– Только до третьего колена. Тебе придётся обратиться за помощью к мальчику.
– Думаешь, Эвана за этим прислали?
– Тебе в его лице предложили помощь, так используй, – Рик направился к двери. – Я позову его.
Я вздохнула, возвращая спинку кресла в вертикальное положение.
– Сделай информацию в вирт-окнах визуальной.
Всё пространство комнаты заполнилось голубыми проекциями. Чтобы не путаться в двойных сообщениях, я отключила допреальность.
– Звала? – в кабинет зашёл Эван и замер, удивлённо таращась на висящие в воздухе голограммы.
– Заикнёшься про магию, разочаруюсь в твоём интеллекте.
Парень расплылся в улыбке.
– Понял, не буду, – он подошёл, и из пола появилось ещё одно кресло, в которое он тут же уселся. – Что делаешь?
– Собираю информацию. Я наткнулась на нечто весьма интересное. Рик, выведи изображения обеих женщин крупным планом. Теперь измени внешность, будь они уроженками Ротана.
Обе дамы на портретах поплыли, едва заметно меняя свой облик. Скулы стали чуть шире, подбородок острее, овал лица немного удлинился, как и кончики ушей. Платиновый цвет волос, ярко-зелёные глаза и общие черты остались прежними, но на нас с проекций теперь смотрели две эльфийки.
Эван с шумом выдохнул, но от более экспрессивного проявления эмоций удержался. Хорошо, значит, он всё-таки умеет держать себя под контролем, потому что именно он ругался на моём балконе.
– Вижу, они тебе кого-то напоминают. Информация секретная?
– Нет, совсем нет. Это, – он указал на старшую даму, – дочь эль Амаэля эр Сорентийна, великого полководца, погибшего от нашествия орков четыре столетия назад. Он был последним представителем рода и носителем уникальной магии, которая, как считалось, была безвозвратно потеряна, потому что его единственная дочь скончалась в юности от неизвестной болезни... Так записано в летописях. Но получается, она выжила и вышла замуж за землянина.
А вот это уже становится интересным. Оказывается, Владыка одинаково заинтересован и в девушке, и в её ребёнке. И без разницы, кто его отец, даже если им окажется муж. Ему нужны и мать, и дитя как носители уникальной магии. Хотя если это ребёнок эль «Вариэля», Владыка может захотеть привязать нашу леди узами брака к своей линии рода, особенно, если эти двое и правда любят друг друга. Как бы не пришлось делать её вдовой в этом мире. Только на такое я не подписывалась.
– Знаешь, ты очень странная.
Слова принца вывели меня из виртуальной задумчивости.
– Почему?
– Ты очень странно выглядишь со стороны. Молчишь, но такое ощущение, что в мыслях с кем-то разговариваешь.
– Так и есть, я говорю с Риком. Он собирает информацию и это, – я махнула на исчезающие ненужные голограммы, – обычно вижу зрением дополненной реальности.
Кажется, парень не совсем понял мои объяснения, и я перевела на понятный ему язык.
– Невидимые другим людям заклинания.
Его взор посветлел, и задумчивая складка на лбу разгладилась.
– То есть вокруг тебя всегда такое мелькает. И как? Не спотыкаешься?
Я рассмеялась.
– Нет, конечно, это только когда я работаю. Обычно по мере необходимости появляется только одно окно.
– Почему окно?
– Потому что рамка и внутри другое изображение, как будто смотришь из дома в окно.
– Понял, спасибо за пояснения. Уже решила, как будешь действовать?
– Примерно. Надо выяснить на счёт остальных родственников девушки... ах, вот оно что... – я прочитала информацию только что выведенную Риком. – А дело становится всё интересней!
– Что там?
Этого окна Эван не видел, и я пояснила.
– Леди Милисента – круглая сирота. Вся её семья неожиданно погибла в пожаре в своём имении, как раз за неделю до свадьбы.
– То есть других представителей её рода в вашем мире не осталось?
– Как и в вашем. Не находишь это странным?
– Более чем, – парень задумался. – Надо сообщить Владыке, – глянул на меня, – не возражаешь?