– Задумались они, конечно! Как же! Они крестьян перебили ради сиюминутной выгоды – это так у нас, значит, думают о последствиях?!
– Какая-нибудь глобальная природная катастрофа может быть намного страшнее, чем гибель сотни-другой землепашцев.
– Ну, пожалуй, – сухо согласился он, но видно было, что я его не убедил. Да и было ли в чём убеждать – он явно думал о чём-то другом, или о том же самом, но совершенно иначе, чем я. Мы думали по-разному, и поэтому нам трудно было бы понять друг друга, даже если бы по капризу мы нашли время обсудить наше недопонимание и разобраться с ним. Мы разные. Что тут поделаешь…
Обстрел из баллист, кстати, больше не пытались вести. Стреляли в основном из ручного оружия, вяло, да время от времени маячили на границе обстрела – больше обозначали своё присутствие, чем действовали, и всегда только издалека, потому что так было намного безопаснее. Солдаты противника заметно обленились, расслабились, привыкли, что мы никогда не устраиваем вылазок, разнообразим их жизнь только стрелами и болтами, и вне пределов досягаемости наших арбалетов можно красоваться совершенно безнаказанно.
Поэтому, когда их внезапно атаковали с тыла, истинники даже растерялись слегка. Человеческая полоска по ту сторону луга забурлила, распалась на множество отрядов, кто-то заметался. Зато те, кто оставался в лагере, с растерянностью справились быстро и встали в оборону. Мы же тем временем высматривали сигнал. Ну, разумеется, на башнях торчали только назначенные наблюдатели – большинство солдат спешило подготовиться к предстоящей вылазке. Надо было облачиться в броню, последний раз проверить снаряжение, взять оружие, занять своё место во дворе, готовым к бою – все действовали чётко и без эмоций. Понятное дело – просто работа. Приготовиться следовало всем, от здоровых и крепких до больных и раненых. Мало ли что.
Было трудно рассмотреть, что же там в действительности происходит, много ли войск атакует, как действуют атакованные, успешно ли держится окопанный валом и окружённый частоколом лагерь – мешала листва деревьев, которые подлый противник оставил на корню, и было их довольно много. Хорошо хоть, видно, что сигнала нам пока не подают. Вообще никаких флагов не видать. Можем действовать по своему усмотрению.
– Подготовиться к вылазке, – приказал я, вытаскивая из поясного кошелька несколько скомканных бумажек. – Наблюдатели – сообщите мне хоть что-нибудь. Кто нападает? Хоть какие-то знаки есть? Это наши или тоже противник?
– Враг моего врага – мой друг, – пробормотал Тио.
– Если б всё было так просто… Наблюдатели?
– Есть! – выкрикнул один – с площадки донжона. – Вижу штандарт Отардата и значок Ругеры. Это свои, это отардатцы.
– Хорошо. Тио – принимай командование передовым отрядом. Эберхарт! Возможно, ты будешь командовать вылазкой из замка. Так смотри, чтоб в замке всё время был наготове отряд, достаточный для того, чтоб пробить дорогу основному, если его отрежут.
– Стоит ли учить утку плавать, командир? – весело ответил помощник. – Не новичок, справлюсь. Но куда это вы, командир, собрались? Уж не на передовую ли? Вам по уставу не следует покидать замок в ходе вылазки. Только если твердыня оставляется вся.
– Да тут я. Куда денусь. Есть у меня одна идейка чародейского порядка… Словом, задача следующая – пока истинники там отбиваются в поле и держат дальнюю сторону лагеря, мы ударим по ближней и им в тыл. А чтоб нашим было проще, я попробую взломать частокол вот с той стороны. Схема сложная и мощная, моё внимание и мои силы она возьмёт целиком. Потом, к тому же, в бой, конечно, включится их маг – в общем, командовать не смогу.
– Не беспокойся, командир. Занимайся своим делом.
Мне было жутко смотреть, как отряд моих бойцов покидает стены замка и идёт к вражескому лагерю. Поневоле представлялось, как сейчас вон из-за тех кустиков или вот этих деревьев выскочит целый табун неприятелей, и я лишусь практически всех солдат. Потом взял себя в руки, сосредоточился на основной задаче. Строить схему на таком расстоянии было трудно, соразмерить необходимое и достаточное количество энергии – тем более (надо ведь и в запасе что-нибудь оставить, поединок с магом мне тоже предстоит), и я самое большее наполовину верил, что сумею. Но всё-таки расправил на камне нужную бумажку и начал – без спешки, постепенно, аккуратно и методично.