— Капец ты простая… давайте пробовать, — внезапно согласилась Тика.
— Что?!! — на нее пристально посмотрели три пары глаз. Восклицания у друзей вышли синхронные.
— А ничо! Мы накосячили, грехи исправляют страданиями. У гайдзинов в мифах есть Сисюпосу-сан (примечание: Сизиф), его боги приговорили к бессмысленной работе — закатывать огромный камень на вершину горы. Вот и мы… кто-нибудь умеет складывать журавлика?
— А ты что, не умеешь? — на Тике снова скрестились взгляды ее друзей.
— Не-а, я никогда раньше особенно и не извинялась. Но тут чую, надо. Иначе совесть изнутри сожрет. Мы наткнулись на чудо и с самой клёвой взрослой не поделились. Я бы тоже обижалась, если бы меня так прокатили. Ну? Кто меня научит?
Складывать чертовы оригами оказалось несложно, Синдзи ей показал. Но скууууучно! Уже после пятого журавлика Тика проклинала себя, что согласилась на эту идею.
— А я придумала, как нам закончить этот сезон «Без обмана», — поделилась с друзьями Ниида, страдая от скуки. Скорей бы бумага кончилась, тогда они передохнут, пока не купят новую. Сейчас уже в работу пошли вообще все листы подходящего размера.
— И как? — спросила Ринне. Они с Синдзи халявщики! Больше друг на друга смотрят, чем на извинительные бумажные фигурки.
— Нам надо убить Синдзи! — объявила Тика.
— Меня? — традиционно не понял, хотя на самом деле всё сообразил парень.
— Да нет же, меня! Вы только не смейтесь и не стебайте меня. А ты, Син, вообще уши заткни… хотя пофиг. В общем, мне всё сложнее и сложнее себя за парня выдавать. Грудь мешает. И вот чё она именно этим летом расти начала? Она мне особенно и не нужна! Ну то есть нужна, в перспективе, но могла бы и подождать годик. А потому Инари Синдзи надо как-то устранить, чтобы не впустую, а с медийным эффектом, и я придумала как. Рассказать?
Синдзи-кун, забывший, что ему не надо слушать, закономерно покраснел от поднятой темы. Но она же всю правду сказала. Должно быть, какие-то продукты, которые они ели в путешествии, благоприятно влияют на размеры женских признаков. Хм… а это тоже идея, можно будет дурочкам в школе рецепт продавать. Еще и пушап использовать, дескать, вон какая я была, но всего одни каникулы и надо лифчик на размер больше носить. Целая куча деньжищ наклёвывается! И ведь кому-то поможет! Обязательно. Не одна же Тика взрослеет.
Но эти мысли она оставила при себе, а друзьям рассказала про задуманную каверзу. Члены команда ошалело на нее посмотрели.
— Нам никто не поверит! — объявила «скептик» Ринне.
— Да пофиг, лишь бы просмотры были, а они будут, у меня чуйка! Тайга, есть какие-нибудь горы с подходящей репутацией у нас по курсу?
— Мы в Мияги, значит, нам подойдет гора Куромата, она же японская пирамида, в соседней префектуре Акита, — не подвела девушка-справочник, — она имеет поразительно симметричную, почти идеальную треугольную форму. Многие считают, что под слоями грунта скрывается самая настоящая древняя пирамида, как в Египте. Всего двести пятьдесят метров высоты делают ее удобной для восхождения к вершине.
— Идеально! — одобрила Тика. — Давайте сюда всех ваших журавликов, кто сколько сделал.
Не тысяча, но полная перевернутая бейсболка набралась.
— Ты что, хочешь прямо сейчас пойти прощения просить? — удивилась Ринне.
— Именно! Сами мы такое нипочем не провернем, нужна помощь взрослой, клёвой Минами-сенсей. Пошли-пошли. У меня интуиция, что сегодня она нас простит!
И четверо подростков практически посреди ночи поперлись к соседнему мини-коттеджу, где сняла себе комнату Минами Акеми. Тика в нерешительности замерла у двери. Страшно! А вдруг семпай их всё-таки не простит и дружбе навсегда конец. Вперед шагнул Синдзи, настоящий мужчина! И решительно постучался.
Открыла женщина им через минуту. В шелковом халатике, на фоне полутемной комнаты. У Сина кровь носом от такого зрелища не пойдет? Акеми им ничего не сказала. Лишь посмотрела, как Ода Нобунага на Акэти Мицухидэ, самого известного предателя в истории.
— Акеми, мы виноваты! — Тика отбросила всю вежливость, чем, возможно, делала только хуже, но она чувствовала, что старшей подруге нужны не формальные извинения, а их настоящие чувства. — Давай, всё будет как раньше, а? Вот, мы тысячу журавликов сложили! Ну, то есть тут сорок девять, но мы сделаем и остальных, только хватит обижаться. Взрослые должны быть великодушными к глупым детям! Вот! А мы, наверное, самые тупые во всей Японии, раз сразу к тебе не пришли. Мы больше так не будем! Обещаю! Ну, то есть я буду, и много раз, но не с тобой точно! — от сердца говорила, как чувствовала. Акеми она, конечно, не как братик, ей проще соврать, но в эту минуту обманывать и не хотелось.