— Это неважно, — Рюгоку Аои отошла от копира со стопкой бумаг в руках. — От нас всё равно ничего не зависит. Кроме того, она же тут временно, как я поняла? Потерпим немного, а потом она уйдёт.
— Будем надеяться, — Мегами вздохнула и подхватила свою сумку со стола. — Давайте поторопимся: урок начнётся через пять минут.
Я пропустил девочек вперёд и, прикрыв дверь в кабинет, направился вдоль коридора до своей классной комнаты. Мне очень хотелось пообщаться с Кушей, поделиться с ним подробностями прошедшего дня рождения Ацу, но увы: я увидел лучшего друга только в аудитории: он отчаянно пытался вытащить из сумки тетрадь и пенал одновременно.
Что ж, и у гениев иногда бывают неудачные минуты…
Улыбнувшись этой мысли, я прошёл к своему месту, потрепал по локтю Кушу, всё ещё возившемуся с сумкой, и вымолвил:
— Думаю, тебе лучше не терзать так свои вещи.
— Ты прав, брат, — Куша хмыкнул и демонстративно бросил сумку на стол. — Расскажешь на перемене, как сходил на праздник к своему сталкеру?
— Расскажу, — кивнул я, доставая свой пенал. — Только никакой он не сталкер.
— О, да, разумеется, — Кага схватил меня за руку и выпучил глаза. — Масао, я знаю твой рост с точностью до миллиметра, твой вес с точностью до грамма, твое отвратное зрение с точностью до одной сотой диоптрии, твой размер ноги, длину ладони, даже диаметр шеи, а ещё знаю, где ты живёшь, и даже наслаждаюсь видом света, горящего в тебя в окнах, но я ни в коем случае не сталкер!
— Перестань! — я шутливо хлопнул друга по локтю.
Наш забавный разговор прервал преподаватель, стремительно войдя в классную комнату и встав у трибуны.
Трудовой день начался — наконец-то.
========== Глава 54. Красный крест, белый крест. ==========
Как мы и условились, на следующей перемене я пришёл в научный клуб и подробно рассказал Куше о том, как прошёл день рождения Ацу. Никто нам не мешал: девочка, входившая в научный кружок, приходила сюда довольно редко и старалась быть как можно незаметнее.
Беседы с лучшим другом помогали мне расслабиться: Куша отличался довольно тонким чувством юмора и умел неплохо пародировать людей. Он так убедительно изображал Ацу, складывая руки у груди в молитвенном жесте и пристально глядя на меня, что я не мог сдержать смеха.
К середине дня настроение у меня установилось превосходное; а почему бы и нет? Все проблемы решились, Мида Рана благополучно ушла из нашей школы, не сумев соблазнить Ямада Таро; последний полностью выздоровел, несмотря на то что постоянно ходил в медкабинет. Видимо, там ему выдавали либо ферментированные пилюли для пищеварения, либо витамины.
С новой помощницей медсестры я больше не встречался до конца дня. Как ни странно, Роншаку Мусуме — первая сплетница школы — не стремилась обсудить новое лицо в Академи: она болтала со своими подругами о чём угодно, только не о Муджа-сенсей. Правда, иногда они с Ивасаки Юми — только вдвоём — начинали шептаться о чём-то, но это не являлось чем-то удивительным: две девочки довольно крепко сдружились, и у них наверняка появились общие тайны.
В конце дня в кабинете совета остались только мы с Аято: нам надлежало завершить закупки, так как в январе традиционно траты предстояли крупные. Кроме того, в феврале должны были пройти выборы в школьный совет — на должность президента. Уже в течение многих лет это мероприятие имело место перед окончанием учебного года в марте и преследовало цель установить главу исполнительного органа школьного самоуправления с тем, чтобы войти в грядущий семестр более уверенно.
Регистрация кандидатов начиналась с середины января, то есть, с сегодняшнего дня. Насколько мне было известно, Кенчо не оставил своей мечты занять кресло президента, но пока он не обозначил это желание. Однако я был уверен: кандидаты обязательно будут, ведь многие хотели украсить свои табели красивой строкой: «Занимал место президента школьного совета». Это автоматически означало, что хозяин такого аттестата серьёзен, надёжен и не боится ответственности. Простое членство в совете тоже давало преимущества, но, конечно, не такие весомые.
