V.
Дальнейшия события понеслись с особенной быстротой, так что пребывание Настасьи Яковлевны в Челкане никому не бросалось в глаза. Экспедиция распалась на два лагеря: женщины пока оставались в Челкане, а мужчины поселились в Красном-Кусту. У последних сразу появилось необходимое дело, и никто не оставался без работы. Потемкин заведывал постройками в качестве главнаго инженера, студент Крестников служил штейгером, наблюдавшим за приисковой работой, Сережа открыл "главную контору" и возился целые дни со своими гроссбухами. Кстати, появление Сережи на прииске было обставлено очень печальными обстоятельствами: он проигрался в пух и прах, так что не на что было приехать на прииск. -- Для начала недурно,-- язвил его Окоемов. -- А я не виноват, что не хватило двадцати пяти рублей,-- оправдывался Сережа совершенно серьезно.-- Если бы были эти несчастныя деньги, я не только отыгрался бы, но и всех других обыграл... Один адвокат меня подвел. -- Очень жаль, что он этого не сделал раньше... Сережа, когда же мы наконец исправимся? Кстати, как у тебя дела с княжной? Последний вопрос каждый раз приводил Сережу в смущение, и он делал малодушный вид, что ничего не слышит. Вообще же он скромно прятался от княжны или отсиживался у себя в Красном-Кусту. Кроме княжны, в Челкане Сережу возмущал сам г. поп, как он называл о. Аркадия. Одним словом, неприятностей было достаточно, и Сережа предпочитал отсиживаться со своими гроссбухами. Теперь он свел знакомство с Потемкиным, и вдвоем они просиживали целые вечера у себя в конторе или где-нибудь у огонька на берегу Кулижки. Изобретатель всецело был поглощен новым открытием, которое должно было перевернуть в основе все понятия о ценности. -- Вы только представьте себе, Сергей Ипполитыч,-- говорил Потемкин, делая неуклюжий жест: -- вы представьте себе, что золото вздор, а с ним вместе и наши общепринятыя понятия о богатстве... Да. И это заблуждение прошло через тысячелетия... Одни алхимики чего стоили, отыскивая секрет приготовления золота искусственным путем. Впрочем, они с своей точки зрения были правы, и новейшая наука неудержимо идет к их мировоззрению... Ведь все силы уже сведены к одному движению, и только вопрос времени, когда так называемыя в химии простыя тела тоже сведутся к одному общему знаменателю. С некоторой гадательностью и сейчас можно представить себе это "прототело", т.-е. его химические признаки, физическия свойства и общую формулу. Я давно думал об этом и пришел к заключению, что искусственное приготовление золота вполне достижимо, но едва ли когда-нибудь будет выгодным. Да... Такое искусственное золото будет дороже добытаго обыкновенным способом в готовом виде из земных недр. А вот другое дело, если мы добьемся до того, когда будем добывать золото не из розсыпей и жил, а прямо из первоисточника, т.-е. из первозданных пород, как граниты, и, главным образом, из воды. -- Из воды?-- удивлялся Сережа, делая большие глаза.-- Чорт возьми, это интересно... Ну-с, продолжайте. -- В природе мы встречаем золото в двух видах, именно: в форме коренных месторождений, когда оно залегает в кварцевых пропластках -- это жилы, или во вторичной форме, происшедшей благодаря разрушению первой -- это золотоносныя розсыпи, как продукт разрушения кварцевых жил. В том и другом случае, как теперь уже доказано, главным деятелем является вода, которая выносит из земных недр тончайшие растворы золота и осаждает их в форме жильнаго золота, и эта же вода потом разрушает такия жилы в песок. Весь вопрос в том, что мы принимаем этот процесс образования жил и розсыпей как завершившийся факт, а между тем это грубая ошибка -- и сейчас вода производит ту же работу, как и тысячу лет тому назад. Мы имеем дело с омертвевшими формами, а нужно обратиться прямо в лабораторию, где происходят эти образования. Ведь вся видимая природа -- это одна грандиозная лаборатория, которою только нужно уметь воспользоваться. До сих пор, например, мы сумели отчасти только воспользоваться работой теплоты, а скоро будем пользоваться работой холода. Конечно, холод -- понятие расхожее, а в существе дела есть только одна теплота, и в ея минимальных дозах мы еще не умеем ею пользоваться. Все это связано с неистощимой работой воды при разных температурах, под разными давлениями и при разных химических комбинациях. -- По вашему мнению, значить, запасы золота в природе неистощимы? -- Да... Настолько неистощимы, что, если мне удастся осуществить свои опыты, золото упадет в цене процентов на восемьдесят... Я уже подсчитал возможныя комбинации. И вы представьте себе положение торговли, промышленности и всего нашего экономическаго уклада, когда золото будет обезценено и станет на ряду с другими металлами. Трудно даже приблизительно подсчитать все, что может произойти... Я иногда просыпаюсь даже по ночам и все думаю. Эти сны наяву не нравились только Окоемову, потому что Потемкин не воспользовался своим пребыванием в Екатеринбурге и очень мало сделал для своих насосов. Пока он оставлял его в покое, выжидая, когда бред пройдет сам собой. Жаль было, конечно, напрасно потеряннаго времени, но Потемкин успел занять совершенно особенное место и жил на своем особом основании "придворным изобретателем", как окрестил его Сережа -- Ну что, как наши насосы?-- спрашивал иногда Окоемов. -- Ничего, все будет готово, Василий Тимофеич,-- невозмутимо отвечал Потемкин: -- вот только немножко проверить одну камеру, где должно образоваться безвоздушное пространство. -- Да, да, пожалуйста, не очень увлекайтесь своим золотом... Работа на прииске кипела по всем пунктам. Приисковыя постройки росли по дням, и Окоемов часто любовался дружной работой двух вятских артелей. Хорошо работали, хоть американцам впору, да еще с песнями, как уж нигде в свете не работают. По вечерам прииск представлял самую оживленную картину, точно громадный цыганский табор. Весело горели огни, слышался говор, песни, пиликанье гармоники. Недавно пустынное место сделалось неузнаваемым. Первой строилась приисковая контора и склады для провианта и разной приисковой снасти. Вчерне эти здания должны были быть готовы уже в