Да только не утопилась в ту ночь Вацлава.
– Сестра-а…– в третий раз повторило чудовище, явленное водой и посмертием. – Иди ко мне, иди. Нам пора спать, пора на отдых. Пора в воду…
Изо рта Эльжетки вместо с отвратительным очередным бульком вышло что-то ещё. Что-то живое, маленькое, извилистое, нашедшее в ней приют.
Агата отвернулась. Это было выше её сил.
– Не надо, не ходите, – умолял Томаш, мельком поглядывая на сестру. Ей явно заплохело. – Послушайте, Вацлава…
– Не слушайте, – вдруг возразил Себавстьян. Он уже взвесил всё что мог только взвесить и помог решиться. – Идите к ней, если надо. Идите, если она вас ждёт.
Вацлава обернулась, с благодарностью кивнула.
– Так не страшно. Не страшно…она ждёт.
Томаш явно хотел и возразить, и дернуться за старухой, не позволить ей уйти в воду, но Себастьян не позволил ему этого.
– Пусть идёт, пес с нею, – уговаривал он. – Пусть идут. Пусть спят. Она всю жизнь мукой жила, пусть уходит.
Томаш ещё посопротивлялся, а затем сдался, кивнул. А вода под ними уже бурлила, шумела, темнела и уносила в распахнутые двери-глубины два засеребрившихся, распадающихся тела.
– Безумие…– отозвалась Агата, отмерев вперёд всех. – Квинту ни слова. А с наместника возьмем рапорт, что все мирно. Все ведь мирно?
Вода успокаивалась. Они едва сошли с моста на твердый берег, а вода уже затихла, словно и не было ничего.
– Чего только людьми не движет, – задумчиво промолвил Томаш. – Ну что же, всю жизнь с виною жить?
– Может она ей эту вину всю жизнь и внушала? – предположил Себастьян. – А? держала на ней, как на привязи, жрала её душу?
– Кто знает! – Агата махнула рукой, – нету и ладно. Её выбор. Не наш.
– И наш, – возразил Томаш.
– Ну и наш, – согласилась Агата. – Да только что мы могли? Она и без нас бы сиганула в воду. Только кто знает кого б еще покусала. Как рука, к слову?
Укушенная рука сочилась синевой.
– Синяк будет, – заметил Томаш. – Уже видно. А всё-таки, что это было? Не мавка ведь, мавки в таких местах не живут!
– Да даже живые в таких местах не живут! – Себастьян фыркнул, – а ничего и не было. Мы не видели, верно? ну старуха бродила, да кто ж ее знает чего она тут ходит?
– Исследовать бы это, – Агате не нравилась ситуация, но иного выхода она не видела. Не писать же правду, что они позволили человеку уйти в ничто? Да еще и с чудовищем-утопленницей? Их за это Город в клочки порвет. Даже Квинт не защитит.
– Мы не исследователи, – тотчас отозвался Томаш, – и не защитники. Мы не спасаем, мы только очищаем…если повезет, то деревню, если нет – таверну. Какой с нас спрос, Агата? Для защиты ведь так не получится. Там уж надо работать!
Он усмехнулся, пошёл прочь, показывая, что разговор закончен. Агата взглянула на Себастьяна:
– А ты что скажешь?
– Скажу, что надо думать. И над твоими словами, и над тем – стоит ли переводиться в полевые работы от Канцелярии, – ответил Себастьян.
Агата кивнула. Надо и впрямь думать. Порыв есть, но он смутный. И что в нём? Какое будущее? что она может дать миру? какое спасение…от кого?
(*)(Предыдущие рассказы о мирке Инспекции – «Чёрная Мавка», «Стрыга», «Красные глаза», «Про чудовище», «Упыриха», «Агуане» и «Озеро». Каждый рассказ можно читать отдельно, без привязки)
Конец