– В данном случае речь идёт о главе герцогства, а не просто женщине.
– Да брось! Это просто болтовня. Все понимают реальную ситуацию. Зря, что ли, от Оданеса отшатнулись все сторонники? Её оставили все, эту самодовольную самоуверенную глупую девицу, которая возомнила себя равной мужчине. Возможно, потому она и не торопится кидаться в бой с истинниками. Она, похоже, уже загнала герцогство в сложное положение, и армиям Дикого моста можно взять да просто прийти туда. И всё, материк будет в их руках. Оттуда прямая дорога к Западному побережью.
– Мы сидим тут в абсолютной изоляции. Кто знает, может быть, свадьба герцогини уже назначена.
– Хорошо бы. И хорошо б, если б она всё-таки выбрала себе в мужья сына нашего графа.
Я усмехнулся, качая головой. Мне давно уже казалось, что в рассуждениях Эберхарта полно слабых мест. Ну ничего, его ошибки быстрее научат меня самого принимать правильные решения.
– Вот это был бы по-настоящему глупый шаг. В теперешней ситуации герцогине нужен сильный муж, способный привести ей в поддержку большую армию. Какой ей толк от безземельного юноши, сына человека, который почти лишился своих земель?
– Умному человеку понятно, что Оданесу в лице Отардата нужен сильный сосед. Герцогиня могла бы поспособствовать этому, выйдя замуж за наследника нашего господина.
– Да поздновато уже ей об этом беспокоиться. Надо подыскивать других полезных союзников. Отардат – политический труп.
– Не понимаю, как ты можешь так говорить! Ты ведь служишь Отардату и должен болеть за него душой!
– Я болею за него душой, разумеется. Но какой смысл отрицать очевидное? – Я усмехнулся ему прямо в расстроенное лицо. – А ведь мы с тобой сейчас говорили ровно об одном и том же! Только почему-то при этом ещё и спорили. Забавно получилось.
Мой помощник хмурился, но мир между нами уже был восстановлен, пусть мы и остались каждый при своём мнении. Продумывая разные варианты защит, я наблюдал, с каким трудом противник закатывает на вал новый, облегченный таран. Обстрел с их стороны начался такой усердный, словно они действительно решили штурмовать нас всерьёз, по всем правилам, хотя теперь, после беседы с Эберхартом, я начал понимать, что пока нами занимались спустя рукава, чисто для порядка, чтоб не расслаблялись. Вообще по-настоящему штурмуют совсем не так. А как это делают, полагаю, мы скоро узнаем. На своей шкуре.
Мост они всё-таки уложили и таран до ворот дотащили. Лучшие мои лучники устроились в надвратных бойницах, из которых удобно было простреливать пространство перед воротами, а самому остаться практически невидимым, и старались бить строго на поражение, лишь тех, кто высовывался из-под щитов. Я же, оценив подготовленную схему последний раз, скрупулёзно разместил её поверх замковых ворот в соответствии с рекомендациями трактата, которые на удивление запомнил почти дословно.
– Ну, что? – спустя какое-то время поинтересовался я у солдат, ждущих во дворе. – Как оно там?
– И не шелохнётся! – зычно ответил один из них, бородатый старик, однако крепкий, энергичный, по-юношески полный жизни. – Что у них там, дубина из пуха, что ли? Или чем жёнушек радуют, тем и замок пытаются взять?
– Не порадуешь жёнушек такой-то штукой. Стучит-то еле-еле!
Грубо поржали. Мне, конечно, очень интересно было бы взглянуть на работу тарана с вражеской стороны, оценить действие своих чар внешне, но выглядывать наружу я не решился. Долго слушал приглушённый грохот снаружи и пытался понять, могу ли отпустить схему, чтоб заняться чем-нибудь ещё. Но в первый раз не рискнул. Попробовал только на следующий день, и даже вполне успешно. Сам удивился, что перестраховка, оказывается, ни к чему.
Высвободив часть своего внимания, стал конструировать и другие варианты защит – меня увлекало это дело, как затягивает ребёнка постройка новых и новых домиков из подручных материалов: песка, палок, шишек, камушков. Собственно, как раз на эту игру смахивали мои занятия, ведь я не знал, как нужно, и по ходу дела должен был угадать правильную последовательность и правильное сочетание. Складывая и переделывая чародейские схемы произвольно, когда случайным образом, а когда по смутному наитию, изо всех сил старался запомнить все ходы и попытки, чтоб в будущем избежать ошибок. И лишь время спустя сообразил, что тоже могу записывать свои поиски ход за ходом, не хуже маститых и титулованных магов, и облегчить себе дальнейший поиск.