— Хотите спасти человечество? — я изогнула бровь.
— Мне не чужда человечность, если ты об этом. — щелкнул он дистанционным ключем и огромная дверь ангара уехала наверх. Машина плавно тронулась в сторону выхода.
— Поздравляю, — наконец-то сказала я, имея в виду его победу. Но он усмехнулся, углядев в этом дерзость.
— С чем именно? — решил уточнить он. А дождь так и хлестал по стеклу, разгоняемый «щетками».
— Разве вы не рады победе в гонке? Вы обошли Генри Мортона с его черным «Дожем»
— Хочу отпраздновать по-своему, — хмыкнул он.
— Это как?
— Отвезу тебя в одно место.
Я удивленно на него посмотрела, но моя выразительная мимика осталась без ответа. Выехав на автобан, Джеймс включил музыку на полную и вдавил газ в пол. Спидометр качнулся вправо, а меня вжало в сидение. Стало страшно, но под воодушевляющую музыку страх не так сильно фонил. Похоже, Маск искренне радовался победе и голосил. Его вокальные данные, скажем так, были средние. Но он искренне подпевал Rascal Flatts «Life is a highway». Это было забавно и вызывало улыбку. Я даже расхрабрилась и тоже по-тихому попадала в знакомые слова. Серое небо уже не казалось таким давящим, а скорость только добавляла адреналина в кровь.
— Кажется, кто-то не против сам посидеть за рулем гоночного болида.
— Я сидел.
— Неужели?
— И какое-то время действительно участвовал в гонках.
— Это вместе с Шоном?
— Да.
— Вы полны сюрпризов, господин Маск.
— Как и ты. Разве нет?
— Вовсе нет. Наверное, обычнее меня, только кружка «Старбин», у каждого пятого жителя Нью-Касла.
— У меня она тоже есть, — улыбнулся Маск.
— Значит, вы пятый, как и я, — ничего незначащий разговор отвлекал, но на экране телефона загорелось сообщение.
«Мэтью находится в седьмом полицейском участке. Поторопись, если хочешь успеть внести залог».
Я вчиталась в прыгающие буквы и не могла поверить написанному.
— Ты шутишь. Черт! — прошипела я телефону. Внутри меня что-то перевернулось. Захотелось выйти, сейчас же! Проклятый Джейкоб. Чтоб его!
— Что? — отвлекся Маск от дороги.
— Остановите.
— Почему?
— Остановите, я выйду. Мне надо… Я поймаю машину, — мысли путались, казалось, это сон, и Мэтью так и оставался пропавшим где-то в средней Азии.
— Джоан.
— Остановите машину! — я не справилась с бьющей внутренней истерикой и рявкнула на Маска.
Он нажал по тормозам и съехал на обочину.
Я отстегнула ремень. Голова не соображала.
— Что случилось?
Я открыла машину.
— Джоан! Стой!
— А? — очнулась я.
— Объясни, что произошло?
В эту секунду я поняла, что веду себя словно припадочная, и постаралась дышать глубже, пристегнула обратно ремень.
— Мой брат. Он в городе. В участке. Мне надо его забрать.
— И ты собиралась ловить машину? Ты серьезно? — он иронично на меня посмотрел и тронулся, через километр был разворот. — Я отвезу тебя.
— Я не могу вас просить об этом, — насупилась я. — у вас праздничный день.
— Зато я могу и отвезу тебя. Какой адрес?
Какое-то время мы померелись померились взглядами, но затем я вбила в поиске адреса полицейских участков и нашла нужный. Маск взглянул на адрес и даже не открыл навигатор. Кажется, он неплохо ориентировался на дорогах.
— Расскажешь? — через какое-то время спросил он, пока я бездумно смотрела, как проносятся мимо фонарные столбы и фермерские поля.
— Это семейное. И не относится к работе.
— Я уже говорил тебе. Все, кто на меня работают — это близкие мне люди, поэтому не стесняйся.
Тяжелый вздох вырвался сам собой. Погружаться в воспоминания, как и жаловаться, совершенно не хотелось, но что-то заставило меня открыть рот.
— Мой брат… Мэтью. Так его зовут. — сбивчиво начала я. — Он неплохой парень. Мы были дружны в детстве. Стояли друг за друга горой. Я старшая. Сначала я за него. Затем уже он за меня. Но потом что-то произошло с ним… он стал гулять по ночам. Мне казалось, он просто связался с плохой компанией. У нас нет родителей. Мы своего рода беспризорники. Была, конечно, тетя Эда. Но я подозреваю, что она на самом деле не была нашей родственницей. Она даже как-то в этом призналась. Когда мне исполнилось двадцать, ее не стало. Мы остались одни без родственников и помощи. Пришлось еще больше крутиться. Перейти на заочное и больше работать. Мэтью с каждым годом приносил все больше проблем. Он игрок. Любил казино, автоматы, да что угодно, если там можно сделать ставку. У него своего рода зависимость от азарта, как мне кажется. Он зарабатывал, да, но и проигрывал много. Однажды он поставил на кон нашу квартиру, и Бог еще знает что. Он сбежал и оставил мне записку, что вынужден уехать из страны, так как его жизни грозит смертельная опасность. Я тогда думала, что убью его сама, — в какой-то момент, я обнаружила, что по щеке текут горячие слезы. Я стерла их рукавом рубашки и некрасиво хлюпнула носом. — Было трудно. Но сейчас все хорошо. Просто прекрасно, не считая того, что людей жрут непонятные миру существа. Простите, за обвинительный тон, — неожиданно призналась ему в своих мыслях за последнее время. — И я не знаю, как сейчас будут складываться наши отношения. Я очень злюсь на него и беспокоюсь одновременно. Я не знаю, почему он в участке и что с этим делать после стольких лет.