Ничего странного в том нет, что моя супруга после ее слов стала держаться ко мне поближе и с легкой настороженностью к окружающим. Что за перевертыш имелся в виду — я заподозрил. Читал о нем в сети и даже гайдзинское аниме с навязчивой заглавной песенкой посмотрел при подготовке к поездке. Легендарный полубог Мауи, вытащивший в гавайских мифах острова из моря. Но я в мистику не верю. То есть, она реальна, уж не мне этот факт оспаривать, но в более приземленном виде, без богов и чудес, но со своими законами, вполне возможно, которые не объяснены пока что наукой.
Для поездки на вулкан за нами заехал толстый мужчина на четырёхдверном пикапе. В этой части света вообще много полных людей. Настолько, что я уже не чувствую себя особенным. Наоборот, на фоне некоторых «монстров» я кажусь стройным и легким, словно перышко. На японском наш проводник почти не говорил, но Мияби пообщалась с ним на английском и толстяк объяснил ей, а она мне, что направляемся мы к одному из двух кратеров главной местной достопримечательности, одного из самых активных вулканов в мире — Килауэа. Хм. Кратеров два и Алых женщин с взрывным характером тоже две. Совпадение? Скорее всего. Их связь с подземным огнем я отрицать не возьмусь, но «два» — слишком распространенное число. Две руки, две ноги, два места на заднем сидении машины.
Доехали до точки сбора под приятную мелодию, обещающую, что все хорошее и светлое можно найти где-то над радугой. Восхождение вместе с группой американских туристов далось мне на удивление легко.
Что сказать о вулкане? Я был прав! Бросить в него ничего невозможно. От смотровой площадки и до дымящейся дыры в земле — метров триста. Никакой профессиональный спортсмен олимпийского уровня так далеко снаряд с привязанным к нему письмом не забросит, не говоря уже об обычном бухгалтере, таком, как я. Возможно, справился бы лучник с конвертом, обернутым вокруг стрелы, отправляя ее навесом, но видимость почти нулевая, а порывистый ветер делает попытки непредсказуемыми. Впрочем, зрелище воистину величественное.
На наших глазах кратер Халемаумау даже выбросил в небо небольшой, метров на тридцать, лавовый фонтанчик, заснятый Мияби на видео. Но необходимости в том не было. Стихийная мощь подземного огня и так навечно осталась запечатлена в моих воспоминаниях. Здесь стоило побывать. Хотя у нас в Японии и своих активных огненных гор хватает, включая Фудзи-саму. Кажется, я сейчас на грани обретения нового хобби — посещения вулканов — настолько сильно проняло зрелище, наполнило внутренней силой. Я как будто достиг просветления, шагнул на следующий уровень. Может быть, у меня только что еще один хвост прорезался? А я, следуя традиции Хидео-сана, так и не поинтересовался, сколько их у меня.
Полный водитель по имени Питер отвез нас обратно к красным женщинам.
— Спасибо, — поклонился я им обеим. На этот раз они обе переоделись в одинаковые огненно-алые платья с пышными юбками. Выглядят так, будто собрались танцевать на этническом празднике. Какая из них Первая, а какая Вторая — визуально стало неразличимо, но вот акцент в японском все еще различается. «Номер один» говорит несколько чище.
— Молодец, что понял, — сказала она. — Ты свой подарок получил, теперь подожди на улице, твою женщину одарим. Чего встал? А ну вон из дома, а ты, Искорка, пошли.
Минут через десять Мияби отпустили, переодев в такое же платье, что и на незнакомках. Пышная юбка, облегающий верх, подчеркивающий безупречную форму груди, открытые плечи, небольшой красный цветок гибискуса в волосах и немного косметики. Сейчас девять из десяти незнакомых людей приняли бы мою жену за местную жительницу. Хотя изменений во внешности минимальное количество.
— Поехали, Макото, мы успеваем в аэропорт, — позвала девушка. — Мне тут понравилось, но я немного устала.
Всю дорогу она была какой-то задумчивой и даже задремала, положив голову ко мне на плечо. О том, чем ее одарили красные женщины, моя супруга умолчала. Возможно, всего лишь новым нарядом, но кажется, что нет. После непродолжительного отсутствия она стала чуточку уверенней в себе.
Насчет того, кто они такие, у меня разные версии сформировалась. Потом спрошу у Амацу-сенсей, насколько я неправ. По моей первой гипотезе, красные женщины — хозяйки вулканов. Бессмертные и нестареющие, присматривающие за огнедышащими горами и способные устроить всплеск лавы, чтобы вдохновить незадачливого туриста, передавшего весточку от японской родственницы. От какой именно? Если быть нескромным и дать волю фантазии, не сдерживаясь, то на ум приходит Конохана Сакуя-химе, покровительница горы Фудзи. Вот она потешалась, наверное, когда я из озорства назвал Амацу-но-Маэ Конохой. Но, может быть, всё это домыслы. Скорее всего, не она. Это попросту слишком. С тем же успехом можно сказать, что наша Безымянная — это сама Инари, а ее сходство с гавайскими сестрами в том, что они тоже богини. Перебор! Однозначный. Хотя рецепт салатика у них, без обмана, божественно выверенный.