– И на что нам такие бестолковые солдаты?
– Другие могут не найтись.
– Те, которые останутся, будут вести себя благоразумнее – вот и польза.
Эберхарт хмыкнул и дал понять, что выполнит. Отряд под командованием Тио он выпустил из замка ранним утром, когда дымка ещё только начала сгущаться, а последний изнемогший сумрак – отступать. Вокруг жила тишина, и её теснили лишь те привычные звуки, которые производили мы же сами в рамках обыденной бытовой жизни. Противник себя не обозначал. Тио сотоварищи беспрепятственно вернулись в замок ближе к середине дня, причём совершенно спокойно, да вдобавок приволокли пару забитых баранов и вполне живую перепуганную девицу. Бараны были отправлены на кухню, а девица – преподнесена мне от чистого сердца. Пришлось взять.
По словам Тио, вражеских солдат в деревнях не было, хотя они туда довольно-таки регулярно заглядывали, а в самом лагере, похоже, находятся всего только две с половиной или три сотни человек. По крайней мере, никто не мог сообщить, что видел разом больше народу, и других отрядов в округе не наблюдается.
– Так что же у нас получается? – решительно вклинился в беседу Эберхарт. Вклинился – и сам же ответил. – А у нас получается паритет. Проще объясняя: кто первый атакует, тот и проиграет.
– Их меньше, чем нас, – проворчал Вулфер.
– Но они тоже засели в укреплённом лагере. Очнись, у нас нет даже двукратного преимущества перед ними! И нам, в отличие от них, подкрепление взять неоткуда. Если мы, задумав их побить, не сумеем очень быстро проникнуть внутрь их бивуака – а мы не сумеем, если они хоть что-то понимают в своём деле – то положим всех солдат, и без толку. Да даже при наилучшем развитии событий у нас останется слишком мало солдат. Где новых возьмём, чтоб замок держать?
– Пусть они сидят в своём лагере, – отмахнулся я. – Расправа с двумя-тремя сотнями вражеских солдат не решит исход войны, а нам принесёт недопустимо большие потери. Но если только они высунутся наружу, мы их разберём.
– Точно, устроим им! – бодро согласился Вулфер. И под моим взглядом мгновенно замолчал.
– Как вижу, нашим ребятам ничто не помешает разгуливать по округе. Конечно, с соблюдением должных мер предосторожности. Так и поступим. Тио, займись. Происходящее в деревнях лучше держать под контролем.
– Понял, сделаю.
– За дровами кого-нибудь отправь, – обратился я к Эберхарту. – Побережём запасы.
– Может, и за рыбой? – в задумчивости произнёс он. – Форельки б свежей… Самое для неё время.
– Она же сейчас нерестится.
– Ну так и хорошо! И клевать будет легче, и с икрой. Я люблю икру…
– Мужики, не увлекаемся, – усмехнулся я. – У нас тут война, если помните. Мы войну обсуждаем.
– Война длинна, а кушать хочется всегда, – неуклюже сострил Тио. И ушёл – делать свою работу.
Форель действительно шла на нерест, её было много, поэтому следующие дни весь замок ел рыбу, хлебал уху из головизны, а также закусывал завёрнутой в лепёшки смесью подсоленной икры и нарубленных яиц. Презентованная мне девица, как оказалось, неплохо пекла блины – они тоже отлично пошли с икрой и лучшими кусками рыбы. А ещё она умудрилась выпечь хлеб, который дал бы фору изделиям замкового хлебопека, если б мы задумали устроить соревнование.
Эта молоденькая крестьянка изо всех сил показывала, как ужасно меня боится, однако в постель ко мне пришла сама и в остальном похвально проявляла инициативу. Её семейство, в отличие от большинства односельчан, отказалось уходить в лес или прятаться в горах, и даже когда я прямо предложил ей позвать своих родственников в замок, заверил, что прикажу принять, и озаботился передать им это приглашение, отказались наотрез. Девчонка вроде бы боялась за родителей и братьев, даже иногда плакала в уголке, но настаивать на том, чтоб они укрылись в Венцении вместе с нею, не пыталась.
Что ж, ей виднее, можно ли уговорить её родных, или же остаётся просто смириться с их решением.
– Почему же граф не отобьёт поскорее свои земли у врага? – тихо спросила она как-то. Заговорила в темноте, когда я уже собирался засыпать. В темноте девушка меня меньше опасалась.
– Граф делает всё что сможет. Это же понятно.
– Но разве так трудно защитить собственные земли, если есть армия и замки, и всё готово?