– Мне кажется, что нет.
– И как же ты их отличаешь?
– Ну, не в лицо, конечно. Разумеется, по значкам подразделений. Не сказал бы, что здорово разбираюсь в них, но кое-что знаю. А вот значки Пиры мне известны хорошо… Думаю, это второстепенные отряды. Основные силы сейчас, конечно, осаждают Отарду.
– Предлагаю размяться, – весело сказал Тио. – Можно ночью нанести удар по их лагерю. Пусть побегают.
– Если не полные идиоты, то будут этого ждать. У нас же не многотысячное войско, чтоб зря рисковать солдатами. А играть на чужой территории всегда приходится по чужим правилам, и это уже первая ступень к поражению. Чужой лагерь – чужая территория. Мало ли какие там будут ловушки, охота ли проверять…
– Можем попробовать навязать свои правила, – сказал я. – Следите за ними внимательнее. Они ведут себя уж больно вяло… Может, ждут скорое подкрепление?
На следующую ночь мои люди подобрались поближе к вражескому лагерю и обстреляли его стрелами с горящей паклей, закидали дротиками, оснащёнными примерно так же. И сразу отошли к замку – от греха подальше.
Наутро наш противник поменял место дислокации, однако не ушёл. Я велел повторить ночной обстрел уже с другой стороны, тем более что теперь «гости» расположились очень близко к засеке, и можно было действовать оттуда. На этот раз в ответ на огненные стрелы в моих людей полетели обычные, одного из моих солдат убило, ещё одного серьёзно ранило, однако сама реакция показательна. Можно делать выводы (если б я ещё умел)…
Враг опять сменил место расположения укреплённого лагеря и теперь уже всё сделал как следует. Даже выносные оборонительные точки сорганизовал, и на второй раз – вполне удачно. Первые, не достроенные за один день и плохо охраняемые, мои парни сумели подпалить. Сделали они это тоже ночью, и на этот раз без изысков: просто подошли и закидали горшочками с пылающими углями.
И наконец-то приволокли мне пленника.
– Ну, хоть что-то! – воскликнул, услышав новость, Эберхарт.
– Просто рядовой солдат. – Вулфер состроил недовольное лицо.
– Сгодится, – сказал я. – Гарнизону осаждённого замка трудно брать высокопоставленных пленных. – Откуда-то я это точно знал. Может, прочитал где-то, но забыл, где именно?
Солдат был хиленький живчик, однако ж, похоже, разговорчивый. Его первой реакцией на всё было: а я-то при чём? Я просто солдат, куда мне было велено идти, туда и пошёл. Да, родом из Пиры, ну и что? Да, служу своему барону, а лучше б вместо этого работал себе на земле. Толку б было больше.
– Ох, лукавый, – возмутился Эберхарт. – Сам ещё небось просился в богатый Отардат, пограбить от души!
– Сам не просился, но раз послали, то что ж делать!
– Что твоему господину пообещали истинники, раз он кинулся, словно пёс-крысолов на буйвола?
– Откуда ж мне знать…
– Всё ты знаешь, не придуривайся. Такие вещи солдат всегда знает.
– Что ему пообещали, я знать не могу, это уж факт. А то, о чём говорят солдаты, повторю, пожалуйте. Да, барону обещали Ангр, часть дохода с Города Гроз и, возможно, часть Отардата. Кажется, барон рассчитывает на целое графство, но мало кто верит, что господин действительно получит всё.
– Ну, здравствуйте! Поэтому-то вы и ломанулись именно сюда, да ещё без поддержки истинников! Конечно! Рассказывай.
– Ну, наши парни надеются хапануть себе хороший участок земли где-нибудь тут. В предгорье жизнь приятнее, чем посреди долины. Возможностей больше. А кто будет тут господином – неважно. Все они одинаковы.
– Только потом истинники укрепятся тут и турнут вас с возделанных полей. В один миг, – вставил Тио.
– Зачем им это, если земля будет в хороших руках? Мы подати платить не отказываемся.
– Ну, ясно всё с вами. Верите в то, во что хотите, а как придёт пора мучиться за свою веру, так вой подымаете: я, мол, не так хотел верить.
– Что, прикидываешься виттом? Плоховато у тебя получается.
– А ты не забывай, где находишься, – произнёс я, и в комнате стало морозно-тихо. – Как брали Чёрную Шийю?
– Нахрапом, – вздрогнув, ответил пленник, растерявший половину бодрости. – Повезло. Вперёд отправили отряд конников, который влетел в ворота и держал их, пока не подоспело подкрепление. От первоначального отряда осталось всего человека три, но наши успели. А дальше уже было просто. Только донжон держался до следующего дня, но мы их выкурили.