Куша заглянул к нам и, усевшись за переговорный стол, начал делать уроки. Вскоре мы с Аято присоединились к нему: дела совета были завершены, но идти домой с недоделанным заданием не хотелось, а в Академи как раз царила идеальная рабочая обстановка.
Я закончил с уроками по алгебре и как раз дописывал эссе по родной литературе, когда Аято неожиданно спросил:
— Что вы думаете о Муджа-сенсей?
Мы с Кушей синхронно подняли головы и изумлённо воззрились на него. Айши сидел над учебником, сложив руки на столе, как примерный ученик, но между его бровями, сурово сдвинутыми у переносицы, залегла складочка.
— А что такое? — вопросом на вопрос ответил Куша, откладывая в сторону ручку. — Только не говори, что и она стала угрозой твоей любви!
Аято вздохнул и потёр лоб.
— Пока не знаю, — вымолвил он. — Но мне не нравится, что она заставляет Таро приходить в лазарет каждую перемену. В больнице доктора прописали ему курс лёгких ферментных таблеток, так что совершенно незачем консультироваться со школьной медсестрой, к тому же, такой неквалифицированной.
Куша прищурился и откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди.
— И из этого ты сделал вывод, что она в него влюбилась? — недоверчиво протянул он. — Мне кажется, что аргументация всё же слабовата.
Аято помотал головой и прикрыл глаза.
— Я не утверждаю, что у неё к нему любовный интерес, — произнёс он, хмурясь. — Но согласись: это странно.
— Не думаю, — вступил в беседу я. — Не забывай, что он только что вернулся из больницы после отравления, которое, кстати, произошло на территории школы, то есть, в зоне ответственности Академи. Логично, что сейчас персонал старается максимально окружить его заботой, чтобы родителям Ямада не пришло в голову инициировать судебный процесс против школы.
Аято открыл глаза и пристально посмотрел на меня своими угольными глазами.
— Очевидно, что это проблема не школы, — он чуть наклонился вперёд. — Таро всегда обедает принесённым из дома бенто; он отравился именно из-за него, так что Академи ни при чём.
— Может, она просто заботливая, — пожал плечами я. — Или считает, что ответственная за здоровье каждого ученика. Или, может быть, это вообще распоряжение Секине-сенсей, а не Муджа…
Куша хмыкнул.
— Уже поздно, господа, — пропел он, кивая на окно. — Я понимаю, к чему ты клонишь, Аято, но Масао нужно отдохнуть, как и всем нам. Инфо-чан с удовольствием поможет, но завтра, хорошо?
Я усмехнулся и проговорил, толкнув лучшего друга в плечо:
— Когда мне понадобится адвокат, буду иметь тебя в виду.
— Обращайся, — Куша подмигнул мне и улыбнулся. — Меня не затруднит получить ещё и юридическое образование вдобавок к тем, что я уже имею.
Аято постучал костяшками пальцев по столу, привлекая внимание.
— Согласен, что спешить некуда, — произнёс он. — Но всё же Инфо-чан стоит проверить Муджа-сенсей.
— Хорошо, — я склонил голову. — Завтра же этим и займусь.
— Отлично, — в тон мне ответил Айши, откладывая учебник в сторону. — Тогда предлагаю прерваться на чашку чая.
Я улыбнулся и с готовностью поднялся из-за стола. Это предложение мне показалось разумным: буквы уже расплывались перед глазами, а впереди было ещё много работы, особенно у меня, в частности, из-за того, что накануне я задержался на дне рождения Ацу и не успел сделать все задания так, как надлежало.
Но в школе за уроками сидеть было намного удобнее и сподручнее, к тому же, в компании друзей дело почему-то спорилось намного быстрее.
Мы справились и, убрав за собой помещение совета, направились домой.
По традиции мы вместе доходили до перекрёстка, а потом наши пути расходились. Раньше мы шли в разные стороны, но с переездом в Канко я мог пройти с Кушей ещё несколько метров до ближайшего поворота. Обычно мы так и делали и расставались там, причём Кага крепко обнимал меня и прощался так, как будто не планировал больше увидеться.