Большой зал Главного Полицейского Управления меня лично разочаровал. Во-первых, он оказался не таким уж и большим — ненамного больше стандартного актово-спортивного зала в обычной школе. Во-вторых — очень уж скромно обставленным. Примитивные офисные стулья, даже на вид жесткие и неудобные. Мне пришлось сесть с краю, чтобы не толкаться с соседями. И еще по одной причине.
Всех украшений — огромные флаги позади помоста с трибуной. Национальный и флаг полиции — темно-фиолетовый, с эмблемой — золотистым солнцем и расходящимися от центра лучами.
Проход на церемонию был строго по приглашениям — QR кодам, какие нам прислал Кикучи. Точь-в-точь, как на спортивных стадионах.
Само торжественное мероприятие донельзя скучное. Выступил важный полицейский чин, нахваливавший то, как четко отлажены у них организационные процессы, что позволяет оперативно перебрасывать лучших сотрудников на самые горячие участки фронта борьбы с преступностью. Таких, как инспектор Кикучи Юто, откомандированный в Нагано во время кризиса с побегом особо опасного заключенного и задержавший беглеца с риском для собственной жизни. Наверное, столько приятных слов единовременно моему приятелю только Кайлани-тян и говорила.
Хакер года: Да ты настоящий герой, сладенький инспектор! «Выследил благодаря инновационной методике поведенческого анализа, основанной на психологическом портрете», так он сказал? А что случится, когда тебя попросят повторить с другим беглецом?
Кикучи, слушающий дифирамбы себе из первого ряда, даже бровью не повел, хотя и вибрации у него в кармане я не уловил. По всей видимости, коп оставил смартфон в шкафчике или выключил, лишь бы ничего не отвлекало от момента триумфа. Тщеславие и жажда признания — его слабость. Уж не они ли подвели и Мацумото-сана? Или все же смерть жены его сломала?
Оный заместитель министра сидел не среди зрителей, а лицом к залу, за отдельным столом для высокопоставленных чиновников. Точно такой же, как на фото из сетевой энциклопедии. Уверенный в себе политик, само воплощение богатства и благополучия, но с каким-то надломом, видимым по мимике. Он как робот или марионетка — выполняет программу быть важным и обеспеченным человеком. Какая-то даже жалость внутри шевельнулась. Не к этому сломанному коррупционеру, а к тому «стальному переговорщику» с мегафоном с фотографии. Уверен, он бы в раздражении рявкнул в громкоговоритель на нынешнего себя.
Награду Юто вручал начальник штаба префектуры Нагано, несомненно вызванный в Токио ради торжественного момента. Бодрый и совершенно седой мужчина. Инспектору вручили увесистый наградной диск на деревянной подставке и прилагающийся к нему документ.
Далее поднялся со своего места Мацумото и поблагодарил от лица минюста всю японскую полицию в целом за их ответственный подход к работе, самоотверженность и прочее бла-бла-бла. Упоминать конкретных лиц ему не позволяет регламент. Есть четкая вертикаль власти и всё взаимодействие в ее рамках. Ни в одно слово из всего сказанного он не верил, сплошное лицемерие.
От моего внимательного взгляда не уклонился еще один субъект. Примерно мой ровесник, подтянутый, спортивный, в штатском, буквально сканирующий пространство вокруг «большого начальника» со всей возможной бдительностью. Телохранитель. Серьезно? Стальному переговорщику потребовалась охрана? Кагешуго еще пройдется по этому моменту, но сейчас так даже удачнее.
Закончилось. Или только началось? Я смиренно дождался окончания лживой и невероятно скучной пресс-конференции, где журналисты задавали формальные вопросы в духе «кого вы хотите поблагодарить?», а Кикучи давал такие же ответы «конечно, моего начальника, суперинтенданта Ямамото». Но с другой стороны, повод для благодарности есть. Именно Ямамото ведь устроил командировку задним числом.
По окончанию мероприятия ведущий объявил, что почетные гости уходят. Таков протокол — самые важные персоны покидают зал первыми, чтобы не толкаться локтями с обычными смертными. И это мне как раз на руку, для того я и сел в проходе.
Когда продажный, в этом сомнений нет, политик проходил мимо, я сделал вид, что что-то увлеченно рассказываю Мияби, наклонившись к ней и не видя ничего вокруг. Неловкий жест, как будто бы я показываю на сцену, и моё послание — дешевый предоплаченный телефон-раскладушка — отправился в боковой карман пиджака бывшего полицейского. Квинтэссенция ловкости карманника. Не буду говорить, что ни одному обычному фокуснику она не доступна. Какой-то американец вообще Статую Свободы исчезнуть заставил перед камерой. Кажется. Я сам того фокуса не видел.