– Странная ситуация.
– Чем же?
– Как же так получилось, что у отца и сына оказались столь различные взгляды? Как так случилось, что сын успел даже стать вельможей истинников – неужели отец ничего об этом не знал и не сумел вмешаться в самом начале?
– Его старший сын с детства отличался дурными наклонностями. Говорят, первого человека он убил уже в восемь лет! И ведь сперва многие, вроде бы, даже уважали его за это. Ну, дураков хватает… Бывает, что у весьма достойных родителей вырастает недостойный отпрыск, увы, бывает.
– Однако если наследник действовал во вред герцогству, отец мог попытаться ограничить его в правах.
– Отнюдь. Да если бы всё действительно было так просто! У высших есть свои, очень строгие правила, которым они обязаны следовать. Любое нарушение – это законная возможность для кого-нибудь из соседей вмешаться, а знать всегда вмешивается в конфликт, преследуя свои интересы. Это ж всегда прекрасная возможность прибрать к рукам чужие владения и чужие доходы. А ещё я слышал суждение, что если б только старый герцог попробовал нарушить права сына, тут же в ситуацию вмешался бы Дикий мост, причём откровенно, напрямик, и это было бы законно.
– Почему?
– Потому что герцогский наследник уже объявил себя одним из истинников. Он тем самым дал им право действовать от своего имени, защищать его интересы. Вот они и вмешиваются. С помпой! Понял?
– Смутно.
– Ну, ничего. Смотри, всё ведь очень просто. Герцогу нужно было найти законный путь сменить наследника. Вариантов мало: либо убить в честном поединке, а это просто смешно – крепкий молодой парень против старика – либо не убивать, а где-то заточить. Поединка точно не было. Если бы он был, об этом бы объявили. Может быть, молодого Гереварда прикончили без чести, а это значит, что закон нарушен, и на семействе Геревард – проклятие. Герцог умер и унёс свою тайну с собой. И сейчас судьба Оданеса зависит от разумности леди Нельверги, от её выбора будущего мужа, а ещё от того, нарушал ли старик основополагающий закон или нет, от того, жив молодой Геревард или мёртв. От судьбы Оданеса и его династии, по сути, зависит судьба всего Севера. И Юга тоже. И Запада. Оданес – самое могущественное герцогство материка, центральная, самая богатая и значимая земля. И это ключ к землям по ту сторону Великих гор. А Отардат – ключ к Оданесу.
– Да, это я понял. Север истинникам закрывают Великие горы, юг – Гридский хребет, Академия и Лоримские болота, и прямой путь от Дикого моста в Оданес: Урита, Ильтузер, Отардат.
– Верно. Да, можно обойти Академию и Лорим с юга, по морю, но тогда истинникам придётся встретиться с Балатваром и пройти через него, в это им будет стоить ох как дорого. Особенно если учесть, что и Академия, и Лорим при этом запросто смогут ударить им в тыл. А тут всё просто: Урита уже в их руках, Ильтузер захвачен, врата в Отардат пали, и припасы можно доставлять по земле – это удобнее, чем по морю… Осталось немного.
– Странно, что в подобной ситуации Оданес не спешит оказывать Отардату активную поддержку.
– Старый герцог предлагал, и граф, вроде бы, даже пришёл с ним к предварительной договорённости, несмотря на серьёзные разногласия в прошлом. Но потом герцог умер, герцогиня отказалась выходить замуж за младшего сына нашего графа, и вот, пожалуйста. Видишь, что теперь творится! Нет, то, что леди Нельверга отказалась от брака с младшеньким – понятно. Ей тоже нужен выгодный брак. Вот только где он? Она до сих пор не выбрала мужа…
– Это такая проблема?
– Как видишь. Чего она тянет – непонятно. Вариантов уйма, и каких!..
– Я имел в виду: неужели это так обязательно? Разве она не может править сама?
– Женщина? Править?! Ты шутишь, что ли? А войска в бой тоже она будет водить?
– Так и герцог, полагаю, не всегда скачет в бой в первых рядах.
– Да ну, ерунда. Женщине – править? Чушь.
– Раз герцогиня медлит, значит, так не считает.