Такаяма: Простите, я такой неловкий, не могли бы вы сделать шаг в сторону, чтобы я подобрал свой документ.
Надзо: Вот твой пропуск, Растяпа, больше не теряй.
Такаяма: Спасибо. Меня зовут…
Надзо: Растяпа. Так теперь тебя зовут. И не спорь. Знаешь, кто мой шеф?
Такаяма: Нет. Расскажете?
Надзо: Он самый главный начальник, почти божество. А ты – Растяпа. Можешь не пробовать ко мне подкатывать.
— Это было грубо с ее стороны, но я бы тоже его отшила с настолько неловкими попытками познакомиться, — сообщила Честность-сан.
— Это еще не всё. Вот фото того самого пропуска Такаямы.
Сразу несколько человек рассмеялось.
— Растяпа… ему стоит официально сменить имя, — сквозь общий хохот поделилась Бережливость.
— В нашей кадровой системе его именование тоже изменилось на «Растяпа», — продолжил «Дальновидность» Цукимото.
— Выдайте ему премию и переведите куда-нибудь в дальний филиал, — распорядился глава заседания, Духовная Чистота.
— Уже убрали его в Осаку, как скомпрометировавшего себя. Аналитики высказали предположение, что Надзо-сан имеет отношение к хакерской группе Кагешуго из Кофу. И они же заметили еще одну странность. Посмотрите. Жена Апостола, ее подруга Акирахиме, Гупта Ануша — бывшая коллега по айти-отделу и подчиненная, Минами Акеми — медицинский работник из академии Сэйран, Юаса Мари — его ассистент, гоночная команда Токийские Сирены. Невзрачный толстяк буквально окружен красавицами. И в довершение всего — загадочная Надзо.
— Это ли не доказательство того, что Пророк поделился мудростью со своим учеником? — спросил Ёкота. — Гайдзинка, конечно, не слишком красивая, я это еще в Кофу подметил. Тёмная кожа ее очень портит, но фигура стройная.
— Пророк, согласно хроникам, знал особый подход к женщинам, — подтвердил Гармония. — Любые активные контакты с Надзо запрещаю. С Ниидой Мияби тоже. Попробуйте разговорить эту… школьную медсестру. Только, ради Небесной Гармонии, будьте тактичны и аккуратны. Не вздумайте ей денег предлагать… ого… какая она ослепительная.
— Прошу ознакомиться вас с одним видео…
Рёв моторов. «Hey, Little Cobra». Восторженные комментарии Тики-тян.
— Это что, гонки?
— ОГО!
— Да кто такая эта Минами-сан?
— Я догадалась! Она минамигон!
От последнего предположения, высказанного Бережливостью, я даже мороженкой, которую ел сидя на лавочке в парке, едва не поперхнулся.
— Неужели никто не заметил совпадения? Минами и Минамигон, — продолжала женщина. — Звучит почти идентично. Здесь есть связь! Все считают криптида с гор огромным силачом-обезьяной, а на самом деле это красивая девушка. Апостол соблазнил её, пользуясь уроками Пророка, потому минамигон и отдала ему своё золото, вместе со своей честью. Цукимото, вы обязаны изучить эту версию.
— Конечно, Касуми-сан, непременно ее проработаем, — соврал Дальновидность-Цукимото. Он явно отнесся к предположению Бережливости-Касуми с пренебрежением, даже не догадываясь, как близко она подобралась к истине. Надо будет Акире рассказать. Или наоборот, умолчать — ей не нравилось, что ее фамилию увязывают с чудовищем.
— Мы показали ролик экспертам, гонщикам с мировым именем. Все, как один, утверждают, что справились бы с подобным безупречным маневром только после долгих тренировок, досконально изучив автомобиль. Предположение о том, что с разворотом справится случайная школьная медсестра, высмеяли, — продолжал докладчик.
— И какие выводы мы можем сделать? — спросил Духовная Чистота.
— Ниида Макото сам по себе человек скучный и неинтересный. Вы все его видели, — высказался Ёкота, — но даже из такого невзрачного бухгалтера учение Пророка сделало успешного человека, привлекающего на свою сторону ярких личностей и особенно женщин.
— Его добросовестная работа в направлении благотворительности заслуживает похвалы. Нииде-сану не хватает только хитрости и амбициозности, и он мог бы занять своё место среди нас, — высказался Почтительность-сан, — стоит задуматься о том, чтобы ввести его во внешний круг. А далее ученик Пророка и сам пробьется во внутренний.
— Продолжаем наблюдение, поддерживаем любые инициативы, ни в коем случае не конфликтуем, выясняем больше про Надзо, — перечислил Цукимото, — я понял вас, уважаемый совет круга.
Больше ничего интересного на записи не осталось, кроме звуков отодвигаемых кресел и топота шагов расходящихся культистов. Интересная ситуация сложилась. Но самое главное я уяснил — Тэнтёвадо мне не враги. Они не прочь использовать «Апостола» — дурацкое прозвище — в своих интересах, но ничего дурного против меня не замышляют. Приемлемо.