— Нет, я ничего не помню! — он практически нависал надо мной, давил, но затем, видя мое состояние, отстранился. Замолчал, всматриваясь, словно мог сказать, вру я или нет.
— Это плохо, — он замер, явно гоняя какие-то мысли на мой счет. Казалось, я теперь являлась сущей проблемой для него. Он даже пробурчал: — Как не вовремя все. Ты еще помогаешь следствию? — спросил он неожиданно после паузы, точно в его голове было встроено досье на меня, и он его проверял.
— Не понимаю, о чем вы.
— Ты ведь копала под Джованни Леско? — назвал он громкое дело Уилла — следователя, которому я помогала.
— Его посадили без какой-либо шумихи в прессе, — отозвалась я, давая понять, что не причастна. А у самой внутри было восклицание: «Какого пекла?!»
По мимике Маска я поняла, что он ни на грамм не поверил мне. Между нами возникла пауза, он сделал несколько шагов к софе, и его настроение изменилось.
— Поработай на меня, Джоан.
— Что? — мне показалось, я ослышалась.
Но он не потрудился повторить.
— Вы хотите нанять меня в качестве кого?
Нет, мне было откровенно непонятно, что у него на уме.
— В качестве репортера, — и бровью не повел он. — С дополнительными функциями.
— Это какими? — аккуратно вопросила я.
— А какие ты оказываешь своему следователю? — прозвучало пошло и с подтекстом, но, может, мне показалось?
— Я подумаю, — встала я с софы, посчитав, что нужно прийти в себя и привести мысли в порядок. Тут не то, что мир не готов принять тот факт, что нас окружают монстры. Я была не готова.
— Соглашайся. Я отвечу на вопросы.
— На все? — со скепсисом посмотрела на него, оборачиваясь.
— На которые смогу дать ответ.
Проклятье! Этот чертов монстр знает «нашатырное средство» любого репортера.
ортера.
Глава 4
Глава 4
Громкая музыка долбила с такой силой, что даже звукоизоляционная «камера», как ее называла Триша, не спасала от басов, сотрясающих тело и оглушающих слух. Зато позволяла погрузиться в атмосферу творчества, несомненно, восходящих звезд.
Девушка с большими карими глазами и каштановыми волосами стояла у «аквариума», за стеклом которого «вдохновенно» бесновались молодые парни с электрогитарами. Триша с большим удовольствием качала головой в такт музыке и была явно вдохновлена их душераздирающим творчеством.
Я подошла к ней, давая понять, что не проигнорировала ее СМС. Она чмокнула меня в щеку, показывая на уши. Разумеется, говорить что-то сейчас было бесполезно. Ни она, ни я, ни ее парень, которому я махнула, меня бы сейчас не услышали.
Я улыбнулась ей в ответ, но улыбка вышла какой-то странной. Вроде я пришла в привычный мне мир. Но теперь мне кажется, что каждый может оказаться кем-то или чем-то, отчего я приду в ужас. Перед глазами до сих пор стоит существо с серой кожей, ужасной пастью и крыльями. А лицо Маска наводило дрожь с этими его черными глазами и мерцающей кожей. До сих пор не могу поверить, что это не кошмар в бреду. Я кивнула продюсеру Брэндону и с этими мыслями села в кожаное кресло, дожидаясь окончания записи.
СМС от Триши пришла как раз, когда я думала, а не совершила ли я самую большую ошибку в своей жизни, подписав договор с Маском о моем назначении на должность. Про мои обязанности в документе было очень обтекаемо и туманно. На мои вопросы он ответил, что сообщит о том, что ему конкретно нужно позже. Когда чиркала ручкой свою закорючку, то было ощущение, что подписала договор с дьяволом. Ненавижу нечеткие задачи. Но, черт возьми, как же интересно! Надеюсь, журналистское любопытство не погубит меня. Ко всему прочему, он обещал, что все эксклюзивные интервью и новости в ближайший месяц отдаст моему журналу и конкретно мне. Что и говорить, я купилась на замануху. Вот только пока не понимаю, выиграла или проиграла? Кто знает, чем закончится подобное сотрудничество.
Но вернемся в звукозаписывающую студию. Триша Миллер была моей подругой со времен академии, но перепрофилировалась и стала агентом кинозвезд, в чьей среде и познакомилась с Брэндоном. Ее любовник имел вполне успешную звукозаписывающую студию на углу Седьмой и Десятой авеню, где запись могла влететь начинающей звезде в копеечку. Попасть к нему было желанным в этой индустрии, так как он еще не был из тех, кто взлетел, зажрался и делал все по накатанной. Брэндон Ферн искал новые пути и таланты, не боялся эскспериментов и умел погружаться в работу с головой. Сейчас он продюсировал творчество набирающей обороты группы «Викторианс», поющую в стиле глэм-рока. Их солист прославился широким диапазоном голоса и очень сложным исполнением мелизмов. Я слушала, но чем дольше сидела, тем больше понимала, что провести в такой обстановке весь день не смогла бы. Ничего не имею против. Наверное, кому-то нравится. Вокал и вправду был ничего. Но по-настоящему сведущим человеком в музыке меня назвать трудно, а вот все, что касается данных, — это по моей части. Я мастер найти что угодно и где угодно. Триша всегда смеялась, что я как ищейка в юбке. Однако сейчас мой нюх завел меня в кроличью нору, где я обнаружила настоящих инопланетян! Подумать только! Музыканты завершили выступление, и я с облегчением выдохнула.