Затем Дайнин взмыл в воздух. Его собственный отряд получил сигнал и вышел вперёд. Ручные арбалеты дали залп по помеченным грибам-крикунам, стреляя дротиками, которые жрицы зачаровали волшебной тишиной.
Воины-дроу бесшумно бросились вперёд — к стене и через неё, Дайнин впереди. Он первым встретил часового Де'Виров. Мужчина достал меч и ударил Дайнина, когда тот взлетел на стену, но клинок даже не приблизился к умелому воину. Меч Дайнина быстро поднялся в парировании, затем контратаковал — уколом, который заставил воина Де'Виров развернуться, уклоняясь.
Дайнин бросился в брешь между противником и парапетом. Он описал пируэт, подставляя спину врагу, но отправив левый клинок вокруг и наружу, чтобы блокировать косой удар Де'Вира, когда тот тоже развернулся.
Второй клинок Де'Вира устремился к присевшему Дайнину, почти достигнув цели.
Почти.
Поскольку Дайнин прибегнул к грубой тактике, уперевшись в каменный парапет и выбросив две ноги вперёд — неожиданное движение для проворного мечника-дроу.
Приём, которому немногих избранных обучил Закнафейн, не знавший себе равных среди дроу по части неортодоксального стиля боя.
Обе ноги попали в цель, и воин Де'Вир рухнул со стены — на двадцать футов вниз, во двор.
Дайнин бросился следом, лишь в самое последнее мгновение прибегнув к левитации, чтобы смягчить приземление. Его противник, перекатившийся, чтобы смягчить удар, неуверенно встал, осторожно опираясь на пострадавшую ногу. Дайнин быстро одолел его серией неожиданных и жестоких уколов и взмахов.
Воин Де'Виров сражался хорошо. Он сумел блокировать почти половину ударов Дайнина.
Когда враг рухнул замертво, несколько внезапных вспышек слева заставили Дайнина развернуться — как раз вовремя, чтобы увидеть, как ворота дома распахиваются внутрь, дымящиеся и искрящие после нескольких молний До'Урденов, а затем исчезают в собственных взрывах — огненных шаров, молний и даже ледяной бури — когда сработали глифы и защиты семьи Де'Вир.
Магический шторм порадовал Дайнина, поскольку был абсолютно беззвучен. Жрицы До'Урден хорошо поработали.
Вокруг второго сына появились другие солдаты До'Урден. Гоблины и багбиры бросились через пробитые врата и стали наступать через двор. Первая фаза штурма прошла так быстро и бесшумно, что основные силы Де'Виров пока что даже не появились, чтобы отразить нападение.
Дайнин знал, что это критически важно, и его уверенность в успехе достигла небывалых высот — хотя дом Де'Вир мог выставить на поле боя куда больше солдат, чем дом До'Урден, а это была их территория, с благородными жрицами и верховной матерью внутри дома.
Дайнин дал знак своим войскам продолжать наступление — быстро и жёстко. Не позволяйте им оправиться! Не позволяйте им организовать оборону! — просигналили его пальцы окружающим, а те быстро передали приказ по рядам.
Но Дайнин знал, что этого будет недостаточно. Совсем недостаточно. Давай, напрасно шептал он в наколодованной тишине. Мгновения снова казались часами.
Наконец, он почувствовал вибрацию могущественной магии — такой могущественной, что волоски на руках и шее встали дыбом, а кожу защипало. Он оглядел ряды своих товарищей-воинов, казавшихся растерянными, затем посмотрел на жрицу, которая спустилась со стены вместе с отрядом. Сейчас она дрожала так сильно — челюсть отвисла, из глаз текут слёзы, - что Дайнин подумал, будто женщина вот-вот рухнет в обморок. Слёзы божественной радости, понял он.
Это была родовая магия, о которой шептались его сёстры, догадался Дайнин, хотя и не знал, что именно это значит. Свирепая Мэлис каким-то образом использовала боль и эмоции деторождения, преобразовав их в силу ритуального заклятия, прочитанного над тем нечестивым столом Ллос.
Воин посмотрел на здания перед собой, почти ожидая, что они рассыпятся в пыль.
Но ничего не произошло — по крайней мере, он не заметил.
