, это правильно, — я через силу улыбнулся. — Аято виднее.
Таро кивнул и поправил рукав больничной пижамы.
— Не знаю, что бы я без него делал, — признался он, с благодарностью глядя на Айши, который деловито чистил яблоко. — Он просто спас меня… Хотя такое со мной случилось не впервые: однажды я поел несвежих продуктов в бенто, которое мне дал друг, и мне было практически так же плохо. Правда, тогда до больницы не дошло, но в лазарет я обращался. Это было уже давно, но вот теперь я снова мучаюсь желудком, и на ум пришёл тот случай. Не думаю, конечно, что у моей подруги был мотив отравить меня, но ощущения были явно неприятные. Хорошо, что всё это давно в прошлом.
— Лучше не вспоминать о таком, — я поморщился и потряс головой, сам стараясь не воскресать в памяти события сентября.
— Как замечательно, что в школьном совете есть такие люди, как Айши-кун, — мать Ямада прижала обе ладони к груди, как Мария Магдалина. — Хорошо, что он не растерялся.
— Согласен, — я склонил голову, наблюдая за чёткими движениями рук Айши, который мелко нарезал очищенное яблоко в пиалу, вытащенную им из тумбочки. — Нам несказанно повезло, что в наших рядах присутствует человек, который не паникует в таких ситуациях.
Аято поднял голову, на секунду отвлекшись, и холодно улыбнулся.
— Это мой долг не только как члена школьного совета, — произнёс он, — но и как друга Таро. Он очень дорог и важен для меня. Конечно, я бы помог каждому, кто оказался в затруднительной ситуации, но в данном случае я более вовлечён эмоционально.
Я ошарашенно уставился на него. Аято, как никогда похожий на прекрасную статую, методично нарезал яблоко. Каждое движение было точным, чётким и выверенным, как у робота; ничего лишнего.
«Вовлечён эмоционально».
Как он мог спокойно произносить подобные слова, когда вообще мало чего мог ощущать?!
С другой стороны, ему не было с чем сравнивать.
— Как приятно это слышать, — мать Таро обошла кровать и потрепала Аято по плечу. — Мы очень признательны тебе.
— Пустое, — Айши помотал головой и протянул пиалу Ямада. — Я с удовольствием стану ухаживать за Таро.
А вот это не вызывало сомнений.
— Что ж, — я улыбнулся, стараясь придать своей речи побольше бодрости. — Теперь я чётко вижу, что ты уверенно идёшь на поправку. Желаю тебе скорейшего выздоровления и с нетерпением жду в школе!
— Спасибо, Масао, — Таро склонил голову, сжимая в руках пиалу с нарезанным яблоком. — Мне очень приятно, что ты пришёл навестить меня.
Поклонившись матери Ямада и попрощавшись с Аято, я направился к выходу. Сложившаяся ситуация поражала каким-то подспудным лицемерием: преступник ухаживал за своей жертвой так трогательно, так мило, что сводило зубы. А наивный Ямада даже не подозревал, кто хлопотал вокруг него!
С другой стороны, я и сам не лучше: вместе с Инфо дал Айши полный карт-бланш и не пытался его остановить. И, возможно, это было правильное решение: как оказалась, Аято был способен на многое.
Сентябрь…
Медленно пройдя по больничному коридору, я остановился у лестницы и прижался спиной к стене, пропуская санитарку с большой тележкой, прикрытой белоснежной простынёй.
Это было страшное, тёмное время. Тогда я чувствовал себя загнанным в угол, растоптанным ложью и злобой, даже подумывал и том, о чем не принято говорить вслух. А потом вмешался Аято.
Я думал, что его план подразумевал просто рассорить Ямада и Осана, но истина оказалась куда страшнее. Их размолвки оказались лишь подготовкой почвы к тому, чтобы Таро навеки потерял свою подругу.
Ужасно.
Я потряс головой, отгоняя от себя страшные образы.
Нельзя допустить подобного. Больше никогда.
Каждая ступень лестницы давалась мне с трудом: шагая, я ощущал, как каждое движение отдаётся в голову. Это была не боль, а какая-то странная пульсация; казалось, мозг распух и давил на черепную коробку изнутри, силясь вырваться наружу.
Пусть Ямада побыстрее выздоравливает. Пусть больше никто и никогда не станет посягать на его сердце. Пусть мы окончим школу спокойно и без происшествий.
Оставалась лишь надежда на это; больше ничего.
***
Неделя до пятницы пролетела мгновенно и без приключений. Мида-сенсей вела алгебру всё так же хорошо, но больше не проявляла поползновений соблазнить кого-нибудь. Аято ходил к Таро каждый день и радовался, что последний уверенно шёл на поправку. По словам Айши, Ямада уже хотелось выйти в школу, но под давлением заботливого «друга» он передумал.