Вся компания была ещё у подножия горы, а я уже слышала, как девушка распекает двух оболтусов, не додумавшихся принести меня к ней в город.
– Вы чем думали, калеча, а потом бросая её одну в лесу? – возмущалась юная эльфийка, бодро вышагивая по лесной тропе.
– Здесь не водятся дикие звери, город слишком близко. Пока рёбра не срастутся, ей лучше меньше двигаться. Перемещение даже на моих руках, сделало бы только хуже.
– Ты вообще не должен был ей ничего ломать. Что за средневековые зверства?
– Не должен был, – покаянно согласился Ларс. – Но раз так вышло, тебе придётся пожить с ней пару дней, пока переломы не срастутся.
Эмит умница, идёт молча, знает, что отхватит за любое неосторожное слово. Я опять рассмеялась и, охнув от накатившей боли, рухнула на подушки. Представляю, как нам всем будет весело! Но не могли бы они идти быстрей? В туалет очень сильно хочется!
Глава 29
Милисента ворвалась в дом как ураган тёплого воздуха. Сияющий свет от радужных крыльев отразился от полированного дерева, расцветив дом яркими всполохами.
– Нира, ты где?
– Я здесь, справа от тебя.
Увидев нишу, девушка тут же оказалась рядом, положила узелок со своими вещами на пол и вцепилась в мою руку.
– Как ты? Я так испугалась, что этот изверг тебя покалечил.
«Между прочим изверг слышит», – донеслось до меня ворчание Ларса, смешанное с раздражением на слишком болтливую эльфийку и облегчением, что теперь я быстро пойду на поправку.
– Он всё слышит, – пояснила я улыбку не понявшей моего веселья Милисенте.
– Вот и хорошо, пусть слышит. И пусть ему будет стыдно, – крикнула она в темноту ночи, заставив меня поморщиться от резанувшей головной боли.
– Милисента, пожалуйста, ты не могла бы говорить потише.
– Ох, прости! Ларс предупредил, что у тебя сейчас сверхчувствительный слух. Пойдём, провожу, куда надо, а то ты, наверно, сейчас лопнешь.
Девушка помогла снять бинты, подождала пока я ополоснуть под душем и довела обратно до кровати, где появился кожаный чемоданчик с обезболивающими мазями и лекарствами. Нанеся мазь не только на лиловый кровоподтёк на рёбрах, но и на все синяки, Милисента плотно забинтовала грудь и укрыла меня одеялом.
– Пойду гляну, что у тебя есть съестного на кухне, – всё время она возмущено поджимала губы. – Если и там такой же бардак, то кому-то не поздоровится. – Оглянувшись на темнеющий выход из дома, добавила не громко, но с нажимом. – Я ясно выразилась?
Я услышала, как Ларс в своём доме хмыкнул, выгреб весь запас своих продуктов, скатал матрас с одеялом и подушками и, вручив всё это Эмиту, отправил к нам. Представляю, что сейчас будет.
Эльф появился почти неслышно, ну как почти – Милисенту он изрядно напугал своим появлением в доме. Для меня же он топал как стадо бегемотов.
– А ты что здесь забыл? – она шарахнулась от нахмурившегося парня. – Я же сказала, не желаю тебя видеть.
– Спать на полу будешь? Или подвинешь Яниру?
Парень со злостью бросил рулон постельных принадлежностей на пол и, минуя девушку, понёс корзину с продуктами на кухню.
Я хотела возмутиться, что не надо приплетать меня к вашим разборкам, но закусила губу, наслаждаясь представлением. Как же скучно я, оказывается, жила. Ругающиеся влюблённые – это нечто. Милисента хмуро глянула на дополнительный матрас, оглянулась на кухню, где было слышно, как парень складывает продукты в холодильный ящик, и не двинулась с места, пока он, буркнув: «Спокойной ночи», не выскочил из дома. Потом взяла матрас и разложила себе постель прямо посреди гостиной.
– Мила, давай здесь, – я похлопала на пустом месте на подиуме. – Здесь повыше, а там от входа будет дуть, а тебе простывать нельзя.
– Что за варварские условия, – она послушно потащила матрас на подиум. – Это не дом, а хлев какой-то.
– Не скажи, тут красиво.
– Красиво, но никаких условий для нормального проживания, даже горячей воды нет и греть не на чем, – она принесла одело, кинула на матрас подушки и улеглась, как была в одежде, только скинула мягкие туфельки и поджала озябшие ноги.