Пришлось положиться на веру, и Дайнин отдал команду воинам. Они атаковали главные здания — багбиры и гоблины встали у дверей, а способные к левитации дроу взлетели на балконы и сбросили верёвки товарищам.
Двери распахнулись, и навстречу атакующим бросились защитники дома Де'Вир, в основном гоблиноиды. В мгновение ока фронт войск До'Урденов превратился в месиво из мечей, топоров, падающих тел и отсечённых конечностей.
Дайнин ухмыльнулся, наблюдая за битвой — защитники казались слишком неловкими, и их усилия не могли справиться с нападающими.
К разбитым воротам прибыл отряд Нальфейна, и на поле боя посыпалась магия — огонь и молнии протянулись к дому, по дороге испепеляя пушечное мясо Де'Виров и многих рабов До'Урденов.
Вскоре Дайнин снова ухмыльнулся, когда увидел вспышку в узких окнах высших помещений.
Он знал, что туда проник Закнафейн, воспользовавшийся световыми бомбами, чтобы ослепить врагов.
- Как прекрасно, - прошептал Дайнин и на сей раз услышал свой голос, поскольку покинул область тишины.
Он махнул своим воинам-дроу, и вместе они бросились в дом Де'Вир.
Спустя какое-то время — с клинка капает кровь Де'Виров, половина отряда ранена или мертва — Дайнин встретил своего брата в нижнем зале одной из малых сталагмитовых колонн дома Де'Вир.
- Дело близится к концу, – сказал он Нальфейну. – Риззен уже добрался до самого верха, и, кажется, Закнафейн тоже закончил свою черную работу.
Нальфейн показался Дайнину странно оживлённым. Он кивнул и ответил:
- Две дюжины воинов Дома Де Вир уже перешли на нашу сторону.
- Они предусмотрительны. Для них что один дом, что другой. В глазах простолюдинов ни один дом не стоит того, чтобы за него умирать. Скоро наша задача будет выполнена.
Дайнин заметил движение неподалёку. Солдаты направлялись в коридоры и на другие ярусы. Он сосредоточился на Нальфейне в поисках признаков, что брат готов начать предательское заклинание.
- Так быстро, что никто и не заметил, – сказал Нальфейн, и Дайнин посчитал это ироничным. - Теперь Дом До'Урден, Д'армон Н'а'шезбернон, стал девятым домом Мензоберранзана, а Де'Вир отправился к демонам!
- Осторожно! – вдруг закричал Дайнин, в притворном ужасе глядя через плечо брата.
Нальфейн обернулся навстречу предполагаемой угрозе — и Дайнин ударил, причём ударил метко. Его тонкий меч рассёк Нальфейну хребет.
- Так быстро, что никто и не заметил, - прошептал Дайнин, отныне старший сын дома До'Урден.
- Дай имя ребёнку! - потребовала старшая жрица Бриза. Её пальцы поглаживали рукоять церемониального кинжала, кончик которого застыл над грудью новорождённого, её брата по матери, который лежал на спине паучьего идола.
- Дзирт, - выдохнула измученная мать Мэлис. - Имя ребёнка — Дзирт.
Бриза затянула жреческий речитатив, формально наделяя мальчика именем, прежде чем отдать его Ллос, но ни Майя, младшая из дочерей, ни Вирна её не услышали — они оба потянулись мысленно к братьям, с которыми были связаны. Нальфейн и Дайнин должны узнать имя мальчика, прежде чем его принесут в жертву, чтобы вся семья участвовала в приношении этого великого дара Паучьей Королеве.
Дзирт, услышала Вирна ответ Дайнина на её волшебное послание — и почувствовала необычайно сильный поток эмоций мужчины.
Майя не получила ответа от Нальфейна и поняла, что послание его не достигло. Приготовления были тщательными и обширными, мысленная связь — крепкой, но всё же — тишина. Существовало лишь одно объяснение.
- Подождите! - воскликнула она, вызвав полные ужаса взгляды Бризы и Мэлис. - Нальфейн мёртв. Значит в живых осталось лишь двое сыновей.
Между Майей и Бризой, которая желала всё равно убить мальчика, вспыхнул спор, но Вирна едва его слышала, сосредоточившись на Майе и размышляя о странной реакции Дайнина. Может быть, Нальфейна убили Де'Виры, однако Вирна в этом сомневалась.