— Вы тот самый Кэки Гато, что вынуждает мою сестру совершать внезапные деловые поездки в Европу, нарушая все планы, — с фальшивой улыбкой сказал Акияма.
— Тот самый, на картинах которого мы уже заработали… сказать, сколько, а, братик?
Мне было интересно, как много можно заработать на моей мазне, но уточнять не стал. Довольно того, что молодой человек передо мной смутился.
— А сколько человек на нашу выставку привлекут работы психов из Принцхорна, сказать?
— Прошу вас, не ссорьтесь, — вмешалась Мияби.
— А мы и не ссоримся, просто братик Гэндзи ворчун. Обе статуи уже на складе. Желаете их посмотреть прямо сейчас?
— Затем мы сюда и приехали, — подтвердил я.
Десять минут спустя мы находились в хорошо вентилируемом складском помещении перед каменной девушкой. Ну привет, Мизуна-тян, я обещал себе вернуть тебя на родину и хотя бы это обещание сдержал. Интересно, как много неприятностей и неустоек достанется Акияма Вижен, если скульптура расколется при освобождении пленницы.
Тут же, в соседней складской ячейке, находилась и вторая кицунэ, успевшая перекинуться в лисицу. Мияби рядом со мной расстроенно шмыгнула носом. Ей жалко бедняжек. Да и мне тоже, чего скрывать от себя.
— Простите, у моей жены иногда бывает аллергия на пыль, — пояснил я причину слёз и достал детектор. Зеленый светодиод моргал с тем большей частотой, чем ближе находился к камню-лисе. Сработало с обеими скульптурами. Прикоснулся к каждой, с целью ощутить температуру тела. Возможно, тактильные галлюцинации, но почудилось, что на градус-полтора теплее окружающей среды, как и описывалась в документах Аненербе.
— Я попросила проверить их дозиметром, ничего обнаружено не было, — заметила Момо. Её брат смотрел на меня всё так же недружелюбно.
— Стандартный счетчик Гейгера фиксирует лишь гамма-лучи. Это детектор излучения другого толка, специально собранный моими друзьями-конспирологами. Они часто верят во всякое невероятное. В похищение людей пришельцами, например. Но и настоящей науке не чужды.
Между прочим, почти не соврал. Одическое излучение, а не радиационное, вот и вся разница.
— Я был бы до крайности вам признателен, если бы вы показали всю остальную коллекцию каменных лисиц. Ту, что одна из крупнейших в Японии, — попросил я, — идя путем подражания творчеству Цукино-сенсея, я хотел бы повторить весь его путь и, быть может, тоже сделать скульптуру. Нужны источники вдохновения.
— Оставляю гостей на тебя, сестра, — с некоторой холодностью отвернулся Гэндзи. Может быть, он просто толстяков не любит?
— Не обращайте внимания, брат у меня хороший, но больше человек бизнеса, а не искусства. Ему не понять, что значит тонко чувствовать и испытывать трепет при встрече с шедевром.
Мне, если честно, тоже. Хотя работы Дали в музее Йокогамы мне понравились.
Коллекция лис очень удачно находилась тут же. В отдельном складе. Несколько сотен каменных кицунэ скалили зубы и распушали хвосты, глядя перед собой. Меня прямо какой-то внутренний трепет охватил. Это ведь по поручению Хидео-сана Акияма Кэнсин начал тратить деньги, собирая лисью армию. Зачем? Первое мое предположение — для поисков способа освободить из гранитного плена Амацу-сенсей. Ведь долгие десятилетия его попыток ничего не приносили. Вторая версия выставляет моё прошлое я в несколько ином свете. Что, если предыдущий Макото собирался хоть раз в жизни поступить по совести и освободить их всех, если разгадает секрет обратного преображения?
Ну привет, моя лисья армия. Готовы вместе со мной завоевать мир? Всего лишь шутка, никаких завоеваний мне не нужно. Да и не пойдут гордые кицунэ за всего лишь бухгалтером. Хорошо, если спасибо за освобождение скажут.
Прошел вдоль ряда статуй, положив как бы невзначай ладонь на каждую. Примерно треть показались мне немного теплее остальных.
— Сколько здесь лис? — спросил у Момо-тян. Собственный голос показался мне сухим и как будто бы чужим. Особенности акустики, не более.
— Почти три тысячи, — отозвалась Акияма.
То есть можно рассчитывать на тысячу кицунэ. И куда их девать? Тут даже с одним-единственным Реем, с его легализацией, у Амацу-сенсей и Томо-сан небольшие трудности имеются. Документов ведь у парня никаких, а в современном обществе за каждым с рождения тянется цифровой след. Девятихвостые справятся, я в них уверен, но, увеличив масштабы проблемы в тысячу раз, станет понятно, что никаких ресурсов не хватит. Может быть, оформить их, как беженцев от режима из какой-нибудь неблагополучной Камбоджи? Это объяснило бы многое. И чуточку демографическую ситуацию в стране поправило. Не со средним возрастом, у многих лисиц он за сто, а с трудоспособным населением, готовым продуктивно работать.