– Ливи, – я взял её лицо в руки и вглядывался в глаза полные боли и прошлых ошибок. – Я не могу изменить то, что сделал. Не в моих это силах, понимаешь? Я устал, что все ссоры нас возвращают к моему идиотизму. Я просто хочу жить рядом с тобой. Но я тоже боюсь всего, ведь и для меня это первый раз. Мы оба слишком часто врали друг другу, не признавали чувств, а о будущем даже не думали. Нам просто надо привыкнуть друг к другу. Хорошо?
– Я боюсь, что приду однажды, а ты здесь с какой-то шлюхой, – и снова из её глаз выкатились слёзы.
– Ливи, – улыбнулся я. – Глупая моя, да как ты не поймёшь, что мне нужна только ты?
– Не знаю, это странно всё. Жду опасности, – пожала она плечами. – Да, я, наверное, просто сорвалась. Но я ведь старалась, хотела, чтобы ты увидел, что хорошо готовлю, чтобы ты понял, что я делала это ради тебя.
– И все было очень вкусно, – заверил я её, стирая пальцами слезы. – Просто мы больные ублюдки, что с нами сделаешь? И да, я ревную, потому что самолично видел, как Лес тебя целовал, а ты отвечала ему. И мне тоже в тот момент было больно. Очень больно.
– Лес думал, что он гей, – слабо улыбнулась Лив, а я удивлённо поднял брови. – Да, он настолько зациклился, что ты на него не обращаешь внимания, что решил проверить. Вот так… но он плакал, Гранд. А я была одна… без тебя. И я ждала тебя до последнего, и пока он не приехал, я даже не плакала. А потом было так страшно, что мне хотелось умереть от этого. Я не смогу пережить нового повторения, Гранд. Если ты это планируешь, то, пожалуйста, отпусти меня сейчас, а не когда всё зайдёт дальше. Я не сильная, я слабая, я сломаюсь окончательно.
Я опешил от этих признаний, ведь я думал, что ей было плевать на меня, что она даже не вспоминает обо мне. И в который раз я убеждаюсь, что думать и рассуждать мне противопоказано. Я смотрел в её глаза и понимал, что сам умру, если её не будет рядом.
Есть такие люди, которых как бы ты ни пытался вырвать из груди, выйдет этот трюк только вместе с сердцем, а оно неотъемлемое составляющее твоего тела. И это означает, что пока оно будет биться, словно в клетке, то и этот человек будет жить внутри. Там хватит место только для одного человека. Тебе останется лишь дышать им, страдать за него и стараться понять. Потому что это твоё сердце, которое двигает тобой. Это и есть моя Ливи. Я это не могу назвать это любовью… слишком слабо сказано о том, что я чувствую. Это вечная связь, только надо понять, как распутать узлы на ней, чтобы эта красивая нить выровнялась и скрепила наши судьбы воедино. Прочно, как стальной жгут.
– Никогда, Ливи. Я не знаю, что будет завтра. Возможно, мы поругаемся из-за фирмы туалетной бумаги. Возможно, тебе не понравится жирность молока, а мне то, что ты сентиментальная. Но мы должны быть вместе. И я ухожу только, чтобы разобраться в себе и в тебе, но ничего из этого не выходит. Это привычка, отработанная годами, ведь раньше у меня не было любимой…
– Но ты Аманду так называл, – перебила она меня.
– Я никогда не говорил ей о том, что люблю её, просто не отрицал. Я желал поверить в то, что я могу жить без тебя, но, нет… не могу. Ты взрываешь мой мозг, малышка. И из-за тебя я потерял большую часть разума. И я готов быть полным придурком, только люби меня. Я хочу знать, что я нужен тебе… мне необходимы слова, – так тяжело было признаваться в своих слабостях, что я немного замялся.
– Конечно, нужен, Гранд, конечно, – прошептала Лив и погладила меня по волосам, придвинувшись ближе. – Ты всегда был мне нужен, всю мою жизнь. Я ведь была маленькой сестрёнкой Тео, а ты грозой района. Ты плохой мальчик, а я обычная девчонка. Всё, как по законам жанра мелодрамы. Я влюбилась в тебя с первого взгляда, а ты был снисходительным ко мне. Столько лет и я до сих пор ощущаю себя такой же. Ты остался одним из самых желанных мужчин на планете, а я одна из многих, кто был у тебя.
– Нет, послушай меня, – я нахмурился на её признание и схватил её руки, сжимая в своих. – Я обычный, Ливи. Я жил так, потому что это моя защита от внешнего мира. Но ты сломала мою броню. Ты ведь принцесса, а я разрисованный наркоман. И плохие мальчики всегда привлекают девушек, только плохому мальчику нужна такая же плохая девочка только с замашками царской крови. И это ты, запомни это. Я ревную к Лесу, потому что ты с ним мила, а я хочу все эти чувства только для себя одного. Я не знал… не помню ласку в детстве, потому что мама всегда была занята Хью. Только и говорила про него, летела к нему, а я шёл к тебе, чтобы ты хотя бы поговорила со мной. Ты моё спасение из собственного Ада. Ты помнишь, когда я заорал в Лондоне, что люблю тебя?