Мужчина печально усмехнулся:
‒ Жаль, что ты раньше не оказался на моём пути. Возможно, моя жизнь сложилась бы иначе.
‒ Прошлое не вернуть, но прийти к прощению никогда не поздно. Обещай, что сделаешь это.
Мужчина закрыл глаза и вслушался в свои мысли. В них тихо звучали главные слова, годы ждавшие своего освобождения.
‒ Скажи их, ‒ прошептал бармен. – Я слышу, как они рвутся на волю.
‒ Я... – он запнулся. Произнести самое главное оказалось не так просто, – прощаю себя… ‒ после этого голова почти опустела, освободив место для осознания. И, хоть мужчину не покидал вопрос, достоин ли он собственного прощения, сердце всё же застучало равномерно, а дыхание выровнялось. Но глубоко внутри б
‒ Здесь есть уборная? – спросил гость. – Мне бы освежить лицо.
‒ Прямо и налево.
Мужчина, как можно быстрее, двинулся к туалету. Лишь покинув зал, он ощутил произошедшее, что острым ножом уже начало вытачивать сомнения.
“Како же странный человек. Когда смотрю в его глаза, вижу только отражение себя и своих страхов, как будто он транслирует их мне на экран. Либо я переборщил с уходом от реальности, либо этот псих продолжает поддерживать меня где-то за гранью разума, ‒ мужчина набрал воды из раковины и умыл лицо. – Откуда здесь вообще вода? Слишком много необъяснимых вещей. Лучше уходить отсюда”.
Выключив воду, он взглянул на себя в зеркало и обомлел: в груди снова зияла рана, обнажив трепещущее сердце, но кровь больше не текла. Он дотронулся до её краёв, и движение отозвалось болью. Попытавшись всмотеться в отражение, мужчина придвинулся ближе к стеклу и увидел, что радужка глаз стала чёрной.
“Что со мной?”
Он оттолкнулся от раковины и быстро выбежал из уборной. Добравшись до зала, заметил, что в помещении стало тусклее, а бармен снова протирал бокал.
– Что здесь происходит? – мужчина закричал.
– О чём ты?
– Не делай вид, что не понимаешь. Я ухожу отсюда! – гость развернулся и широким шагом направился к двери, но вдруг остановился как вкопанный: в ней не было ручки. Поверхность двери была идеально гладкой, так что потянуть ни за что не получилось. – Что ты сделал? Открой дверь! – мужчина метнулся к окнам, но к его ужасу их вовсе не оказалось.
– Разве ты не слышал, что на улицу выходить нельзя? – со злобной ухмылкой прошептал бармен.
– Ты запер меня?
– Ну что ты. Конечно, нет. Ты сам захотел остаться, ‒ его зловещий шёпот проникал в уши, как змея, извивался там и не выходил обратно.
– Я ничего не хотел! – мужчина попытался прикрыться, чтобы не слышать змеиного шипения.
– Зачем же ты тогда пришёл?
– Меня мучила жажда!
– Видимо, это не всё, ‒ бармен не кричал, но его слова воспринимались как угрозы. – Это место не хочет тебя отпускать.
– Я просто сошёл с ума! – мужчина упал на колени. – Отпусти меня!
В зале стало ещё темнее, хоть лампа до сих пор горела.
‒ Посмотри на время, ‒ бармен кивнул в сторону. Гость поднял голову и увидел на стойке взявшиеся из ниоткуда песочные часы. – Оно на исходе. Стоит поспешить.
Песок сыпался неправильно быстро. Он занимал уже половину верхней и нижней колбы. Его движение поднимало в груди панику. Силы будто постепенно стали просачиваться из тела в окружающее пространство.
‒ О чём ты говоришь? Я не понимаю, ‒ отчаяние захватило несчастного с головой.
‒ Подойди ко мне, ‒ бармен наконец перестал протирать бокал и протянул руку мужчине. Тот медленно встал и, ни на что больше не надеясь, вернулся к барной стойке. – Посмотри мне в глаза.
Мужчина поднял голову, и их взгляды встретились. Чёрная тьма пыталась выбраться из глаз, поглотить саму себя, переплестись в воздухе.
То ли от витающего напряжения, то ли из-за неполадки в проводке единственная лампа мигнула прощальный раз и погасла.
‒ Я зажгу свечу, ‒ в голосе бармена послышалась тревога. Он щёлкнул пальцами, и в глубокой темноте проявился маленький огонёк.
‒ Даже не знаю, стоит ли спрашивать, как ты это сделал, ‒ взволнованно сказал мужчина.
‒ Нет времени это обсуждать, ‒ перебил его бармен и снова посмотрел в глаза. – Только в твоих руках всё исправить. Нам просто нужно…