18 мая 2004 года
***
Капнул дождь, как старческое семяГоспода, узревшего свой ликв небесах Обводного канала.
Так и мне, наверно, стыдно, страдно,трудно этот миг живописать.Капнул и ушел опять в молчанье.
18 мая 2004 года
ЗАВИСТЬ
Лебединое озеро. Зигфрид плывет на ладье,И Одетта с Одиллией пляшут, как пьяные бляди.Вагнер в Байрете снова какую-то дрянь произвел…Ох уж эти полеты Валькирий!Много шума. За что его Людвиг любил?Людвиг трепетный грот себе чудный придумалИ развел лебедей… Эх бы мне!..Русь, Россия… – В Неаполь, в Сорренто, в Париж!!!Лебединое озеро… Боже, как все надоело…И либретто поганое, и танцуют они невпопад.Только Зигфрид хорош. Я завидую Вагнеру, что ли?Мне с Козимой не жить. Мне бы Людвига в гроте обнятьИ заплакать от жизни, ее всеобъемлющей боли.
22 декабря 2004 года
ИГРА СЛУЧАЯ
…слепой скрипач в трактире
разыгрывал voi che sapete. Чудо!
А Гайдн? Он не помог ему.Констанция поторопилась.В могилу братскую спустили гроби серы сыпанули.Шел дождь. И плача разошлись.Один Сальери – где он был? —наверно, в Праге,где «Дон Жуан» победный начал путь,—один Сальери почувствовал,но слез ронять не стал.
22 декабря 2004 года
ИМПРОВИЗАЦИЯ
Боль. Клавесин. Словно нервы зубные занылиоптом и в розницу. Словно в могилевдруг зазвонил телефон: «I’m mobile!»Дергает зубы Солер, Бах тихонечко трогает нервы,а Куперен, он играет как хочет…Век Просвещенья! А ведь недавно Паскальскрылся в гримасу безумья. «Боже, Огонь!..Боже предвечный Иакова и Авраама!..»Кончилось время. Пришел натуральный Руссо.Кончилась боль. И вступило в игру пианино.
23 декабря 2004 года
WITH LOVE
К.А. Козыреву
Свинцовая музыка, друг мой любезный,свинцовое время. Свинцовая пуговицак телу накрепь пришита.Давай-ка еще разоксходим на наше кладбищеи выпьем медовой перцовки.Потом к Элле Липпа поедем и к юноше Леше.Ах, только бы время не рухнуло,это свинцовое свинское время!А как ты относишься к вечности, друг мой хороший?Ты ведь оттуда, оттуда, оттуда, оттуда…Все мы оттуда, куда и уйдем безвозвратно.
23 декабря 2004 года
КРЕЩЕНСКИЕ МОРОЗЫ
Маленькая поэма – медитация с повторениями и ракоходны ми ходами и жалкой попыткой вставить атональный ключ в тональную щель. Staccato.
Staccato: ышь!
Холодно. Руки сложу крестом,чаю с медом напьюсь,сам не знаю о комне помолясь помолюсь.Сам не знаю – Кому?Новой Жизни, Весне?Страшно в моем домужить и не только мне,а и крысе подвальной, подпольной…Где ей жить? Не пойму.Cлышен звон колокольныйиз церкви в моем дому.Однако кто его слышит?Уж, конечно, не я.Жена за стеною дышит,свинья во дворе мычит,и в общем-то не колышетоставил ли я ключ от квартирына работе? На лестнице потерял?В комнате закружилсяпри входе – на ноже Твоем —В носу платком ковырял?(Когда шутил на охоте за кабаном?) —Всё. Поздно. Один матерьялостался. Все прошлое – позадиили сзади. Настоящее – что? Почем?А Завтра, оно грозится каким-нибудь палачом…Аз есмь и пребуду здесь,как Твой кабан на охоте.Ты есть? О, я знаю, Ты есть.Однако, холодно все же.Крещенье давно прошло.Опять этот жар до дрожи.Как пошло! Опять пошлó…Перечитаю. Пошло немноговот тут, куда палец ткнул,опять ничего. УбогоУйти? Без ключа? Пошлó?Что я, лунатик, винтик Твой,маньяк Твой? Маньяк я, маньяк.Луна исчезла. Как эхо ночного взрыва,плачет по ней Зодиак
Невидимо-видимый. Где я? Плачу? Плачý?Вот только так. Где свидетель?Где Алиби? Нет – так нет.Должно быть, я долгожитель?Боже, дай пистолетпострелять, выстрелить в себя.Оживиться? Да.Превратиться из бабочки да во слона!До сома ли мне, когда смерть самабодро идет навстречу.Вот и скажи мне, как же ее приветить?На лестнице темной, пустой встретить?В поддых – ногою?Или ласково не заметить?Пусть себе идет сквозь меня мимо, мимос улыбкою на устах херувима,с ведром благодати, полным обрубков, голеней.Господи! Упасть перед ней на колени?Всё – одно, всё едино, – сказал премудрый Сирах.Потому остается только страх,да и не страх, а так, страшок.Бери его, сука, в мешок и топай отсюда!Вот, деньги твои, Иуда!Hey, Jude! Остановись, пока не поздно:повешенным быть – серьезно.А ты себя за ногу и к ветке попробуй.Может, похоронят в гробу и крест поставят?Господи, Господи! Кто же нами правит?А ты, Иуда, не лги. Бери ведро и топай отсюда!Бери, беги, беги!