VII.
День испытаний наступил. Окоемов попрежнему лежал у себя в кабинете. Болезнь, против ожидания, затянулась, и он не мог выйти в гостиную, где Сережа принимал посетителей. Лежа на диване, Окоемов мог только слушать, что происходило в соседней комнате. Сейчас он чувствовал себя скверно главным образом от безсонных ночей. Даже живое начало дела не радовало его, а являлось, наоборот, какое-то смутное недоверие к самому себе. Да не ошибается ли он? Ведь предприятие слишком рискованно... Сережа явился рано утром и вошел в кабинет с портфелем в руках. -- Это еще для чего?-- спросил Окоемов, указывая глазами на портфель.-- Ах, Сережа, Сережа, никак ты не можешь обойтись без декорации... -- А как же иначе?.. Там у меня еще несколько книг есть. -- Каких книг? -- Нельзя же без книг,-- обидчиво возражал Сережа: -- необходимо установить самый строгий порядок... Сережа своей собственной особой олицетворял этот будущий порядок -- он имел сегодня необыкновенно строгий вид. Через несколько минут Окоемов имел удовольствие видеть целый десяток обемистых конторских гроссбухов, в самых изящных переплетах и даже с вытисненной золотом надписью: "Главная контора золотых промыслов В. Т. Окоемова". -- По-моему, сейчас совершенно достаточно одной записной книжки,-- обяснил Окоемов, качая головой.-- Ты у меня заводишь какой-то департамент... -- Я и вывеску заказал. -- Это еще что такое? -- Да как же иначе? У всех должны быть вывески... По черному фону золотом: