— Можем начать с экскурсии по винодельне. Что скажете? Вилле 200 лет, некоторые стены остались в первозданном виде, как их закладывали виноделы тех времен.
— Было бы любопытно, — позволила вести ему в беседе. Я еще успею задать свои вопросы. И только мы вышли, как Джеймса нагнал распорядитель.
— Господин Маск, необходимо ваше присутствие.
— Я занят, Стивен, — отмахнулся он от мужчины.
— Буквально пару минут. У нас экстренная ситуация, — лицо мужчины выражало тревогу.
Маску пришлось все же обернуться и уже мне:
— Ты не против? — перешел он на менее официальное обращение.
— Без проблем, — пожала я плечами и многообещающе улыбнулась.
Оставшись одна, я прислонилась к небольшому столику у стены в нише с каким-то пасторальным пейзажем и выдохнула. Самое трудное позади, осталось теперь аккуратно подвести к нужным мне темам «клиента».
Вилла правда была красивой. Высокие потолки, толстые стены из красного кирпича, арочные своды, дорогие бра и хрустальные современные люстры, мебель из красного дерева. Дорого и современно, несмотря на налет веков. Я поставила сумочку на резной столик. Сзади меня что-то звякнуло. Что это? Я посмотрела вниз. На резной столешнице, увитой виноградной лозой на тон светлее, лежало старинное кольцо, явно оставленное здесь кем-то из гостей. Наверное, я бы не обратила на него внимания, так как его было не разглядеть за статуэткой наездника, но вот древность вещицы не оставляла никаких сомнений. Истертое железо и странный орнамент, напоминающий арабскую вязь, манили и заставляли зрителя вглядываться. Повинуясь какому-то странному порыву и, откровенно говоря, безделью, я зачем-то взяла украшение и, просунув палец в него, посмотрела на свет. Вязь была насквозь, а внутри затягивал своей чернотой камень. Сколько же лет этой вещице? Не новодел. Однозначно. Странное чувство, что украшение нужно взять, почему-то не покидало меня. Внутри зарождалось желание одеть его и не снимать. На удивление оно точно село на палец и угнездилось там, будто могло растягиваться по воле владельца. Но в игре приглушенного света, я посчитала за блажь подобное «волшебство». Возможно, мой глазомер подвел на тему размера? От украшения меня отвлек шум. Около лестницы вниз в противоположной стороне коридора я услышала возню и, недолго думая, пошла на звук. Лестница, от которой раздавался шум, была обита красным ковром, как в старом итальянском кино, и в целом обстановка напоминала оную, а мой поступок походил на сценарий дешевого триллера, но я буду не журналистом, если не проявлю любопытство. Спустившись вниз, услышала голоса:
— Вздумал играть с нами! — хлопок.
— Рони, ну-ка проучи этого недотепу, — и я услышала характерный смачный удар, от которого я невольно дернулась и прижалась к стене. Что же это? Разборки?
Меня видно не было, зато были слышны сдавленные звуки бедолаги, что попал под раздачу уж явно не распорядителя мероприятия. Что за вечериночка у них такая?
— Те ящики оказались левыми! Где остальное?! — прокаркал второй.
Я включила камеру на телефоне и притаилась на лестнице, выглядывая затвором. На экране творилось нечто странное. Мои глаза не могли понять, что за костюмированная вечеринка здесь собралась. Мужчины будто в масках странных уродливых созданий с крупной челюстью и сероватой кожей. Один повернулся ко мне спиной и размашисто ударил другого по лицу. Голубоватая кровь потекла по крупным ноздрям. И я отчетливо видела кожистые крылья на спине. «Что за черт?! Ребята, Хэллоуин еще не скоро!» — подумалось мне. Но я продолжала снимать и сидеть в засаде, искренне не веря собственным глазам.
Мужчина, отплевываясь, проговорил:
— Маску привезли все, что было на барже.
Я распахнула глаза пошире, а уши разве что не уехали на лоб. Радары журналистки сейчас просто взбесились, но не успела я обрадоваться находке и имени злодея, как:
— Надо же, кто у нас здесь! — я обернулась и ахнула. В паре метров от меня выше по лестнице стояло нечто с уродливой мордой летучей мыши, желтыми глазами с вертикальными зрачками. Уши были особенно большими, как и челюсть. Твари, что стояли передо мной, бесшумно спускались по лестнице. Я открыла рот, распахнула глаза и хотела было заорать, но поняла, что это самое глупое, что можно сделать на этой костюмированной вечеринке. Ведь это просто НЕ МОЖЕТ БЫТЬ ПРАВДОЙ! Черные кудрявые короткие волосы блестели от лака, на лице печать власти и самодовольства. А клыкастая улыбка не предвещала ничего хорошего.