— Давайте же пройдем к плантации, — пригласила туристов Айлен, повторив еще и на английском. Среди деревьев она сможет запутать погоню и оторваться. Как наивно!
— Видите эти деревья? — женщина провела рукой по стволу ближайшего. — Им около пятнадцати лет. Апельсиновое дерево начинает плодоносить на третий-четвёртый год, но пика урожайности достигает к десяти годам. Эти красавцы — в самом расцвете сил. Вдохните чудесный цитрусовый аромат.
Голос ее дрожал, жрица смотрела насмешливо, а онмёдзи, кажется, на самом деле были интересны апельсины. Или нет? Оба они наверняка не владеют ни испанским, ни английским.
Остановившись в тени раскидистого дерева, Айлен достала флягу с терере — холодным парагвайским мате, популярным в этих краях.
— Не желаете попробовать? В жару это лучшее, что можно придумать, — она передала тыквенный сосуд первому туристу — бразильцу и все, почти каждый, сделали пару глотков.
— Спасибо, очень освежает, — поблагодарила жрица на японском — звуки родной речи как будто бы открутили все эти годы на обратной перемотке.
— Простите, я вас не понимаю, — глупая ложь, но жене аргентинского фермера неоткуда знать японский.
— Вот здесь у нас Валенсия, — она сорвала крупный оранжевый плод. — Это поздний сорт. Очень сочный, идеален для сока. Аргентина — один из крупнейших экспортёров апельсинового сока в мире…
Она продолжала говорить и объяснять, удерживая фальшивую улыбку. Сорта, капельный полив, HLB, она же болезнь позеленения цитрусовых, ставшая головной болью для всех фермеров. И многое, многое, многое. Вся её жизнь.
Самым сложным сегодня оказалось не глазеть на японцев. Но кое-что она всё-таки подметила. Явная пара. Неужели нынешние охотники на лис не способны устоять перед чарами? Или этот тот поводок, на котором сегодня храмы держат своих цепных псов?
— Мы делаем свежевыжатый сок, концентрат, мармелад, цукаты, даже эфирное масло из кожуры и продаём под своим семейным брендом «Zorro», — то есть «Лиса». Она была против, но это Мартин предложил. Так радовался, что она решила — ничего подозрительного. В стране тысячи, десятки тысяч семейных фирм, никто их названия не исследует, — по окончанию экскурсии вас всех ждет вкусный сюрприз из нашей продукции.
— Нам нужно поговорить. Меня зовут Хошино Хикару-но-Ёри, я клянусь именем Инари, что не выдам тебя храмам, — негромко обратилась к ней японка, получая сувенирный мешочек с мармеладом, цукатами и даже маленькой бутылочкой апельсинового шнапса, придуманного мужем.
Хорошая попытка. Видимо, Айлен не настолько опытна в определении лжи, как считала, живя обычной жизнью. Всё просто: выдаст не она, а онмёдзи. Старшие жрицы, такие, как эта Хошино, большие мастерицы обманывать.
Пару секунд она разрывалась между несколькими вариантами: плеснуть в глаза этой Хошино соком и сбежать, позвать на помощь мужа, чтобы тот вызвал полицию, и, наконец, дать вторженцам желаемое. Может быть, она успеет предупредить Мартина и Марию, и те затеряются. Аргентина — большая страна. Да почему бы и другие не рассмотреть…
— Да не собираюсь я тебя отсюда забирать! Проводи нас туда, где можно поговорить, — уже открыто сказала ей Старшая. Ее командный голос подавляет. Хочется слушаться, подчиняться. Сколько у нее хвостов? Пять? Семь? Девять? Нет, точно меньше. Сама Айка-Айлен совсем забросила эту условность, перестала наблюдать, выросла ли в силе и даже в лису за минувшие годы обращалась всего пару раз, по просьбе мужа. Может быть, зря? Устояла бы сейчас перед волей Старшей жрицы? Маловероятно.
— Прошу вас, идите за мной, — слова родного японского как будто травмировали резко пересохшее горло и Айлен закашлялась.
Привела «гостей» на кухню. Её летнюю кухню, где каждую субботу она делает завтраки мужу и дочке. И сейчас на любимый стул Марии — как хорошо, что она в школе — село хвостатое чудовище из прошлого, способное разрушить её жизнь одним взмахом хвоста. А на месте Мартина обосновался охотник на лис. София почувствовала себя загнанной в ловушку. Глаза сами нашарили кухонный нож. Бесполезно. Как оборотень она сильнее и выносливее типичной женщины своей комплекции, но не настолько, чтобы сладить с мужчиной, прошедшим подготовку.
— Тут тебя зовут Айлен-София. Каким было твоё имя в Японии? Я Хошино Хикару-но-Ёри, мой… друг — Амано Широ.