Я подошел к проигрывателю и осторожно коснулся теплого деревянного корпуса. Есть некий необычный отклик.
— По правде, нет, — соврал я, — но я очень далёк от танцев. И свой эмоциональный посыл вы двое явно не мне направляли. Сами вы наверняка что-то ощутили.
— Да… наверное, — Амано спрятал глаза. Взрослый человек, а смущается, как старшеклассник! Ну как так можно? Но думаю, что Хикару-тян своего не упустит.
Я посмотрел на смартфон. День уже перевалил за полдень.
— Амано-сан, Хикару-сан, оставляю вас наедине с этой адской машиной любви. Мне почему-то показалось, что вы не прочь продолжить танец. Я возьму записи Перейры-сана и передам… ЕМУ.
Кроме того, я получил обещанное досье на зам-министра Мацумото. Чтобы найти, в каком именно ящике папка с ним лежит, детективу понадобилась помощь лисицы. Она что, еще и каталогизировать тут всё успела?
Лифт, разумеется, все еще не работал, выходя из офиса и спускаясь по лестнице, я все еще слышал отголоски той мелодии внутри себя. Одические вибрации, если это они, проникли намного глубже, чем я показал. Перестал наконец-то контролировать лицо и отпустил улыбку, улыбался, как последний дурак.
— Милая, я тебя очень люблю. Нет, никакого повода, просто сильно захотелось тебе об этом сказать. Не хочешь научиться танцевать аргентинскую самбу? Танец-соблазнение с платочком, — я, может быть, и не настоящий самурай, откровенно бутафорский, но один из постулатов кодекса бусидо — «действовать без колебаний и промедлений».
По пути обратно в Йокогаму много размышлял. Масштабировать обнаруженный способ сложно! Найти пылкого юношу, влюбить в каменную кицунэ, заставить ей спеть о своих чувствах… Учитывая, что большая часть каменных лисиц выглядят не как обнаженные девушки, а как сердитые хищники, тут нужен зоофил. Вот со второй спасенной в Германии статуей, вероятно, получилось бы. Девушка красивая.
Может быть, сработает просто запись голоса Перейры-сана? Я ведь что-то в ней для себя нашел, нечто, подогревшее желание сказать Мияби о чувствах? Попробовать стоит, но интуитивно чую, что этого не хватит. Ну, разве что для отдельных лис сработает. Может быть, подобрать другой жанр? Аргентинская самба скорее усыпляет, чем заставляет ожить. Что-то взрывное, антиколыбельная. Такое, как «Beat of the Rising Sun» или «Don’t Stop the Music». Последняя как раз звучала в динамиках аудиосистемы Марка-сана. Любопытно, есть ли эти мелодии на виниле. И можно ли записать свою музыку на пластинки в домашних условиях? Физика процесса там примитивная — нацарапать звуковые дорожки.
Пожалуй, по настолько серьезным вопросам стоит посоветоваться с кем-то знающим. С Амацу-сенсей. Всё одно я собирался на ближайших выходных смотаться в родной Кофу и удостовериться, что две лисицы, поселившиеся у меня дома, не разнесли жилище на куски своей непоседливостью.
Несмотря на официальный отгул, после Токио я поехал на работу. Желание немедленно обнять Мияби не отпускало. И нога в ритме самбы всё еще изредка норовила дернуться. Но это прошло.
В пятницу после обеда мне позвонила Ито-тян, кошачья сиделка. Ох и завидую же я её профессии. Заработок невелик, но и работа приятная. С другой стороны… представил, что будет, если няню-Макото оставят присматривать за таким демоном, как Дандо-сама. Я бы этого не пережил.
— Hello, — в этот раз я не стал оригинальничать и поздоровался на самом банальном английском, понятном в той или иной степени большинству. Незачем пугать хорошую девушку моими нестандартными приветствиями. Хотя на язык так и просилось айнское «а-ну а-ну».
— Ниида-сан, простите что беспокою вас. Это Ито, я сижу с Тофу. С ней всё в порядке, не переживайте, и корм тоже есть. Но тут к вам пришли. Школьница, утверждает, что ваша сестра и просит впустить. У нее есть ключи, но у меня правило всегда запираться на задвижку, если не жду скорого возвращения хозяев квартиры.
— Вы молодец, Ито-сан. Моя сестра Тика на самом деле по пятницам остается у нас после школы.
Звонок сестренке, чтобы убедиться, что это и правда она. И краткая инструкция кошачьей Мэри Поппинс о том, что на остаток дня она свободна.
Дома меня встретила музыка и громкий девичий смех. Двух девушек. Хорошо, что в квартире прекрасная звукоизоляция и соседей импровизированная дискотека побеспокоить не должна. Да и с громкостью Тика знала меру. У нее-то уши чувствительные.
«Kiss, kiss kitsune» — призывала певица немного электронным голосом. Зайдя в гостиную, я узрел Тику-тян и Ито-тян, разучивающих танец с синхронными движениями. На обеих бутафорские лисьи ушки и лапки-рукавички. Розовые у сестренки и голубые — у ее новой подруги. Тофу-тян сидя на своей подушечке смотрит на своих человеческих рабов с живым интересом, как будто задумавшись «и скоро им надоест?». Музыка ей, кажется, ничуть не мешает. Потрясающая синхронность, надо сказать, но это полностью заслуга пластичной лисички с уникальным музыкальным слухом. Я бы тоже так смог. НО НЕ БУДУ!