2002
ПУТЬ ДОМОЙ И ПЕЙЗАЖ С ИЗМАЙЛОВСКИМ СОБОРОМ
Как тяжело без тяжести в душе,и время тянется, нить Парки длится, длится…Кромешный мир стремится к суициду,он инвалид. Подайте инвалиду! —не больше и не меньше. Ведь урод,стоящий супротив, часть денег отберет,оставив грош-процент несчастному чеченцу.Напротив церковь. Бом-бим-бом-бим-бам!!!Ментовская облава тут как тут.Старухи спрятали носки, колготки, спицы.Одна из них за сердце ухватилась и ну, бежать…(Тревога-то пустая. Машина за угол заехалазачем, бог весть) …и ну, бежать вприпрыжкуи с подскоком. Куда ей, маленькой?Не убежит далёко, опомнится: товар ведь тут как тут.Недужные деревья всё еще цветут,воробышки чирикают чив-чив,а это значит, что Господь наш жив.Хоть ноша Господа была и тяжела,старушка выжила – не умерла.Ах, кто сказал? – Но только ведь не я! —Невыносима легкость бытия.Как тяжело без тяжести в душе…«И нету денег, чтоб напиться, – бормочет инвалид,—подай, сестрица. Душа болит».Вот подошел трамвай: хоть лезь в него, хоть – пехом.Пойду пешком с разорванным мешком,наполненным продуктами и дрянью. А рядом храм.Нет, в храм я не пойду. Там Пантелеймон, там Мирон,святые…Зачем я всуе буду там стоять,болваном со свечой? Пойду домой, домой…А где мой дом, склероз-эклер проклятый!Двенадцать, восемь, пять. О нумеролог,скажи, что это значит? Пять плюс трии будет восемь, и оно равно семи и одному.Ах, вот о чем? Опять один как перст,И снова тяжело. Но хорошо, пожалуй.Да, хватит мистики. Мне снова тяжело,и на душе легко, приятно стало.
23 сентября 2002 года
ПАМЯТИ Л. АРОНЗОНА
Что человеку легко?К примеру пить молокоматернее или коровье.Ну, и пей его на здоровье!А что этой твари трудно?Достать из-под себя судно,утку стеклянную наполнить не сливом,а сочным мерцающим черносливоми принести как дар в день рожденья друга.То-то изумится его супруга,и сам он, наверное, опешит как дурень,выгонит нас и сядет понурен,травку покурит и, сам уж не радгневному всплеску (так бабочек рядрезко взлетает и мчится, и тает),выйдет сквозь сеть вековечных оградв свой огражденный и сказочный сад.
24 августа 2002 года
***
С идиоткой находясь,будь она хоть в коме,зла и нерушима связькак в родном роддоме.Мама милая жена —кто вопит однако? —ужасом поражена —мерзью смерти, рака.Диалоги – образцыракоходной коды.Жизнь разрубит все концы.Смерть – хирург свободы.
2003
ДОМАШНЕЕ
I
Кашляешь. Бренчит телевизор.Я ли твой муж, твой провизор?Молчишь? Ну, еще помолчи.Так страшно в сырой ночиГосподу помолиться, слово сказать свое…Кашляю. Вот такое житье —жертвенное? – И никого!!! —Может быть, меня самогораспнут?.. Кашляешь, сама простота?Жить бы да жить, целовать бы твои уста,милая, как крысе в твоем дому…Люблю тебя, ничего не пойму.Бред вращается: тик-так,Жизнь обращается – сплошной сквозняк.Купил бы колечко тебе, но к чему?Господи, ничего не пойму,ни имени Твоего всуе,ни того, что сейчас рисую.Ну, Господи, прости пустословье, ударь!Кашляешь? Время бренчит.Государь, Боже помилуй…
II
Бред лесенкой,лестницей бредтех,кого между нами нет…Дай им, Господи, власть и силу.Наси тех, кого с нами нет,помилуй,Господь,помилуй.
III
В. К.
Зубы золотые у собакиВсе кроак, кроак.Смерть и сыр и мраки.«Я – дурак,Патрик Дигнем,И на пуповине я вишу».Блум сидит на унитазе,Джойс, который Джеймс,Глядь в очко орлом крылатым:«What is times?!»«Сэр, пирожное принес я»«Thank you, Sam»«Сэр, его похоронили. Биг-биг-бен»«Самуэль, сходи за сыром,трупом молока,а очки в очко упалиБедный Патрик, poor…»
2003
РАЗНИЦА ПОКОЛЕНИЙ
Тех хоть мучилии они стали чучелыа ты сам себя замучилкак последнее из чучелизуродовал напоилизнасиловал износил.Хоть и лучше бы под огоньсамому пришлось стрелять быне буквально так фигурально, а таквроде дожил до деревянной свадьбы.Кто-то тронет меня (поцелует?)И спустит не в яму, так просто – в огонь.