Так вот, Фарба спасло то, что девушка, которая его выхаживала убедила начальство отдать его ей под свою ответственность. Фарб рос как обычный ребенок за стенами Тридидейна. У него были не большие отклонения с моторикой рук- они у него отказывали или начинались судороги. Врачи предполагали, что в момент его «выращивания» произошёл сбой или был не качественный материал. Но благодаря этому Фарб стал учёным. Он мечтал попасть в отряд «зачистки», но из-за проблем организма получал отказы, хотя сам прекрасно понимал, что ему не суждено там оказаться. Это дало ему толчок на учёбу. Он изучал всё что только можно и в итоге начал препарировать. Поймав на заднем дворе суслика, Фарб поместил его в прозрачный контейнер и стал ждать, когда тот захочет взорваться. Так прошло 2 недели перед обращением в «бомбу». Когда Фарб начал его препарировать его рука дернулась и случайно перерезала затылок, а не глотку, как планировалось, и животное так же не взорвалось. Таких опытов он провел множество, но в основном на мелких животных, поймать более крупные образцы у него попросту е хватало сил. Но на тот момент это было началом маленького спасения человечества. Убедившись множество раз, что его методика действительно работает, Фарб доложил о своём открытии в Тридидейн. Там, долго шли споры, и все сомневались в действии этого глупого метода, но Фарб доказал, это опытом на личном примере и выдвинул гипотезу о том, что крупные животные тоже могут обезвреживаться таким методом. И его приняли, он был в первых рядах учёных среди всего Тридидейна, он внес большой вклад в жизнь последующих народов. Он более детально изучал и выяснял как точно можно обезвреживать «бомбы». К сожалению, Фарб погиб от несчастного случая в лаборатории, во время испытания по обезвреживанию самого состава, что провоцирует взрыв в животных, но что- то пошло не так как должно. Погиб он в возрасте 30 лет оставив нам много знаний, но и не дав нам их ещё больше. Благодаря Фарбу, детей с подобными отклонениями дают второй шанс, предоставляя сиделок, а самих отправляют в разные отделы, где нужен ум, а не физическая сила.
До момента, когда я ушел из Тридидейна у них было 5 таких детей. Все они блистали умами, были смекалисты. Что возможно в будущем поможет всему роду человеческому. С Тинком нас отправили на «болото», а сокурсники (те самые снайпера) были с нами. Пока мы искали «бомбы», выслеживая их неделю, «пернатые» (мы их так называли) за это время перебили очень много птиц. Мне кажется, что они просто их отстреливали, а не выслеживали как положено. Возможно, у них была своя какая-то тактика, но мы не могли знать наверняка, поэтому не говорили не слово ведь благодаря им мы питаемся уже неделю питаемся мясом. Тут оно на много вкуснее, чем в Тридидейне.
На устранение или хотя бы обнаружение цели, нам была отведена неделя. Затем мы должны были вернуться в Тридидейи и всё доложить, но по истечению 7-го дня всё пошло на пере косяк. Один из «пернатых» погиб, к сожалению, из-за своей глупости.
Было утро. В болотистой местности у нас был развернут лагерь, что мы уже начали собирать для возвращения. «пернатые» сказали, что обойдут округу на случай вдруг, где есть «литучки», чтобы их устранить. На что мы одобрительно кивнули. Не прошло и часа, как один из парней прибежал весь в крови, грязи и тараторя без устали не понятную речь. Мы, конечно, сорвались с места и рванули в след за «пернатым», который, по видимому от шока вел нас на «автомате» к месту где произошло страшное.
А произошло действительно страшное. Напарник бедолаги, что нас привел сюда лежал в собственной крови, что пузырилась гнилью. Тинку стало плохо, что он побледнел в первые секунды и ушёл блевать в попавшиеся рядом кусты. Я могу его понять, вонь источалась дикая, похоже на вонь трупа, который лежит неделю в теплом помещении, воняет и разлагается. Но парень был ещё жив. Когда мы учились, нам не рассказывали последствия встреч с «бомбами», теперь понятно почему. Просто уверяли словами;
-«Лучше не видеть.»
По сей день я отдал всё, лишь бы забыть тот день. Хорошо, что это кончится. «Пернатый» в спешке говорил обрывчетые предложения, но собрав их во едино я понят что они наткнулись на Жабу. Которых мы выслеживали. Его напарник не хотел идти за нами и решил сам её «обезвредить». Но, по видимому им только вкратце и без подробностей, рассказывали о нашей работе. Парень, не правильно перерезал или не успел перерезать ткань от чего Жаба и взорвалась, обдав его ядом. Парня уже было не спасти, и я решил его добить. Тинка и «пернатого» я заслал к палаткам чтобы приходили в себя. После того как я удостоверился, что они ушли я лишь облегчил мучения почти мертвого человека. Тонким лезвием я перерезал парню горло, видя, как с облегчением тускнеют его глаза. Возможно, он бы поблагодарил меня, но говорить он не мог. Предполагаю, что при взрыве яд попал в глотку и разъел гортань. Этот взгляд преследует меня каждый день и каждую ночь мне сниться сон как я его добиваю. Кровь, что черна от яда, течет по останкам его тела и по моим рукам. Делая последний вздох, глаза тускнеют и покрываются прозрачной пеленой, не давая и шанса для шевеления телом. По сей день я ненавижу теплую воду, она напоминает мне его еще теплую кровь. Не кто не знает, что я его убил, мы доложили это как несчастный случай и неосторожность на задании. И в это поверили, не проводя проверок. Это было, кстати.
Сейчас же, я это рассказываю, потому что мои дни сочтены, и моя память перейдет к вам. Хотя вы возможно запомните меня как убийцу, но это всё, что я могу оставить после себя.
С Тинком мы проработали ещё 5 лет, он всё время просился о переводе в архив. Это произошло, но спустя 7лет. Когда он уже «выжил из ума», как утверждает Тридидейн. 2 года он находился в своём доме, иногда выходя на улицу и крича в небо;
-«Помоги мне!»
Когда его всё-таки отправили на должность архиватора, Тинк повесился. Я нашёл его. Он висел в дверном проёме, крепко сжимая листок в руке в котором было написано;
-«А зачем оно мне теперь»
И я полностью был с ним согласен. Смерть «пернатого» подкосила его, а он не был тем, кому подходит «зачистка». Как-то перед смертью, Тинк позвонил мне и сказав веселым, но лишенным смыслом, голосом, по его интонации мне сразу представился его безразличный, пустой взгляд. Его слова были медлительны, словно он сам оттягивал момент неизбежности и не хотел говорить, но затем послышался глубокий вздох. По-видимому, он хотел сказать всё на одном дыхании.
Так и произошло, Тинк сказал, что нашёл спасение, спасение для всех. Что он доказал сам себе. Что Тридидейн ошибался в его профессии и он не идеальны.
«Я передам все записи тебе, Вайт.»
В его легких заканчивался воздух и произнес он это как можно скорее, чтобы вдохнуть свежий глоток.