…После знакомства с хозяйкой дома, Хармон вручил подарки. Он чувствовал, насколько они ничтожны, но все же сунул в руки леди Ионе, вымучив какие-то подобающие случаю слова. Принцесса улыбнулась — у нее были очень подвижные губы — и сказала:
— В ваших дарах так много Юга! Все, что приезжает к нам, по пути пропитывается Севером, и это обидно… Но не ваш платок.
Она взмахнула пестрым шелковым лоскутом, любуясь, и повязала на левую руку чуть ниже локтя. Вообще-то, это был шейный платок, но торговец не решился ее поправить: на тонкой руке леди Ионы шелк смотрелся сказочно. Шоколадом она угостила графа Виттора, и тот поморщился: «Горький…». Глаза принцессы тут же сверкнули: «О, горький!» — и она сунула в рот сразу две конфеты.
За столом леди Иона сидела по левую руку от мужа. Она почти не ела, и Хармона это почему-то не удивляло. Принцесса обратилась к торговцу несколько раз. Спросила, бывал ли он в Первой Зиме; затем — откуда он родом и как пахнет его родной дом, и на какой цвет похожа его родная земля; после сказала:
— Хармон, когда снова будете здесь, прошу вас, привезите южную птицу!
— Какую именно, ваша светлость?.. — спросил торговец и принялся описывать всех южных птиц, каких знал. Леди Иона прервала его:
— Нет-нет, выберите вы. Привезите мне птицу с южной душою… я уверена, вы почувствуете.
Но вскоре она забыла о его существовании. Взгляд Ионы перескользнул на людей в нижней части залы, после — на что-то за окном, и ее улыбка дала понять, что мысли принцессы уже очень далеко от этой трапезы и этого дома.
Граф Виттор обожал ее — это виделось в каждом его взгляде, брошенном украдкой в сторону жены, в трепетной бережливости, с которою он трогал Иону за локоть, предлагая вино или кушанье. «Тьма всемогущая, сколько же он заплатил за нее?..» — подумал в какой-то миг Хармон и не смог вообразить себе ответ. Наверное, больше, чем стоит иной город со всеми населяющими его барышнями, их мужьями и детьми… Да уж. Если впоследствии кто-то любопытный, вроде отца Давида, спросит Хармона, отчего тому было неловко на обеде у графа, торговец сможет ответить вполне ясно.
Виттор Шейланд тем временем снова заговорил с гостем:
— Ваш рыцарь выглядит весьма внушительно. Чувствуется человек умелый и благородный. Не представите ли его мне?
Как раз в это время Джоакин, отмеченный графским вниманием, втолковывал что-то сидящему возле него воину — судя по жестам, давал урок фехтования одноручным мечом. Хармона передернуло.
— Мой человек — не рыцарь, и, боюсь, он не достоин знакомства с вашей милостью.
Граф Виттор улыбнулся:
— Иными словами, он не так скромен, как вы, и не удержит язык за зубами?
— Боюсь, что так, милорд.
— Будьте к нему снисходительны. По мне, болтливые люди не так уж плохи — ты всегда знаешь, чего от них ждать.
— Ваша правда, — согласился Хармон. В глазах белолицего графа мелькнула этакая лукавинка, и торговец добавил: — Вот только…
— Что же?
— Я стараюсь помалкивать, ваша милость, но мне думается, вы все равно прекрасно знаете, чего от меня ждать.
Граф Виттор пожал плечами:
— А как еще можно вести дела?
Он отправил в рот последний кусочек десерта и отодвинул тарелку.
— Кстати, о делах. Давайте перейдем к ним, пока вы совсем не истомились в ожидании.
Хармон поднялся из-за стола. Граф также встал и указал на дверь, ведущую вглубь дома. Прежде, чем уйти, осторожно тронул жену за плечо:
— Душенька, меня ждут заботы. Вернусь к тебе скоро.
— О… — сказала леди Иона, неопределенно взмахнув рукой. Ломкое запястье, изящные длинные пальцы — куда там фарфору или слоновой кости!
Джоакин Ив Ханна пировал в общей зале с воинами графа Шейланда, и его мысли были неспокойны. Глупы те, считал Джоакин, для кого застолье — просто повод напиться. Трапеза с незнакомыми людьми — это, прежде всего, возможность. В особенности, если тебе довелось оказаться за одним столом с рыцарями. Когда люди сыты и хмельны, они становятся охочи до разговоров, даже самые суровые и молчаливые воины. Говори с ними и слушай их. Узнай о том, что творится в их земле, — не идет ли где какая война, не собирает ли войско сюзерен, не требуются ли ему мечи? Послушай истории и сплетни — среди них бывают такие, которые полезно узнать. Запомни громкие имена: если какой-нибудь рыцарь прославился в боях или выиграл турнир, полезно знать его имя и герб. Если кто проявил себя трусом или подлецом, неплохо запомнить и его — мало ли с кем судьба сведет. Наконец, всегда есть возможность рассмотреть амуницию сотрапезников, расспросить о достоинствах того или другого вида оружия, глядишь, и узнать пару новых приемов. Так что, войдя в трапезную залу и увидев за столами три дюжины графских воинов, Джоакин исполнился предвкушения настоящей, мужской беседы, которой так не хватало ему в обозе торговца. Однако вскоре его мысли обратились к иному предмету.