— F-15 делает два с половиной маха, это почти три тысячи километров в час, перегрузки до семи джи. Не меня пугать скоростью, красотка. Лучше уступи руль профессионалу!
Две или три минуты ушли у парня на лихорадочные и безуспешные попытки завести двигатель под скептическими взглядами Ёрико и сочувствующими от меня.
— Ничего страшного, у всех бывают осечки, — подбодрила его Акирахиме-тян. — Видимо, ты привык к небу и отвык от земных машин.
У прекрасной рыжей двигатель заурчал после первого же движения ключа. А дальше — педаль в пол, пробуксовка шин, поворот на полной скорости с дрифтом. Лишь бы Акира не узнала, что ее дочка так гоняет!
Круг вокруг квартала… надеюсь, мне за это никакие штрафы не прилетят… и ошарашенный и весь позеленевший военный пилот чуть ли не вывалился с пассажирского места.
— Ты! Сумасшедшая! Нельзя так гонять! — высказался он.
— Ой, да что ты? Я обычно на штурманском месте сижу, а за рулем подруга. Вот она да, настоящая гонщица. А я так, просто мангака, набирающаяся новых впечатлений!
Военный лётчик — не уверен, что он теперь не уйдет в отставку и не устроится куда-нибудь водителем асфальтового катка — еще немного побледнел, но смолчал и мой газон рвотой не осквернил. Крепкий у него все же вестибулярный аппарат.
Глава 18
Интерлюдия. Ниида Тика. Демон-тян, лидер команды «Без обмана»
Минами-семпай показательно дулась. Если девочка в сотый раз просила прощения за обман, говорила что-то в духе «Я не сержусь на тебя» или «Всё хорошо». А Тика видела, что взгляд у нее тяжелый и ни черта не хорошо! С другими ребятами Акеми точно так же — вроде как нормально общалась, но прежняя легкость куда-то ушла. Уже не равные друзья, а взрослая тетенька и подростки. Это просто убивало!
— О небеса, заберите эту строгую училку и верните мою подругу Минами Акеми! — как-то вечером, перед ночевкой в очередном мотеле, провозгласила Ниида. Вся компания собралась в комнате девочек. Просто потому, что у Сина номер был самый крошечный, а у них большой, трехместный.
Уже надоело по этим мини-отелям шарахаться, если честно. Хорошо, что последняя неделя каникул все-таки дома будет. С папкой и с Канами-сан. Мачеха у неё клёвая…
— Это не сработает, — с кислой рожицей пояснила Ринне, — мы реально её обидели, когда сразу не рассказали. Акеми бы всё поняла. Видели, как легко она приняла существование ки…
— Шшш… — прошипела Тика, — Коноха-сан запретила использовать это слово. Плохая примета и всё такое. Давайте на следующих каникулах уговорим моего братика на Гавайи нас отправить. Видели ведь фоточки? Прямо огонь!
— Нужно не просто извиниться, а совершить Поступок, чтобы Минами-сан нас простила, — подсказал Синдзи. Ринне тут же чмокнула его в щечку. Офигеть они прелюбодеи… прелюбодейцы… бесстыдники, короче.
— Шикарная идея! — подтвердила Цуцуи. — Давайте покажем, как Минами-сенсей нам дорога.
— Снимем официальный ролик с извинениями. Признаем на камеру свои ошибки и опубликуем на канале, — предложила Тайга. — Взрослые такое любят, когда наше поколения публично просит прощения.
— Не, не катит. Мы так внимание к произошедшему привлечем, а нас просили всё забыть. Случившееся в Киото остается в Киото и всё такое, — не согласилась Тика, — может быть, подарок какой-нибудь? Видели тот чумовой кулончик с журавликом у сестренки Ёрико? А Акеми, должно быть, обидно, что у нее такого нет. Давайте скинемся карманными деньгами и такой же купим.
— Примерно пять миллионов йен по каталогу Микимото, — озвучила цену Тайга — ей даже в сеть лезть за тем не потребовалось.
— Сколько-сколько? За какую-то бижутерию? — не поверила Тика.
— Настоящее золото, драгоценные камни и работа начала двадцатого века не могут стоить дешево, — пожала плечами Камицуки.
— Офигеть! Я и не думала, что сестренка Ёрико настолько богатая! Вроде как приятная, веселая, мангу крутую рисует. И тут такие украшения. Без вариантов, похоже. У нас столько денег нет, а упрашивать братика, чтобы он купил дорогущий подарок нашей подруге — это прям промах.
— Лучший подарок — сделанный своими руками, — подсказал Синдзи, — мы можем сложить тысячу бумажных журавликов, символов извинения, и подарить Минами-семпай корзинку с ними…
— По пять минут на журавлика, получается пять тысяч минут, то есть восемьдесят три с небольшим часа. Если не тратить время на сон и еду и разделим на четверых, управимся меньше, чем за сутки, — подсказала девочка-калькулятор.