Более перспективным являлся десант севернее Нежинска — там уже встречались более-менее крупные города-порты, та же Имперская гавань, да и береговая линия была более благоприятной для высадки. Но вот оставить у себя в тылу крупную военную базу, было бы для ниаронцев настоящим самоубийством — чтобы надёжно защитить свои коммуникации, островитяне вынуждены будут отвлечь для охраны конвоев огромные силы, и надёжно на этом деле завязнут. После такого Рассветная империя надолго забудет о каких-либо масштабных морских операциях…
А значит что? Значит, удару по Нежинску — быть.
Срочно созванное рано поутру совещание всех высших чинов крепости пришло именно к такому выводу. Учитывая, что у Ниарона имеется шесть тяжёлых и восемь лёгких авианосцев, то первый удар, скорее всего, будет воздушный, и только затем уже подтянуться маги с тяжёлыми арткораблями.
Так что, пока на земле лихорадочно готовились к отражению авианалёта, приводя в боевое состояние зенитные эмиттеры и орудия береговых батарей, адмирал Видерхоленн начал готовить корабли к выходу в море. В срочном порядке на кораблях начали раскочегаривать ходовые угольные котлы, а с береговых хранилищ потянулись длинные щупальца энергопроводов для дозарядки эмиттеров и топливные шланги с мазутом для боевых реакторов.
Александр Видерхоленн не рассчитывал победить — это было просто невозможно. Но вот нанести тяжёлые потери островитянам было возможно, даже если ценой потопленный десантных транспортов окажется гибель флота.
Другого выбора не было.
Силы Великоокеанского рарденского и Императорского ниаронского флотов были не сопоставимы. На востоке Рардена кораблей было крайне мало — всё самое мощное и современное направляли в основном на флоты Внутреннего, Тёплого и Северного морей, туда, где предполагался основной фронт боевых действий.
А теперь за просчёты штабных идиотов придётся расплачиваться простым солдатам…
Своей кровью.
Адмирал многое бы отдал за возможность иметь нормальные боевые корабли, а не… ЭТО.
Из всего флота наиболее боеспособным и современным являлись легкий крейсер "Кочевник", флагманский линкор "Апостол Андрей" и два лёгких авианосца. А вот остальные… Остальные были кораблями, мягко говоря, старыми — некоторые из них находились в строю уже около сорока лет! Как учебные или патрульные корабли, они ещё туда-сюда годились, но вот в современном морском бою им делать было нечего.
Линкору "Саргат" было уже 32 года, и с его бронёй и вооружением, он больше подходил под категорию очень тихоходного линейного крейсера. Тяжёлые крейсера "Гармония" и "Гром" были ещё старше, с неудачным составом и расположением артиллерии, и тоже крайне медлительными.
Недостаток скорости и слабая огневая мощь вообще были слабыми сторонами старых кораблей, так что о таком деле, как успешная ретирада после выполнения основной миссии, можно было только мечтать.
Что касается остальных кораблей, то, например, если два лёгких крейсера были ещё вполне ничего, то вот третий был непригоден не то что для боя, а просто был непригоден.
В принципе.
Два месяца назад на плановых учениях у него что-то перемкнуло в кормовых энергопогребах, и…
…В результате взрыва погибло больше шестидесяти человек, оказались повреждены питающие энергопроводы водомётных установок, а кормовую часть начало стремительно затапливать. Тогда крейсер еле-еле смогли дотащить до сухого дока, где он благополучно и завяз — оказалось, что дешевле его отправить на слом, чем отремонтировать. С него оперативно было экспроприировано всё полезное и пригодное к использованию, а потом он был благополучно поставлен на прикол, в качестве плавучего пакгауза.
Из двух десятков штатных корветов, в море могли выйти только двенадцать — два проходили плановый ремонт, один корабль неделю назад был посажен капитаном, находящимся в изрядной степени отравления алкогольными продуктами, на мель и до сих пор не был снят оттуда. Два старых корвета находились в патрулирование, а ещё три были уже выведены из состава флота и превращены в гидрографические и посыльные суда.
Хорошо хоть лёгкие авианосцы проблем не доставляли — машинками они были ладными и надёжными, одними из лучших в своём классе. Вот только ни на что большее, чем прикрытие своих кораблей ждать от них не стоило…
В обычных условиях.
А вот если авиация противника сравняется по численности с нашей — тогда уже совсем другое дело…
…Конечно, поединок устаревших в основной массе кораблей Рардена с более новыми ниаронскими — это самоубийство. Противник имеет превосходство в численности, огневой мощи, скорости, магах… Но вот самого главного у ниаронцев теперь не было.
Внезапности.
У рарденцев оказалось бесценное время. Время, чтобы подумать об ассиметричном ответе флоту вторжения, и благодарить за это стоило в первую очередь моряков с кораблей Скального отряда крейсеров. Магограмму с "Витязя" едва ли на зуб только не попробовали — адмирал Видерхоленн вместе с командирами кораблей выжали из неё максимум информации. Бесценными были данные о структуре ниаронских помех, маскирующихся под естественные геомагнитные возмущения, и информация, что радары и связь в этих помехах работают просто отвратительно, но самое главное в сообщение было — как всё это преодолеть.
Теперь адмирал был готов пожать руки всех чинам из Адмиралтейства, которые на протяжении долгого времени запрещали Александру демонтаж устаревших масс-детекторов. Плохо было только то, что адмирал всё же потихоньку списывал эти артефакты, как отработавшие ресурс или вышедшие из строя, и теперь масс-детектор имелся только в одном экземпляре — на линкоре "Саргат". Радар на нём стоял плохонький, дальномеры тоже были неважнецкие, а места на нём было достаточно много, так что старый артефакт решили всё же оставить.
И теперь старый линкор ощущал себя несколько непривычно, исполняя неожиданную для него роль корректировщика артогня. Всё же учитывая, что он мог развивать только максимум 22 узла и то недолго, это было не лучшим решением, но что поделать — другого выхода просто не было…
…Идея ударить по ниаронцам с тыла пришла сразу, ибо это был самый разумный вариант. Других планов атаки просто не было. Ну, кроме что, "атаковать в лоб численно превосходящие силы и храбро погибнуть, может быть даже нанеся какой-то урон"…
Корабли Великоокеанского флота Рардена находились в море уже третий час, когда, наконец-то, был засечён повышенный уровень помех в работе радаров и связи, а вскоре масс-детектором, буквально на пределе возможного, удалось засечь неизвестные корабли.
Вначале были обнаружены фланговые и головные дозоры, и только потом тяжёлые корабли — авианосцы или линкоры.
Рарденцы очень аккуратно, по большой дуге обошли эту толпу и начали понемногу выходить ниаронцам в тыл, и вот тут-то и поступило неожиданное сообщение с "Саргата".
…А ведь если в арьергарде, в самом безопасном месте ударной эскадры, десантных транспортов нет, то, скорее всего, их и вообще нет. То, что их прикрывают с тыла авианосцы — сомнительно, для этой цели лучше бы подошли крейсера или корветы.
Так что же это получается? Получается, что это совсем не десантная операция, а просто рейд по уничтожению рарденского флота?..
Адмирал Видерхоленн находился в глубоких раздумьях.
А ведь получается, можно было просто уводить флот на Монерон или в Имгавань, и наносить удары по коммуникациям, отлавливая те же транспорты…
Но тогда пришлось бы отдать Нежинск на растерзание врагу.
Так что поздно уже отступать — нужно исполнять задуманное. Отворачивать сейчас — значит очень сильно рисковать быть обнаруженными и потопленными…