Зато за дело взялись сходу, без долгой раскачки. Грамотно держа под прицелом наши башни и галереи, так что даже на миг высовываться стало опасно, солдаты противника накатали помост, возвели хорошие, довольно крепкие заграждения из срубов, засыпанных землёй (эти держали даже попадание камня из баллисты, ковырять их магией тоже пришлось бы долго), и принялись строить какую-то штурмовую установку, возможно, частично из привезённых с собой частей, поэтому работали довольно быстро. Наблюдатели и опытный в осадных делах Эберхарт не решались уверенно судить, что это там такое готовится – враг благоразумно закрыл нам обзор. Не подсматривайте, мол.
Они действовали так уверенно и с таким знанием дела, что нам всем стало очень и очень не по себе. Разумеется, разговаривать на подобные темы в замке никто не стал бы – да просто б не решился, но по лицам, жестам, даже движениям я видел, насколько мои люди угнетены. И сделать с этим не мог ничего, кроме того, что уже делал – штудировал магические книги и заметки, пытался разобраться с инструментарием. Я и на этот раз работал наперегонки с противников, не представляя, кому из нас в конечном итоге повезёт.
А однажды поутру, на рассвете, меня разбудил посланник от Тио (солдат вроде и старался не пялиться на мою девочку, и всё равно ж смотрел). Снаружи только-только начал расходиться предутренний туман, смутный, словно бы ненастоящий, и мир ещё спал, отстраняясь от этих странных людей, зачем-то подхватившихся с постели в самое сладкое время. Ни намёка на ветер, ни намёка на солнце, и даже небо убрано в дымку, делающую всё вокруг уютно-никаким.
В этой тишине, в этом покое двигалось войско. Двигалось быстро и при этом без особого шума – сигнальные рога молчали, а звон уздечек и даже отчасти топот копыт скрадывал туман. Казалось, мир сам заботиться о своём сне. Флаги не были распущены, да если б даже и – нужен был ветер, чтоб поднять их, а он крепко спал. Зато в нашу сторону усердно подавали сигналы разноцветными флажками, и я без труда прочёл их: это отряды Хиэланы, и им нужна наша поддержка.
К счастью, гарнизон Венцении был пополнен – кто-то из крестьян пожелал стать солдатом, наевшись свободной жизни в эпицентре войны, к тому же, всех своих раненых Вайерд оставил в замке, и часть из них благополучно встала обратно в строй. Так что мне было из кого формировать передовой отряд и запасной.
Противник в своём заново слепленном лагере тоже зашевелился. Когда мои бойцы присоединились к схватке, там уже всё шло полным ходом. Поскольку нынешние истинники, вроде, понятия не имели, как были побеждены их предшественники, я вознамерился пустить в ход тот же способ, что и в прошлый раз – благо теперь, после прочтения книжки, получил представление о способах более точно контролировать направление удара. Ну да, получилось не хуже, чем тогда: частокол в месте удара разметало, осыпалась земля, и помимо пролома мои штурмующие ещё получили более или менее пологий подъём изо рва на укреплённый вал.
Рассвет всё длился, оттенки багрянца сменил чистый огонь, следом хлынуло что-то невыразимо нежное, оттенок настолько деликатный, что и определения не подобрать, а потом наконец в глаза брызнул солнечный свет. Бой, оказывается, длился уже давно, обе стороны устали. Мне в голову пришла новая идея, для осуществления которой требовался один инструмент из сумки убитого мага – нацеливатель, как я его про себя называл, он же фокусировщик. При помощи этой штуки можно было ударить по конкретной точке пространства. До прицельного убийства одного-единственного нужного человека, конечно, не дойдёт, хотя я поверю, если мне скажут, что есть такие умельцы, но по группе – можно.
Уже нацелившись на укреплённый бивуак, я осознал, что там, собственно, прицеливаться не к чему, там все настолько плотно перемешались, что поневоле попадёшь и в своего тоже. А вот чуть поодаль, кажется, вырисовывается подходящая цель. Кажется, приближающийся боевой отряд. Знать бы ещё, свой или чужой – всякое может быть.
– Эберхарт! Ну-ка, глянь – наши или нет?
– Где? – Мой помощник приблизился и стал в недоумении разглядывать инструмент. – А куда тут смотреть?