Офис детектива за время нашего отсутствия изменился очень сильно. Самым кардинальным образом. Если бы не надпись на стекле входной двери, я бы задумался над тем, что не ошибся ли этажом.
— КАК? — не удержался я от вопроса вслух. Госпожа настоятельница, что с невинным видом поправляла прическу, лишь загадочно улыбнулась. О лицемерная Инари, развей наведенные чары! Нас же хорошо, если пару часов на месте не было!
Неужели у кицунэ есть тайные мистические техники наведения порядка и уюта? Если так, то почему Амацу-сенсей ими со мной… и с предыдущей моей итерацией не поделилась? Хотя… Акира чистящими дзюцу, по всей видимости, владеет. У нее в хижине всегда была столь же идеальная чистота.
Офис не просто блестел — сиял! Стерильность того уровня, какому позавидуют в операционной. Мой чуткий лисий нос подтверждает. Все бумаги аккуратно рассортированы по ящикам, избавившимся от пыли, хранимой с самого открытия Амано-саном своей приёмной.
Жалюзи не просто отчищены от грязи, но и выставлены под идеальным углом, за счет чего комната наполнилась естественным освещением.
Стол перестал напоминать место крушения грузовика с канцелярией, и это при том, что усилитель одических вибраций в обличьи винтажного проигрывателя винила остался на прежнем месте.
Несгораемые шкафы. Их частный сыщик, по всей видимости, раздобыл уже не новыми, так как ранее ящики были украшены множеством царапин. Ни одного повреждения не осталось! Мини-холодильник басовито урчал, набирая температуру. Стоящая на его крыше капельная кофеварка, до того покрытая неаппетитным налетом, источала ароматы свежесваренного кофе. Пепельница бесследно исчезла. Нам, лисам-оборотням, запах табака обычно неприятен.
Если есть лучшая форма рекламы лисицы, как идеальной вайфу и прекрасной спутницы жизни… то это приготовленная ей еда. Но и навыки уборки, показанные Хошино-сан, меня до глубины души поразили. Назначил бы ее четвертой наложницей, если бы вдруг обезумел и решил завести себе гарем. Или пятой… в зависимости от того, рискнул бы гипотетический безумец-Ниида включить в список Красную незнакомку. Задача «впечатлить бухгалтера» выполнена блестяще.
— Я немножко тут прибралась, — улыбнулась хвостатая, — не перестаралась, так ведь?
Клише с отпавшей до пола челюстью в данную минуту самым лучшим образом описало бы хозяина помещения. Может быть, это всё иллюзия? Мммм… нет, настоящее, я бы заметил обман.
— Лишь бы владелец здания не увидел, — проговорил Амано, — он увеличит мне арендную плату впятеро. Холодильник и кофеварка, к слову, сломались несколько лет назад.
Губы Хикару-но-Ёри тронула лёгкая улыбка. Пропал закоренелый холостяк. И сама семихвостая лисица пропала. Потому что ради сюрприза полностью чужому тебе человеку ТАК не стараются.
— Давайте же включим музыку, — предложила абсолютно довольная произведенным эффектом кицунэ. — У меня от нее мурашки, знаете ли. Широ, подключишь этот мудрёный прибор? Я в нём совершенно ничего не понимаю.
Ага-ага, то ли дело ремонт сгоревшего холодильника!
Глава 11
Я еще раз окинул взглядом «Гармонический усилитель» и подтвердил:
— Мне любопытно узнать, как он звучит. Хотя, признаться, я не фанат винила. Это что-то для богачей… — надеюсь, что проигрыватель хотя бы не взорвется? Я как-то слышал, что вакуумные лампы взрываются от неправильного обращения.
— Перейра-сан сказал, что лампы надо прогревать. — подсказала Хикару-но-Ёри.
Щелкнул тумблер. Внутри стеклянных колб, торчащих из корпуса, начало разгораться теплое оранжевое свечение. Ничего не взорвалось, искры не посыпались. Только легкое, едва слышное гудение. Как мурлыканье котёнка.
— Работает, — выдохнул Амано.
Хикару-сан осторожно, двумя пальцами, извлекла из конверта черную виниловую пластинку.
— Это та музыка, при помощи которой Перейра-сан преобразил свою жену, — пояснила госпожа настоятельница. — Очень красивая мелодия, самба.
— Я немного понял из объяснений Перейры-сана и записок, — вступил в беседу Амано. — Все записи на немецком, но я переводил непонятные слова онлайн и идею уловил. Музыка — это несущая частота. В полицейской академии нам объясняли принципы устройства радиосвязи. Здесь то же самое. На музыкальные волны как-то накладывается что-то мистическое, состоящее из усилившихся эмоций, и потому получается донести до камня посыл.
Игла коснулась дорожки. Сначала раздалось характерное потрескивание — так называемый «уютный звук», ценимый аудиофилами по всему миру. Не понимаю их. Тратить огромные деньги на то, чтобы слушать помехи. А потом вступила гитара.