Она подсела к нашему столику, даже не спросив разрешения.
— Слышала я, — пропела она своим лицемерным голоском, — что две прекрасные лисицы с континента ищут новый дом. Говорят, в Поднебесной вам стало… тесновато? Вон там, за морем, есть гряда островов. Народ там дикий, наивный и пугливый. И я вас приглашаю плыть со мной.
Мы переглянулись. Сестрица уже не очень хотела власти и обожания. Эта Маэ желала лишь покоя и хорошего вина. А в Китае за нами уже гналась половина армии экзорцистов.
«А если мы откажемся?» — спросила эта Амацу.
«То останетесь здесь», — пожала плечами Белая стерва. — «А вон к той пристани уже причаливает лодка с очень злыми монахами. Выбор за вами.»
И мы согласились. Думали, что используем её, пересидим бурю и, может быть, захватим эти острова сами. Хорошее ведь место.
Но лицемерная стерва тут выстроила идеальную систему. Заставила людей любить нас и бояться одновременно. Она присвоила право быть главной лисой архипелага. А нас, даже старшую сестрицу, она всегда держала за младших. «Мои дорогие дикие сестры», тьфу!
Амацу-сенсей снова наполнила чарку, плеснув немного и на белый нефритовый стержень.
— Видишь, Дзику-тян? — ласково и злорадно проворковала она камню. — Ты думала, что ты самая хитрая. Что ты хозяйка, а мы — беженки, которых ты великодушно приютила. Но теперь ты здесь. В виде свитка с рецептом жареного тофу. А эта старуха пьёт сакэ и рассказывает твою историю своему непутевому ученику.
В голове у меня уже шумело. Не знаю, что насчет императорских запасов, но сакэ точно необычное.
— Вот так, Малыш, я впервые это рассказываю кому-то с тех самых дней, как родила мать Акиры от императора… ой… выболтала. Старая пьянь.
Я моментально протрезвел. Слова наставницы вытеснили алкоголь из крови. Акира… моя Акира… она внучка… Понятно, что оговорка не случайна.
— И ее дед… — начал я задавать, как поначалу показалось, очень важный, но как я решил для себя спустя мгновения, незначительный вопрос.
— Интересную задачку тебе подбросила старая наставница, да, малыш? — рассмеялась довольная девятихвостая. — Её дочь, определенно, была нестареющей лисицей. А следовательно, эта Маэ могла потенциально возлечь с целой кучей императоров.
Я ставлю на того самого, якобы отравленного Тамамо-но-Маэ. Тоба, по самой распространенной версии легенды. Уж не за измену ли? И не потому ли девятихвостые сестры настолько долго избегали общения и не искали друг друга, что не смогли поделить мужчину?
— Где она сейчас? — задал очевидный вопрос. Ясно, что не подле своей матери. Самый логичный вариант — обратилась в камень подобно остальным тысячам лис-оборотней и в данном случая я, вполне возможно, окажусь в силах помочь и исправить ситуацию. Если добавить к любовному треугольнику двух тёщ, какая получается геометрическая фигура?
— Мертва. Умерла родами — такое бывает, особенно когда поблизости сплошные шарлатаны, не умеющие даже вымыть руки перед тем, как лезть к пациенту. Не вздумай только выражать соболезнования — времени прошло много, а эта Маэ не умеет столь долго горевать. Акира — её точная копия, знаешь ли, и этого довольно.
Хлопнула входная дверь, прерывая сеанс откровений.
Дом наполнился многочисленными голосами. Мияби, Ёрико, Тика, Ринне и даже Тайфу. Махараджако предсказуемо отсутствует, у них с «господином сёгуном» Роубаяси собственные планы на выходные.
— Иди, поговори сразу, он не кусается, — советовала бейсболисту Акирахиме-тян. Совсем негромко говорила, но тонкому лисьему слуху громко и не нужно.
— Ого! Они тут пьянствуют! Братик, ты же не любитель сакэ!
Все улики я успел оперативно припрятать, но запахи меня выдали. У сестренки тоже невероятной чувствительности носик.
— Поговори еще, дитя. Сие не пьянство, а дегустация благородного напитка из императорских запасов. Сёта-кун, что ты прячешься? Иди сюда! Эта Коноха всё рассказала Макото, но еще прежде про то поведали твои кроссовки в прихожей.
— Ниида-сан! Прошу прощения, — склонился молодой спортсмен. Тайфу слегка поправился, набрал вес. Даже на нормального человека стал внешне похож. Не на меня! Я превыше норм. На Отонаси, пожалуй.И характеры у них схожи, одинаковые добряки-скромники.
— За что я должен тебя простить? Ты сделал что-то постыдное, Казума-сан?
— Я… я встречаюсь с вашей кузиной! И живу в вашем доме без вашего разрешения! — выпалил молодой человек.
Искренне не понимаю, что постыдного в том, чтобы строить отношения с настолько потрясающей девушкой, как Ёрико. Вот насчет дома — да, нехорошо, потеря лица. Я разрешил пожить в нём ближайшей родне, а кроме важных для меня женщин заселился еще и непрошенный квартирант. Но ущерба, не считая морального, нет.