Въехав в город через Бишопсгейт, карета тотчас же замедлила скорость, затем, миновав холм Ладгейт-Хилл, вновь поехала быстрее и с оглушительным грохотом выкатилась на Флит-стрит, после чего помчалась по Стрэнду, где все тротуары были заполнены возбужденными толпами обывателей. И время от времени сквозь толпу проезжали группы конных солдат, заставлявшие людей жаться к стенам домов.
— Полагаю, нам нужно вернуться домой, леди Кавендиш, — сказал мистер Берк.
— Тогда и выезжать не стоило, — проворчала графиня. — Нет, мистер Берк, мы должны добраться до палаты общин, чтобы продемонстрировать поддержку парламенту. Скажите Дэвису, чтобы повернул направо и остановился около Савойского дворца. Там мы выйдем из кареты и доберемся до места пешком.
Сопровождаемые мистером Берком, Велвет и Кристин с трудом проталкивались сквозь толпу на Чаринг-Кросс, направляясь к Сент-Джеймсскому дворцу. Им понадобилось около часа, чтобы добраться до окружавших дворец лужаек, наполненных тысячами возбужденных лондонцев, требовавших роспуска парламента и отставки Ричарда Кромвеля.
— Сумасшествие какое-то! — вскричала Кристин, когда их с Велвет едва не смяла толпа. — Ну как же мы доберемся до парламента?!
— Парламент разбежался, леди, — сказал краснолицый субъект, стоявший рядом. — А здание парламента сейчас занимают солдаты Ламберта.
— О Господи!.. — воскликнула Кристин. — Лондон во власти военных!
Какой-то хорошо одетый мужчина, едва не сбивший Велвет с ног, в испуге прокричал:
— Солдаты добрались до погребов Уайтхолла и сейчас разбивают винные бочки!
Где-то впереди неожиданно грохнул выстрел. И в тот же миг мистер Берк схватил графиню под руку и поволок из толпы. Минуту спустя вновь прогремели выстрелы. В толпе поднялся крик, и началась давка. Велвет, оказавшаяся в полном одиночестве, пыталась вырваться из толпы, но люди окружали ее со всех сторон, и у нее ничего не выходило. Конные солдаты пытались как-то контролировать ситуацию, но и у них мало что получалось. Тут Велвет вдруг заметила, что многие лошади уже носятся по площади без всадников. И одна из них внезапно оказалась рядом с ней. Велвет рванулась к ней и схватила ее — под уздцы. И тут раздался знакомый голос:
— Велвет, о Боже!.. Что ты здесь делаешь?!
В следующее мгновение она почувствовала, как его сильная рука обхватила ее за талию подобно стальной ленте. А потом она оказалась в седле впереди Грейстила, успевшего взобраться на лошадь, которой она хотела воспользоваться сама, но не смогла.
Она посмотрела на него в изумлении. Как он узнал, где она находится? И что он делал среди этой обезумевшей толпы? Затем ее взгляд упал на его форму, и она невольно отпрянула от него. Затем, побелев от ярости, принялась молотить его кулачками в грудь.
— Опусти меня на землю! Я не могу находиться рядом с тобой! Мы с тобой враги!
— Где твоя карета? — спросил он, нахмурившись.
— Ты самоуверенный осел! И ты очень ошибаешься, если думаешь, что спас меня! Я бы и сама управилась с лошадью! — закричала Велвет.
— Никогда не сомневался в твоих способностях управляться с лошадьми. Однако не мог не усомниться в твоих умственных способностях, когда увидел, как ты бросаешься в обезумевшую толпу. Так где же твоя карета? Отвечай скорее, поскольку я не буду спрашивать дважды!
— Мы оставили ее у Савойского дворца, — проворчала Велвет. — Я сохранила твой гнусный секрет, не стала говорить о твоей связи с «круглоголовыми». Но теперь Кристин и мистер Берк собственными глазами увидят, кто ты такой!
Грейстил повернул лошадь в сторону реки. Затем пересек лужайку и стал спускаться по склону к набережной Темзы.
У Йорк-Хауса Велвет сделала попытку удрать от него — скользнула с лошади и побежала во все лопатки. Но он тут же соскочил с лошади и, догнав ее, подхватил на руки. После чего снова усадил в седло впереди себя. В конце концов они добрались до Савойского дворца, где стояла карета леди Кавендиш. Грейстил тут же усадил Велвет в экипаж, и мистер Берк, взглянув на него, сказал:
— Спасибо Господу, милорд, за то, что вы нашли ее.
— Господь здесь ни при чем, — проворчал Грейстил. — Просто ее рыжие волосы полыхали посреди толпы как факел. — Понизив голос, он добавил: — Завтра я отправляюсь на север.
Мистер Берк кивнул:
— Желаю удачи, милорд.
Эдинбург, Шотландия
— Когда я уезжал, в Лондоне царил хаос, — сообщил Грейстил. — Генерал Ламберт разогнал парламент, а армия настроила против Ричарда Кромвеля чернь, чтобы тем самым вернее добиться его ниспровержения.
— Ну, толпа — это не народ, — заметил Монк. — Так что же говорят люди?