Во все стороны, сколько хватало взгляда, простирались едва видимые в ночи силуэты гор и сверкающий огнями умопомрачительно красивый город на морском берегу.
– Три дня луны будут всходить под утро. Идеальное время научить тебя видеть. Садись.
Ларс сел на траву, похлопав рядом с собой.
Я тоже села лицом к Ашентри. И хотя прекрасно видела город со всеми его башнями и переходами, понимала, что это не предел для зрения лисехвоста.
– Возьми, – ментор протянул плотную повязку на голову. – Закрой уши. Чтобы открыть видение, нужно абстрагироваться от звуков.
Я послушно натянула повязку. Не знаю из какого материала она сделана, но я оказалась в оглушающей тишине, в которой набатом стучало сердце. И своё дыхание слышала, будто оказалась в космическом скафандре. Закрыв глаза, постаралась впасть в медитативное состояние и абстрагироваться от этих звуков. И когда перестала слышать даже их, открыла глаза.
Мир без звуков стал ярче и наполнился мириадами запахов. Пряный аромат хвои и смолистых стволов елей защекотал ноздри, а за ними появился сладкий запах осенних цветов, преющей листвы и влажной земли. Потянув носом, уловила аромат дыма от потухшего костра возле дома... и схлопотала удар крепкой ладонью по колену.
– Что? – стянув повязку, посмотрела на возмущенного наставника.
– Мы не нюх открываем, а видение, иначе безлунные ночи придётся ждать ещё месяц. Ты на грани, не приведи боги видение откроется днём, сразу ослепнешь. Дыши ртом.
Я ошалело слушала, в принципе, справедливую отповедь, Ларс никогда ничего не делал просто так. И я была благодарна, что он увёл меня в горы. Если бы слух открылся в городе, я бы спятила. Лисехвост нахмурился и сорвался с места.
– Жди здесь.
Да куда я денусь. Поёрзав на жёсткой земле, села удобней, прикрыла глаза и, полностью открыв слух, слушала музыку ветра. Лёгкие порывы трепали волосы, проносились над кронами деревьев, едва задевая верхушки. Массы воздуха ухали в ущелье и, перекатываясь огромными волнами, устремлялись к морю. Моё сознание скользило за ними, и в какой-то момент показалось, что я вижу движение воздуха. Тёплые волны от земли поднимались вверх и, смешиваясь с холодными, спускающимися с горных вершин, образовывали прозрачные завихрения. Ноздри затрепетали, почувствовав солёный запах моря. И я увидела, как со стороны города к горам движется ответный воздушный поток. И в месте их встречи от смешения влаги и температур образуется туман, накрывая предместья и медленно наползая на склоны.
Подняв взгляд, я еле удержала концентрацию, хотя сердце заколотилось от охватившего восторга. Я видела Ашентри, будто город был у самого склона. Каждую башню, поднимающуюся из тумана, каждый этаж, потухшие и светящиеся окна, огни на мостах и переходах, яркое сияние дворцов и утопающие в свете фонарей сады. Меня, словно магнитом, тянуло рассматривать всё больше и больше деталей, вдруг ставших неимоверно чёткими.
Почувствовав болезненный укол в затылок, зажмурилась и затрясла головой, прогоняя наваждение. Не помогало, боль просто разламывала голову, вызывая тошноту. Не выдержав застонала и почувствовала, как Ларс надел на уши повязку.
Когда звуки исчезли, стало легче, но не намного.
– Спасибо.
Мужчина принялся что-то писать когтем на моём бедре, и я с удивлением прочла: «Не открывай глаза, дыши ртом».
Когда я более-менее оклемалась и хотела открыть глаза, Ларс тут же стянул повязку с ушей и натянул так, что она плотно прижала веки.
– Жить надоело? – гаркнул так, что я невольно вздрогнула и сжалась, кожей ощущая ярость наставника. – Или у тебя есть запасные мозги? Я что сказал? Не пытаться видеть, пока не отключишь полностью обоняние и слух. Ты каким местом думала?
– Наверно, тем, на котором сижу.
Лисехвост задохнулся от гнева, а потом рассмеялся.
– Если можешь шутить, значит, не весь мозг спалила, – сказал уже спокойно и сел рядом. – Не делай больше так. До вечера повязку не снимай. И вот.
Он взял мою ладонь и сунул в неё что-то мелкое и мягкое, похожее на резиновые шарики.
– Сунь в нос, будет мерзко, но ты заслужила. Если ещё и нюх откроешь так же внезапно, останешься безмозглой идиоткой.
Я послушно вставила шарики в ноздри. Было не то чтобы мерзко, просто очень некомфортно, но даже мысли не было ослушаться. Потерплю, всё лучше, чем спалить мозги. И вдруг почувствовала резкое движение мужчины. Он вскочил, поднял меня на руки и стал спускаться с горы, хмыкнув над самым ухом.